ЛитМир - Электронная Библиотека

– Аналитическая группа ждет в конференц-зале, – подсказал он, догоняя Виктора.

– Передай группе, чтобы выдвигалась прямо на причал, – приказал Шорников. – Начнем расследование с личных впечатлений. Анализом займемся позже.

– Прямо сейчас? – удивился Геннадий.

– Прямо, – подтвердил начальник. – Хочу увидеть все своими глазами и немедленно.

– Что же там можно увидеть? – вновь удивленно похлопал белесыми ресницами Карасев. – Внешне – купола как купола... ничего необычного. И глубина там от тридцати до пятидесяти метров. Там даже наружное аварийное освещение отключено. Темно, будто у кита в брюхе.

– Отключено? Ну вот, а ты говоришь – ничего необычного. Сплаваем в разведку, еще что-нибудь увидим. Где тут самый секретный в Городе причал? Надеюсь, свободная подлодка там найдется?

– Сюда, – юный Карасев махнул рукой вправо. – А свободных субмарин там... практически все. Кому на них кататься?..

* * *

...Шорников направил луч носового прожектора на шлюз купола «Шельф-3». Выглядела герметичная дверь неповрежденной. Виктор надел перчатку управления манипулятором и вытянул руку. Снаружи трехпалая металлическая клешня подлодки дотянулась до двери и осторожно ощупала ее поверхность. Шорников повел рукой вправо. Манипулятор в точности повторил его движение и нащупал рычаг. Если дернуть за эту красную рукоятку, откроются наружные створки. И это будет означать, что доступ в купол все же существует. Останется лишь облачиться в скафандр, войти в шлюз и опустить еще один рычажок, на стене между наружной и внутренней створками. Наружная дверь закроется, насосы откачают воду, выровняется давление, зажжется зеленый огонек и отворится внутренняя дверь. Все просто.

Хуже, если никакой реакции на перемену положения наружного рычажка не поступит. Это будет означать полную блокировку шлюзовой системы, и тут уж только резать. Вручную, каким-нибудь ломиком, такие консервы не вскроешь.

Рычаг вниз... Молчок. Никакого эффекта.

– Тоже заблокировано, – сделал ценный вывод усевшийся позади Виктора Карасев. – Как и в тех...

– Да-а, – Шорников в раздумье потер подбородок. – Остался один шанс.

– Какой? – удивился стажер. – Это был последний шлюз последнего купола. Если только торпедой жахнуть...

– Какой ты резкий, – Виктор усмехнулся. – Торпедой...

– А что такого?

– Агрессивный юношеский максимализм, вот что это такое, – назидательным тоном ответил Шорников. – С возрастом ему на смену придут терпение и дотошность. Я надеюсь.

– А вы предлагаете автогеном? Или лазером? Это точно работенка для терпеливых.

– Что ты за торопыга? – Виктор развернул субмарину и направил ее вокруг купола впритирку с его обшивкой. – Смотри внимательно, стажер. Это купол конструкции Бронского. Модификация «Океан-100». Ты знаешь, что в таких куполах необычного?

– Нет, – Карасев, как и было велено, не спускал глаз с пятна света, которое ползло по обшивке полусферы чуть впереди подлодки. – Но догадываюсь. Лишний аварийный шлюз?

– Так точно, – подтвердил Шорников. – Поскольку эти кастрюли рассчитаны на малые глубины, конструкция предусматривает возможность самостоятельного аварийного всплытия обитателей. И для этой цели в корпус врезаны не пять, а десять шлюзов. Четыре больших, тоннельных, как у всех, к которым подходят путепроводы, и шесть малых, аварийных.

– Вы думаете, что тот, кто заблокировал один аварийный шлюз, не догадается запереть еще пять? Не думаю, что жители купола не в курсе, какой он модификации. Да и если злодеи пришлые... На контрольных пунктах любого отсека висят подробные инструкции на экстренный случай. Там наверняка обозначены все шесть запасных выходов.

– Мыслишь верно, – одобрил Виктор. – Только есть одна техническая деталь. В отличие от глубинных полусфер Бронского, конструкция «Океана-100» не предусматривает системы блокировки седьмой точки доступа.

– Седьмого шлюза? Еще и седьмой имеется? И что же, его нет в инструкциях?

– Нет, поскольку открывать его разрешается только снаружи и только спасателям. Он расположен в центре купола. И это не шлюз. Обычный герметичный люк.

