ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Как?

– Легко. Думаю, что даже не затратив больше ста калорий. Из пистолета. Пах-пах – и готово.

– Начинается, – говорит Никита, – не успели сесть к столу, как тут же вы про жмуров начинаете базарить. Другого места, что ли, нет? Дайте хоть пожрать спокойно, без стрессов.

– Да погоди ты со своей жратвой, тут такие новости, – перебиваю я его, – стрессы его беспокоят. Тоже мне, существо тонкой душевной организации.

– Да, тонкой душевной организации. Может, разговоры о трупах провоцируют мой гастрит. Мне, может, вообще нервничать нельзя.

– Давно ли ты, Никита, стал думать про влияние разговоров о трупах на свой гастрит? Ты мне скажи, в девяностых, когда ты в составе какой-то там ОПГ краевые предприятия отжимал, ты тоже такой благостный был? Небось, когда сам людей толпами валил, о гастрите не думал? – смеюсь я. – А тут пара трупов, и то не твоих.

– То когда было!… Вспомнила бабка, як дивкой была, – притворно обижается Никита, – я, если хотите, вообще больше слова не скажу. Хоть о массовых расстрелах базарьте.

– Возвращаясь к расстрелам. Из-за чего убилито, Саш?

– Да там чистый криминал. Ребята возили кэш сумками на одном и том же водителе. Ну, кто-то из них, видать, по пьяни и слил водиле. Тот и навел. Утром обоих грохнули, когда они на работу выходили. Водила скрылся.

– Денег много ли? – участливо спрашивает Никитос.

– Взяли, по нашим прикидкам, штук триста. Глупо все как-то. И толковые ребята были, что обидно. Вот поеду завтра в Норильск с ментами разговаривать.

– Жалко… – говорю я, делая глоток вина.

– Кого?

– Бабки. Триста штук все-таки, деньги.

– Какой же ты, Антоха, циник. Я думал, ты меня пожалеешь, что мне завтра болтаться внутренними линиями в Норильск. Тереть там с ментами. Три дня, а то и больше, коту под хвост, в нечеловеческих условиях Крайнего Севера.

– Ну и тебя, конечно. Хоть ты и не забесплатно едешь, я тебе сочувствую. Все-таки друг. Ты, кстати, не хочешь из этого убийства политическое дело сделать? Ну, там… «городской голова, связанный с Кремлем, заказал убийство…»

– А у меня другого варианта и нет в голове. К Кремлю мэра привязывать за уши – слишком много чести, а то, что это он мочканул оппозицию, тему разыграем.

– Ну смотри. Тебе там, на месте, виднее.

– Давайте еду закажем, пожалуйста, – канючит Никита.

– «Давайте еду закажем», – передразнивает его Саша, – тебе худеть надо, брат, а ты все про еду.

– Во-во, – включаюсь я, – а то ты костюм купил импортный, в полоску, очки в дорогой оправе и думаешь, что сразу интеллигентным человеком стал. А ряха-то тебя выдает, Никита. Ох, выдает.

– Я в фитнес хожу, – угрюмо отвечает Никита, – и плавать еще начал. Начну… с понедельника.

– Ты не о теле думай, Никитос, – хлопает его по плечу Саша, – интеллигент – это состояние души!

– Ладно, давайте действительно еду закажем, – примирительно говорю я, – а то мы так человека потеряем.

Пока официант принимает заказ, я успеваю ответить на три телефонных звонка (один из звонящих – Вадим, обещающий заехать) и довольно сильно лягнуть под столом Сашку, прошипев ему в ухо «хорош так быстро нажираться». Сашка обиженно отворачивается. Когда официант отходит, Никитос снова разливает водку.

– Я, кстати, в Норильске был. Два года… Ваще-то тяжко там. Люди в ежедневной жизни проявляют чудеса мужества и героизма. Без звезды и без картинок.

– Хорошая присказка, надо запомнить, – смеется Саша.

– А то! С Никитосом надо больше общаться, он же кладезь народной мудрости, – говорю я.

– Ну, про «без звезды» понятно, – продолжает хохотать Саша, – а почему «без картинок»-то?

– А потому что рисоваться не перед кем. А «без звезды», кстати, тоже натурально. Баб очень мало, а симпатичных – так и вообще…

– А как же ты обходился-то? С твоей африканской страстью? – продолжает Саша. – Северным оленям, что ли, присовывал?

– Саша, ты мне друг, но, в натуре, прошу, есть вещи за гранью. – Никитос хмурится.

