ЛитМир - Электронная Библиотека

– Лера, ты где? Заканчивай свои приколы.

«А в ответ – тишина. Он вчера…», а я – сегодня.

– Лера.

Неясное бормотание справа от меня. Приплыли. Не у Леры. У нее квартира гораздо меньше, а тут, судя по звукам, жилплощадь метров пятнадцать в длину или в ширину. Остается только Маша. Света вышла замуж, а больше никуда я свое тело в состоянии анабиоза не понесу.

– Машутка, твой медвежонок проснулся.

Чувствую себя полным идиотом. Но если ей с утра не скажешь пару-тройку подобных глупостей, то получишь полный набор обижулек. Нахмуренные брови, надутые губки, еще, не дай бог, конечно, слезы. Венец всему – заявление: «Ты меня не любишь». Я понимаю, что она пытается меня обтесать, взнуздать и тому подобное, но от этого не легче. Чувствуешь себя персонажем рекламы пивзавода. А любишь, не любишь… Нечем любить. Нечем.

– Маша, давай, соня, просыпайся.

Хорошо, что она любит поспать и не слышала про обращение к Лере. Конечно, девчонки подозревают о существовании друг друга, но подозревать – одно, а знать – другое. Хотя странно, что я вообще к ней поперся. Уже месяца два я не общаюсь с подружками и лишь изредка отвечаю на их звонки.

– Маша! – кричу я в полный голос.

Становится неуютно. М-да. Подобного эха отродясь в ее скромной пятикомнатной квартире не было. Машин папа, весьма небедный человек, таких спецэффектов не потянет. Не по причине их стоимости, а ввиду отсутствия наличия подобной аппаратуры. Это чертово бормотание начинает действовать на нервы. Блин, где я нахожусь? Ну, вспоминай вчерашнее. Вспоминай!

Твою тещу, в голове туман и различные обрывки. Вот я доблестно надираюсь и начинаю сам с собой общаться… Или нет. Точно нет. Этот долбаный «Я» появился до того как. Ясненько. Допился. Видно, меня потянуло на подвиги. Черт, до вчерашнего дня эта моя особенность мне не мешала по жизни. Способность много употреблять, не пьянея, с одной стороны, вещь хорошая, но с другой… Ясненько, пошел за догонкой – и начудил. Вот черт, как в туалет хочется. Терпи, сволочь. Ясен пень, что я не в ментовке, – доводилось. Знаю порядки и правила слишком хорошо. Значит, все-таки дурка. Терпи, сволочь, сам виноват.

– Есть тут кто?

Ни привета, ни ответа. Буду ждать, что еще остается. Ну и порядки здесь. Хотя пока я не узнаю, что вчера натворил, свою оценку происходящего могу только засунуть в известное место. О, вот, кажется, и местный персонал. До меня начали доноситься звуки шагов, сопровождаемые механическим лязганьем. Судя по шагам, больше одного и меньше десяти. Смешно, ха-ха.

Группа обходчиков остановилась около меня. Все-таки трое. Один около головы, двое по бокам.

– … – произнес один из них.

– Уважаемый, по-гыргырски не понимаю.

– … – продолжил недоумок.

– Командир, я даже таких матюгов не знаю. Развяжите лучше, я обещаю вести себя прилично, в туалет очень надо. Срочно. Я…

Удар в живот заставил меня проглотить предложение о любви и мире.

– Суки!

Голову словно сдавило тисками. Повязку сорвали с лица. Какой-то старик. Его глаза. Глаза.

Сколько времени это продолжалось, не помню. Когда я очухался, вокруг никого не было. Вот это я попал. Нахожусь внутри помещения, сильно похожего на храм. Высокие окна, купол над головой, неф, что-то вроде алтаря, множество толстых свечей на массивных подсвечниках. Не говоря уже о том, что стены и потолок покрыты изображениями дядек с нимбами. Что за черт? С каких это пор задержанных определяют в церковь? Снятие первичных показаний тоже ни в какие ворота не лезет. Мысли в голове – одна поганее другой. Самую бредовую, объясняющую подобную несуразицу, послал подальше. Нечего пугать народонаселение. Дождусь получения более полных данных, тогда и буду коленками дрожать. Начитался фантастики. Блин. Если бы от ерша такое было возможно, то Россия моментом бы обезлюдела. Одно хорошо: в туалет уже не надо. Сходил, если можно так выразиться. Три раза ха-ха. А за окнами уже ночь. Ждем-с. Кстати, голова совершенно перестала болеть, и в теле легкость приятная образовалась. С чего бы это?

