ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– На духовника вы похожи мало, Кшиштоф, – скупо улыбнулся Джон Ву. – К тому же прямо и открыто сейчас никто ни с кем не общается. Могу сказать одно: у Службы есть весомые причины подозревать наличие внешнего вмешательства в земные дела, и мы занимаемся проверкой данных подозрений. Как только появятся результаты, я вам доложу первому, даю слово.

– И всё-таки ваше решение… – Борунь поискал слово, – ненормативно. Ваша Служба – не частная коммерческая компания, все свои решения и действия вы должны согласовывать с компетентными органами, отвечающими за своевременность и правильность принятых решений. Иначе это выглядит… э-э, бунтом, ну, или вызовом обществу, если хотите.

– Мы печёмся о благе и безопасности этого общества, – флегматично пожал плечами Джон Ву.

– Да, но – с разрешения коллектива, а не за его спиной. Но оставим споры. Мне вы можете сказать, что ваш спейсер делает в шаровом звёздном скоплении Омега Кентавра?

Джон Ву выдержал прямой взгляд главы СОН.

– Кшиштоф, я похож на человека, принимающего решения под влиянием эмоций или в угоду политике?

Борунь качнул головой.

– Нет. Во всяком случае, раньше такого за вами не водилось.

– Уверяю вас, причина есть. Но она настолько… м-м, необычна, нетривиальна, транзитивна, что лучше о ней вслух не говорить. Речь идёт о судьбах цивилизации.

– Вот как, – усмехнулся Борунь. – Ни много ни мало.

– Ни много ни мало, – подтвердил Джон Ву. – И дай бог, чтобы я ошибся, принимая упомянутое вами решение послать к Кентавру разведкрейсер.

– Но если угроза так велика, не лучше ли собрать Совбез и принять превентивные меры?

– Поздно собирать Совет безопасности, Кшиштоф. Вы знаете, я человек старой закалки и никогда ничего не делаю, не взвесив все «за» и «против». Если я так решил, значит, имел все основания. Возможно, конечно, что я ошибся, но вероятность ошибки ничтожно мала. К сожалению. Кстати, вы носите ППК?

Борунь озабоченно коснулся темени:

– Зачем?

Джон Ву нахмурился: речь зашла о защитнике от гипноизлучения.

– Немедленно нацепите! И заставьте сделать то же самое ваших ближайших помощников и заместителей! Если, конечно, ещё не поздно.

Председатель СОН посмотрел на собеседника с сомнением:

– Вы полагаете…

– Усильте охрану на всех уровнях. Тщательно проверяйте всех, кто будет добиваться аудиенции. И последнее… – Джон Ву помолчал. – Проанализируйте ситуацию в Правительстве, но очень тихо, аккуратно, незаметно: кто лоббировал строительство Суперструнника, какие суммы ушли на принятие решения, кто больше всех был заинтересован в создании столь мощной «вакуумной пушки». Желательно также проверить, кто собирается провести какие-нибудь законы в обход ФАК по экологии внутрисолнечного пространства. Или кто, наоборот, собирается действовать по секретной резолюции ФАК. Понимаете?

– Нет. При чём тут Суперструнник?

– Сделайте эту работу, Кшиштоф. У вас наверняка появятся вопросы, о которых мы поговорим позже. Попытайтесь также найти нечто странное в работе чиновников, это тоже в ваших интересах. И если заметите какую-нибудь особенность, дайте мне знать.

Кшиштоф Борунь перестал сверлить комиссара взглядом, задумался.

– Вы меня озадачили, Джон. Хорошо, я пойду вам навстречу, не стану собирать комиссию по правам и этике, хотя это формально… э-э, то есть юридически, неправильно.

Джон Ву добродушно засмеялся.

– У русских есть поговорка: если судишь по совести, забудь про закон.

– Вы предлагаете мне забыть о законе?

– Нет, я предлагаю судить происходящее по совести. Законы разработаны для стандартных ситуаций, ими не всегда можно прикрыться. Вы мне скажете, кто вам «просигналил» о посылке спейсера к Омеге Кентавра?

Борунь встал.

Джон Ву тоже поднялся, не теряя своего образа «доброго дядюшки». Поклонился:

– Всего хорошего, господин председатель.

– Его зовут Кингсли Фурсенко, – сказал Борунь. – И вам всего хорошего, комиссар.