– Не, Саня, ты не шаришь. У Никиты же образование техническое. Он же у нас механик или кто там. Ну, соображал, наверное, с тракторами или вездеходами. Исходя из размеров выхлопной трубы транспорта. – Начав стебаться, я чувствую, что остановиться будет уже трудно.

– Картина в духе соцреализма. «Ударник верхом на тракторе». – Сказав это, Саша закрывает лицо салфеткой, и его смех переходит во всхлипывания. Никита кладет салфетку на стол, отворачивается от нас и говорит тихим голосом: – Я с вами больше никуда не пойду, гадом буду.

– Ладно, Никит, не обижайся, мы же шутим. Расскажи нам дальше, про Север.

– Не буду я вам больше ничего рассказывать, – Никитос шмыгает носом, – бля, ну когда жрать-то дадут?

Тем временем приносят салаты. Никита резко набрасывается на свое блюдо, закидывая пищу в рот быстрыми, как сказали бы хоккейные комментаторы, «кистевыми бросками». Жует он тщательно, изредка обнажая мелкие зубы хищника. Сашка ест вяло, а у меня так вообще аппетита нет. Есть только желание напиться.

– А ты там на чьей стороне работаешь? – спрашивает Никита у Сашки.

– Мы там работаем против мэра. Один из серьезных коммерсантов в городе наш клиент.

– А основной пункт для популизма – «северный завоз», или как там это называется? – включаюсь я.

– Ага. Именно. Завоз пока не распилили. Продукты купили через свои фирмы по завышенной стоимости, а по топливу еще решения нет. Мэр блокирует сделки, которые наш клиент хочет через свои фирмы провести, а мы в местной прессе проводим компанию под знаком того, что мэр не способен готовить город к зимнему периоду.

– Ужас. Пока они будут решать, кто через себя сделки поведет, начнется сезон, судоходство встанет – и звездец. Отапливаться нечем, продуктов нет. Город голодать начнет, гондоны. – Никита опрокидывает стакан и наливает себе еще. – Ты представляешь, там дети маленькие, а молоко дефицит… Я когда там был, случилась у меня одна история…

– Слушайте, а зачем в блюда трюфели добавляют? – спрашиваю я, стараясь сменить тему.

– Для запаха. Ты на горячее шашлык возьмешь? – поворачивается ко мне Сашка.

– Наверное, а ты?

– Дайте рассказать дальше, у меня как раз история про детей, – не унимается Никитос.

– Да и черт с ними. Я рыбу вообще-то хотел. Тут рыба хорошая?

– А вы знаете, какая на Севере рыба? – пытается заинтересовать нас Никитос.

– Какая? – спрашиваю я, смотря, как Никита набирает в легкие воздуха, чтобы начать свое увлекательное повествование.

– Короче, рыбалка там – загляденье…

Пока Никитос рассказывает о прелестях рыбалки «на Северах», я думаю о том, как развернутся события с терактом. Никита бодро жестикулирует, показывает руками размеры диковинных рыб, Сашка живо участвует в беседе, а я смотрю сквозь них в глубину ресторана. Посетителей нереально много. Они увлеченно болтают, пьют шампанское и вино. Вокруг «Шатра» даже ездит венецианская гондола, на которой полупьяные пятидесятилетние Ромео катают юных Джульетт с алчными глазами вампиров. Я думаю о том, что если бы позволил бюджет и фантазия – можно было бы рвануть один из дорогих ресторанов в центре города. Ничто так не радует массового зрителя и ничто так долго не обсуждается, как многочисленные смерти зажиточных членов социума.

– Мужики, – Никитос неожиданно встает. Видимо, тема рыбалки себя исчерпала, – я хочу выпить за вас!

– Да ладно, брось ты, – псевдосмущенно говорю я.

– Никитос, хорош ты, садись, – вторит мне Сашка.

– Не, в натуре, мужики, я хочу выпить за вас. Как вы всех развели – это высший класс. От всех пацанов… от моих партнеров то есть, вам уважуха. Теперь если у вас какие проблемы – мы всегда поможем. Если чего – обращайтесь.

Мы дружно чокаемся и опрокидываем рюмки.

– У нас, кстати, есть проблемка. – Я пронзительно смотрю на Сашку.

– Да, точно, – говорит Сашка, вытирая рот салфеткой.

– А в чем трудности? – интересуется Никита.

– Да двух человек надо убить, – простодушно бросает Сашка.

3
{"b":"541602","o":1}