ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ты что, хочешь сбить Х‑37 из неймса? – полюбопытствовал белобрысый уравновешенный Костя.

– Было бы неплохо, – ухмыльнулся Афанасий. – Они не боятся лупить по нам инфразвуком, почему мы должны бояться ответить тем же? Жаль, не попадём, у неймса нет системы наводки.

Он имел в виду узел крепления генератора в хвостовом отсеке самолёта, представляющий собой высовывающийся в люки в обшивке – вверх или вниз – пилон. Но этот пилон действительно не был снабжён устройством прицеливания, для первого натурного эксперимента оно не требовалось, надо было просто направить дуло неймса вверх и включить, однако Афанасий искренне пожалел об отсутствии прицела, надеясь, что в будущем он будет установлен.

– Борис, я высовываю дуло!

– Я готов, – с дрожью в голосе отозвался оператор; он явно волновался перед испытанием, несмотря на множество проведенных на земле проверок и тестирования генератора.

Афанасий включил телекамеры внутри грузового отсека.

Сложный ажурный пилястр крепления неймса напоминал футуристическую конструкцию в духе американского дизайнера Митчелла Иоахима, чьи механические системы и скульптуры охотно устанавливали на площадях городов Европы. Трудно было представить, что конус внутри из жёлтого металла, обвитый спиралью, и торчащие отовсюду кресты защитно-направляющего устройства являются антенной излучателя, способного разрушать молекулярные связи вещества, превращая его в ионизированную плазму.

Открылись створки верхнего люка. Шар пошёл вверх, высовывая конус, скрылся из поля зрения; телекамеры на корпусе самолёта не было, и Афанасий мимолётно пожалел об этом.

– Пуск!

Борис, управляющий аппаратом со своего планшета, что-то быстро проговорил, добавил торопливо:

– Включил!

Ничего не изменилось, ни в салоне, ни вокруг «Ила».

Самолёт продолжал мчаться сквозь холодную воздушную пустоту, помеченный на экране красной звёздочкой, точно через середину ионосферной линзы, но генератор неймса работал бесшумно, изменения в консистенции воздушных масс были незаметны глазу, и догадаться, что происходит над самолётом на высоте двадцати-пятидесяти километров, было невозможно.

– Ни фига не видно… – пробормотал Витюша.

– Костя, возвращаемся, будем ходить галсами, как на море, туда-сюда…

Самолёт повернул, и Афанасий сразу увидел впереди оседающее сверху облачко искр, засверкавшее в лучах солнца.

– Оба-на! Снег?! – удивился Витюша.

– Олег, мы видим нечто вроде облака инея.

– Ну, я не знаю…

– Началась рекомбинация! – взволновался Борис. – После распада молекулярных связей газов воздуха атомы снова начинают образовывать молекулы, газы как бы самовосстанавливаются, хотя уже с остаточной ионизацией.

– Понятно. А как излучение взаимодействует с куполом ПВД?

– По идее, должно происходить гашение электромагнитных фронтов, поле купола должно таять и выбрасывать струи ионов…

Что-то сверкнуло в небе над самолётом.

– Молния! – вскрикнул второй пилот.

Сверкнуло ещё и ещё раз.

– Мы видим слабенькие электрические разряды.

– Значит, наши расчёты верны! – обрадовался Борис. – Д-излучение нейтрализует линзу!

– Быстрее «Коршуна», однако, – донёсся голос Дохлого. – В прежние разы мы летали несколько часов, чтобы получился результат, а тут всего полчаса крутимся.

Костя обернулся к Афанасию, в его глазах загорелся азарт.

– Командир, вот бы в самом деле лупануть по беспилотнику!

– Успокойся, майор, когда-нибудь лупанём, да как бы он сам не дербулызнул из акустрона. Не зря навис сверху, сволочь.

– «Сто седьмой», беспилотник над вами, – предупредил Центр.

– Он сможет достать нас со своей орбиты?

– Минуту, уточню.

Через минуту заговорил Семёнов:

– «Сто седьмой», по моим сведениям Х‑37 может посылать акустическую «пулю» на расстояние до двухсот километров, будьте готовы к атаке. Наши «сушки» близко.

– Пока всё тихо.