Джон Ву меланхолически кивнул, направился к двери, на пороге оглянулся:

– Спасибо, Кшиштоф. Не забудьте про «защитника».

Створки двери бесшумно сошлись за его спиной.

Витс-телохранитель вопросительно посмотрел на главу СБ.

– В Управление, – сказал Джон Ву.

Полдня он проработал в обычном режиме, постепенно приближаясь к решению возникшей проблемы. Потом вызвал в кабинет помощника по особо важным делам.

Кингсли Фурсенко был, несомненно, красив.

Высокая, статная фигура, развёрнутые плечи, тонкая талия, горделивая осанка.

Проседь в пышных волнистых волосах, мужественный подбородок, прямые чёрные брови, прямой «эллинский» нос, чувственные губы, зеленовато-серые глаза.

Значительная, подчёркнуто спокойная, внушающая уважение манера поведения.

Плавные, неторопливые жесты, скупая речь, скупая улыбка.

Сразу было видно, что этому человеку можно доверять, что он всегда прав и доводит дело до конца. На него можно было положиться во всём. Он не подведёт.

И на веку Джона Ву так и было: Кингсли его ни разу не подвёл. Тем не менее именно он, по словам Кшиштофа Боруня, сообщил тому о походе «Ра» в Кентавр.

– Садись, – кивнул Джон Ву на простой формы стул напротив его рабочего стола.

Фурсенко сел, ничем не выражая какой-либо обеспокоенности. Глаза его были непроницаемы.

– Кто ещё знает о нашей возне с Вирусом? – безразличным тоном спросил Джон Ву.

– Никто, – спокойно ответил Фурсенко.

– Кшиштоф Борунь признался, что он знает о Вирусе от тебя.

Фурсенко качнул головой, собранный и независимый, твёрдый, как скала:

– Он врёт.

– Председатель СОН врёт? – уточнил Джон Ву.

– Я не давал ему никакой информации.

– Откуда же он узнал о походе «Ра»?

– Не знаю.

Джон Ву надул губы, словно собрался свистнуть. Показалось, что «защитник» под волосами на виске на мгновение стал горячим. Однако на пси-атаку это не было похоже.

– Странно, – сказал Джон Ву. – У меня раньше не было причин не верить… ни ему, ни тебе.

– Джон, ты обвиняешь меня в… – начал удивлённо Фурсенко.

– Не обвиняю, Кинг. Пока. Но я действительно поставлен в затруднительное положение, потому что не знаю, кому верить. На том уровне, какой занимает председатель Союза, не врут.

– Я могу сдать тест на детекторе. Это снимет твои подозрения?

– Не уверен.

– В таком случае я сейчас же напишу прошение об отставке. – Фурсенко резко встал.

Джон Ву печально посмотрел на него снизу вверх.

– Кинг, ты только что не прошёл тест. Понимаешь, что это означает?

Фурсенко бросил быстрый хищный взгляд на пол кабинета, на потолок, взгляд его стал острым, прицеливающимся, губы искривились.

– Вон оно в чём дело… я думал, мне показалось… тонко сработано! Вы установили в кабинете ксен-томограф?

– Всего лишь контур диагноста.

– И что теперь?

– Предлагай.

– Я могу убить тебя… и скрыться.

– Не сможешь, Кинг, – покачал головой Джон Ву, делаясь ещё более печальным. – Сожалею. Система защиты настроена таким образом, что любое твоё агрессивное движение будет расценено как попытка нападения… со всеми вытекающими.

– Ты хорошо подготовился, Джон.

– Да, я подготовился неплохо, хотя до конца не верил в твою… в твоё предательство. Но нам нельзя идти на поводу у эмоций. Один вопрос: как давно ты работаешь на Вирус?

– Год.

– Я примерно так и предполагал. Мотивы? Впрочем, на этот вопрос можешь не отвечать. Тебя запрограммировали скорее всего без твоего согласия.

– Это уже не имеет значения. Ты попытаешься меня… задержать?

– Не я. Мне передают, что ты пытаешься установить с кем-то МС[19]. Не надо, Кинг, здание накрыто колпаком «глухоты». Твои хозяева не узнают о твоём провале. Будешь работать с нами в режиме двойного агента?

В глазах Фурсенко мелькнула тень тоски.

– Поздно, Джон, – глухо сказал он. – Я не могу… сейчас сработает… программа «ликвид»… берегись…

вернуться

19

МС – мыслесвязь.

19
{"b":"541711","o":1}