Местные долго ждать себя не заставили. Примерно через полчаса мое одиночество пришли развеять двое закованных в железо организмов. Наблюдая за их приближением ко мне, посланная подальше мысля с утроенной силой начала долбиться в череп. Я не являюсь фанатом реконструкции, а к толкиенутым, изображающим из себя по окрестным лесам эльфов, орков и прочих придурков…

М-да, к ним я относился, как к недосмотру нашей медицинской системы оказания первой и последующей психиатрической помощи.

Однако немного в железе разбираюсь. По крайней мере, белый доспех[1] от кастен-брута[2] отличить смогу. Покажите мне мужика, которого выставка железок Средневековья оставит равнодушным? Латные доспехи декоративной жестянкой не выглядели. Да и риттершверты[3] с кинжалами[4] на поясах смотрелись внушительно. Кто я такой, чтобы ради меня устраивать такое представление? Нет, год назад некоторые личности пошли бы на большие траты, чтобы иметь возможность лицезреть мою физиономию у себя в офисе. Но сейчас и в данном антураже? Кстати, парни дистрофией совершенно не страдают, а учитывая мое недавнее прошлое…

Мне становилось все грустнее и грустнее. Остановившись по бокам лежанки, клоны калифорнийского губернатора внимательно на меня посмотрели. Потом быстро достали кинжалы и, перерезав веревки, рывком поставили меня на ноги.

– Синхронисты …, – вырвалось у меня. – Я вам что, мешок с картошкой?

– Кто такие синхронисты, дэрг? – внезапно спросил правый братец-клон.

– Это те, кто всякую хрень делает одновр… Постой, ты понимаешь меня?

Удар в челюсть был хорош, очень хорош, а учитывая наличие на руке латной перчатки – так вообще сказка. Но долго поскучать на полу мне не дали. Подождав, пока я сделаю слабую попытку сесть, долбаные металлисты опять подняли меня на ноги.

– Еще раз обратишься ко мне на «ты» – отрежу язык. Ясно?

– Да.

– Иди вперед, дэрг, – продолжил один, накинув на меня хламиду и указав направление движения толчком в спину.

Делать нечего, возмущаться тем более. Нравы тут, видно, очень простые и незатейливые. Этот отрежет не только язык. Я искоса наблюдал за клонами, идущими на полшага позади меня. Выражение их лиц свидетельствовало о моей необычайно активной любовной связи с их родственницами женского пола. А у того, что справа, похоже, я поимел еще и пса. Кстати, бил, собака бешеная, осторожно, уж в этом я понимаю. Кожа нигде не рассечена, челюсть и зубы целы. При наличии кастета в виде стальной перчатки нужно очень постараться, чтобы обойтись без вышеперечисленного. Тогда вопрос – зачем бил? Детство трудное в заднице играет? Ладно, не буду забивать себе голову.

Выйдя из храма посредством все того же толчка, я направился к низкому одноэтажному дому. Темноту лишь немного рассеивали факелы на высокой стене, окружающей церковное подворье. Немного света давала и луна. Странный свет, никогда я не ви… Твою тещу. От удивления я остановился. Две луны – жемчужного и розового цвета. Попал. Щипать себя я не стал. Челюсть довольно ясно намекала, что это не сон.

– Иди вперед, не останавливайся. – Клон номер раз, отягощенный вредными привычками, вновь захотел применить физическое воздействие.

– Уважаемый, две луны – так и должно быть?

– А сколько тебе нужно – три? – хмыкнул он.

Не ответив, я пошел дальше. Три. Мне и двух уже много. Я не сплю – это точно. Две луны, а уж об их цвете и говорить нечего. Окружающая меня действительность… Глюками я никогда не страдал, да и на похмельный бред это не спишешь. Чувствую себя на удивление хорошо. Такого давно не было. Дедок помог? Вполне возможно. Клоны на актеров совершенно не похожи. Попал. Вернее, не попал, а стал попаданцем. Черт, как неуютно-то. Как, и главное – почему?

вернуться

1

См. Приложение. Железо средневековой Европы.

вернуться

2

См. там же.

вернуться

3

См. там же.

вернуться

4

См. там же.

2
{"b":"541562","o":1}