– Его скорость около восьми километров в секунду, – заметил Костя, – он ограничен в маневре. Если и выстрелит, то один раз.

– Нам этого хватит.

– Выдерживали же мы его атаки раньше!

– А если они увеличат мощность импульса?

Костя задумался.

– Нырнём пониже, сманеврируем и выкрутимся.

Самолёт повернул ещё раз.

– Олег, что у тебя?

– Похоже, мы и в самом деле пробили в линзе дырку, если судить по ионолитам и смене ветра. Струи начали разбегаться во все стороны, температура в зоне похолодания начинает подниматься.

– Может, добавим ещё импульса «Коршуна»?

– Я бы не стал торопиться, а то нарушим процесс рекомбинации.

– Хорошо, ждём.

Напряжение в кабине сгустилось. Летающий над зоной искусственного климатического антициклона американский беспилотник с «несуществующим» для общественности оружием на борту нервировал всех, и Афанасий всё время ждал удара головокружения и слепоты, несмотря на обнадёживающие сообщения из Центра о российских перехватчиках, чьи ракеты способны были сбить Х‑37 и на такой высоте.

Но время шло, а тошнота не наступала, в кабине операторов царила деловая атмосфера, даже Дохлый не отвлекал своими вопросами и шутками, и Афанасий слегка расслабился, подумав, что американцы, видимо, поняли, что русские ответят на атаку их аппарата, и рисковать машиной не стали.

– Х‑37 уходит, – сообщил дежурный.

– Зас…л, – хмыкнул воинственно настроенный Витюша.

– Всё понял, альфа, продолжаем работать, зона контроля скукоживается, всё приближается к норме.

– Жду на базе, – коротко бросил Семёнов. – «Сушки» через полчаса вернутся, будьте внимательнее.

– Есть. – Афанасий снял шлем, пригладил ставшие мокрыми волосы, потрепал Костю по плечу. – Крутимся ещё час – и домой.

В кабине его встретили вопросительными взглядами.

– Беспилотник отвалил, – весело сообщил он. – Побоялся связываться. «Изделие Д» работает, и это самое главное на сегодня.

– Надо бы обмыть, – потёр ладонь о ладонь Дохлый.

– Обязательно – на базе! – не стал его одёргивать Афанасий. – Обещаю банкет. Не отвлекайтесь, полёт ещё не закончен.

Сев на место, он подумал было позвонить Дуне, однако мобильная связь из Казахстана с Россией, да ещё на такой высоте, вряд ли поддерживалась местными радиосистемами, оставалось только грезить о встрече с женой дома, отчего сердце начинало танцевать самбу и лететь впереди него.

Чанша, провинция Хунань, Китай

2 октября, вечер

Город Чанша расположен на реке Синцзян, в шестистах километрах от восточного побережья Тайваньского пролива и в сорока километрах от озера Дунтинху. Он известен как крупный железнодорожный узел, включающий вокзал высокоскоростных поездов, торговый центр и место расположения полусотни фабрик и заводов, производящих химикаты, сельскохозяйственную технику, резину, керамику, бумагу и многое другое.

Кроме того, на его окраине расположен Центр климатического и геофизического контроля территории Китая и прилегающих государств, где в трёх новейших корпусах трудится около тысячи сотрудников: метеорологов, климатологов и учёных, специалистов в области геофизики.

Средние месячные температуры в окрестностях Чанша колеблются на уровне четырёх градусов Цельсия в январе и до тридцати градусов в июле. Лето здесь продолжительное и жаркое, с обильными осадками, зима засушливая и короткая – с середины декабря до середины февраля. В силу быстрого разрастания города экология его ухудшилась к двадцатым годам двадцать первого столетия настолько, что шапка смога над ним была видна издалека, практически не развеиваемая ветрами.

Известен был Чанша и своим «пиратским» парком Angry Birds, и самым высоким в мире восемьсоттридцативосьмиметровым и двестидвадцатиэтажным небоскрёбом Sky City.

Вечер второго октября для жителей столицы, разъезжающихся по увеселительным центрам и домам, начался со странного похолодания. Ветра не было, однако на город вдруг опустилась изморозь с чистого неба, и температура упала сразу до минус восьми градусов с плюс четырнадцати, чего не бывало даже зимой.

8
{"b":"541691","o":1}