– Вот так фишка! Зачем?

– На случай, если полусфера будет стоять в месте с глубиной меньше пятнадцати метров. То есть верхушка купола будет торчать из воды.

– Точно! – Карасев махнул рукой. – Так расположен причал «Островной» и купол «Песчаный». Они тоже из серии «Океан-100»?

– Наверняка.

– Но... над «Шельфом» двадцать метров воды... Как вы собираетесь открыть верхний люк? А давление? А опасность затопления? Ведь это не шлюз, и, значит, хлынет так, что только держись!

– Это следующий вопрос, – Шорников поднял субмарину чуть выше. – Но сначала мы обязаны проверить оставшиеся пять нормальных точек доступа. Для очистки совести...

...Замок девятого шлюза сработал. С запозданием, неохотно, но сработал. Виктор развернул лодку и дал бортовому компьютеру команду стыковаться. Процедура обычно недолгая, но сейчас дело осложнялось тем, что обратной связи с автоматикой купола не было, и процессору лодки пришлось взять на себя управление процедурой откачки из шлюза воды и выравнивания давления. Пока гудели насосы и компрессоры, Шорников на всякий случай натянул гидрокостюм и проверил снаряжение: маску и небольшой баллон со сжатым воздухом. Купол мог быть затоплен так же, как тоннели. Стажер Геннадий тем временем изучал какие-то сводки.

– Может, я чего-то не понимаю... – Карасев смущенно откашлялся. – Виктор Валентинович, «Водолей» передает сейсмическое предупреждение.

– Какое? – Шорников отложил компактный акваланг и протиснулся к пульту Геннадия. – Сейсмическая опасность... красный код. Что это за шутки?

– Не думаю, что Система умеет шутить, – стажер обеспокоенно взглянул в иллюминатор.

За стеклом был виден лишь зеленоватый полумрак.

– Красный код в переводе на человеческий язык означает «с минуты на минуту», – Виктор невольно взглянул на часы. – Если тряхнет сильнее чем на пять баллов, у лодки могут не выдержать стыковочные крепления. Тогда нам точно не проникнуть в купол.

Шорников вернулся к шлюзу. Воды в нем уже не было, но красный огонек над внутренним люком пока не погас. Это означало, что давление еще не выровнялось.

– Может быть, вернемся? – Карасев поежился. – Находиться во время землетрясения под водой... я не знаю, конечно, но мне кажется, это опасно.

– Не успеем, – отрезал Шорников. – Оставаться в субмарине действительно страшновато, но до «Глубинного» нам уже не добраться.

В этот момент шлюз осветился зеленой лампочкой, и внутренний люк купола ушел по направляющим вверх. Внутри полусферы был воздух и над приемной площадкой горел свет.

– Вперед! – Виктор схватил дыхательную маску и откинул рычаг замка. Люк подлодки раскрылся, и Шорников быстро выбрался на внутреннюю площадку шлюза.

Геннадий на секунду замешкался, но вскоре догнал начальника. Виктор как раз протянул руку, чтобы снова задраить купольный шлюз, когда по стенам пробежала первая, едва заметная волна вибрации.

Стальные створки сомкнулись, и над шлюзом, теперь уже с внутренней стороны, зажглась красная лампочка блокировки.

– Как же мы вернемся? – озадачился Геннадий.

– Если не случится непредвиденного, компьютер подлодки повторно снимет блокировку ровно через час. Засеки время. К исходу пятьдесят девятой минуты нам следует быть здесь.

– Понятно, – Карасев облегченно выдохнул. – Тогда не будем медлить?

– Да, надо осмотреться, – из приемного отсека открывались три коридора, но Виктор без колебаний указал на центральный. – Идем в технический сектор. Первым делом надо проверить главный управляющий блок. Если что-то сломалось, то все специалисты должны быть там.

– А если нет? Если это... саботаж?

– Все равно – там, – Шорников вынул из кармана прибор связи с Системой – с виду обычный мобильный телефон.

Прибор, выражаясь словами системных техников, «умер». Виктор нажал несколько кнопок, попробовал их комбинации, но приборчик так и не подал никаких признаков жизни. Купол надежно отсекал все виды излучения, а ретрансляторы приказам «Водолея» не подчинялись. Шорников убрал бесполезный аппаратик и махнул стажеру.

15
{"b":"541529","o":1}