ЛитМир - Электронная Библиотека

Древние возничие Фэн И и Да Бин[50], // всходя на облачную колесницу, входили в облака и радугу, плыли в легком тумане, неслись в неясном, смутном, дальше созвездий, выше бескрайней выси – в беспредельное[51]. Пересекали заиндевелые снега и не оставляли следов. Освещались солнцем и не оставляли тени[52]. Подхваченные смерчем, крутясь, взвивались ввысь[53]. Пересекали горы, проходили потоки, стопой попирали Кунь-лунь[54]. Распахивали ворота Чанхэ, проскальзывали в Небесные врата[55]. А теперешние возничие, хоть и есть у них легкая колесница и добрые кони, крепкая плетка и острые удила, но не могут они соперничать с теми. Великий муж[56] спокойно бездумен, покойно беззаботен. Небо служит ему балдахином, земля – основанием колесницы, четыре времени года – конями, инь-ян – возничим. Оседлав облако, поднявшись над туманами, следует творящему изменения[57]. Ослабив волю, расправив суставы, в стремительном движении несется через пространство. Гд е можно шагом – там шагом, где вскачь – там вскачь. Повелевает богу дождя (Юй-ши) оросить дороги, посылает бога ветра (Фэнбо) смести пыль. Молния служит ему плеткой, гром – колесами колесницы. Поднимается вверх и странствует в занебесном пространстве. Спускается вниз и выходит из ворот безграничного. Внимательно все осматривает и обозревает, возвращая всему полноту[58]. Приводит в порядок все четыре предела и возвращается в центр. Та к как небо для него – балдахин, то нет ничего, что бы он ни покрывал. Та к как земля для него – основание колесницы, то нет ничего, что бы он ни поддерживал[59]. Т а к как четыре времени года его кони, то нет ничего, что не могло бы ему служить. Та к как инь-ян его возница, то нет ничего, что было бы не предусмотрено. Стремителен, но недвижен[60], мчится далеко, а не ведает усталости. Четыре конечности неподвижны, слух и зрение не истощаются[61]. Откуда же знает он границы восьми пределов и девяти сторон[62] света? В руках у него рукоять дао[63], и потому он способен странствовать в беспредельном.

Поэтому дела Поднебесной не нуждаются в управлении – они идут, следуя своей естественности. Превращения тьмы вещей непостижимы – они свершаются, следуя собственной необходимости. Когда вещи отражаются в зеркале (воде) [64], то, несмотря ни на какие ухищрения, квадратное, круглое, // прямое, кривое не могут избегнуть точного отображения. Та к и эхо не произвольно откликается, и тень – не постоянна. Крик отзывается подобием, но само по себе [эхо] безмолвно[65].

Человек при рождении покоен – это его природное свойство. Начинает чувствовать и действовать – и тем наносит вред своей природе. Вещь приближается, и разум откликается – это пришло в движение знание. Знание и вещь приходят в соприкосновение – и рождаются любовь и ненависть (страсти). Когда любовь и ненависть обретают форму, то знание устремляется вовне и уже не может вернуться назад, а природный закон [внутреннего соответствия] оказывается нарушенным[66].

Дао дэ Цзин. Книга пути и благодати (сборник) - i_009.png

Поэтому тот, кто постиг дао, не меняет природного на человеческое[67]. Вовне с вещами изменяется, внутри сохраняет [ясность] ощущений[68]. Стремится к небытию, а удовлетворяет все потребности[69]. Время мчится, но и оно нуждается в остановках. Малое и большое, длинное и короткое – все обретает свою завершенность[70]. Движение тьмы вещей стремительно и хаотично, однако не теряет своей меры[71]. Благодаря всему этому он (тот, кто постиг дао) становится наверху, и народ не испытывает тяжести, выдвигается вперед – и масса не знает от этого вреда. Поднебесная идет к нему, зло и неправда страшатся его. Та к как он не соперничает с тьмой вещей, то ничто не смеет соперничать с ним. Тот, кто удит рыбу удочкой, просиди хоть целый день – не наполнит сетей. Есть у него и острый крючок, и тонкая леска, и ароматная нажива, и даже пусть владеет искусством Чжань Хэ и Цзянь Юаня[72], – но где ему соперничать с тем, кто ловит неводом! Стрелок, что натягивает Вороний лук, накладывает стрелу из циского бамбука с опереньем из Вэй[73] и даже пусть владеет искусством Охотника (И) и Фэн Мэна[74] стрелять в летящую птицу, – разве может он соперничать с тем, кто ловит силками! В чем же дело? Потому что то, на что опираются, малое. Растяни Поднебесную в сеть для ловли птиц, а реки и моря сделай переметом – разве тогда уйдет хоть одна рыба, улетит хоть одна птица? Простая стрела уступает стреле с сеткой, а стрела с сеткой уступает бесформенному образу[75]. Поэтому отвергать великое дао и полагаться на малое искусство – это все равно что заставлять краба ловить мышей или жабу – блох. Та к не остановить зла, не пресечь неправды – смута только возрастет.

//Когда-то Гунь[76] в Ся построил стену в три жэня. В результате чжухоу[77] от него отвернулись, за морем возникли недобрые помыслы, Юй[78], зная о недовольстве Поднебесной, разрушил стену, сравнял рвы, рассеял драгоценности, сжег оружие и щиты, одарил милостью[79]. Заморские гости склонили головы, варвары четырех сторон принесли дары, Юй собрал чжухоу на горе Тушань, и тысячи царств пришли с яшмой и дарами. Итак, когда коварные помыслы[80] гнездятся внутри, то и чистейшая белизна оказывается нечистой[81], и разум и благо утрачивают цельность. Не знаешь того, что при тебе, как же можешь объять далекое?

Если одни упрочняют щиты, а другие в ответ точат клинки, одни возводят стены, а другие строят тараны – это все равно что кипяток заливать кипятком же, от этого кипение только усилится. Нельзя плетью научить злую собаку или строптивого коня – будь ты хоть И Инем или Цзао Фу[82]. А вот когда злобные помыслы побеждены внутри, то и голодного тигра можно потрогать за хвост, не то что справиться с собакой или конем! Так, воплотивший дао отдыхает и неистощим, а полагающийся на искусство[83] изнуряет себя, но безуспешно. Поэтому суровые законы, жестокие наказания – не занятие для правителя: кто щедро пользуется плетью, не обладает искусством дальней езды.

Глаз Ли Чжу[84] видел кончик иглы на расстоянии ста шагов, но не мог разглядеть рыбы в глубине пучины; ухо Наставника Куана[85]улавливало гармонию восьми ветров, но не слышало за пределами десятка ли. Это значит, что, положившись на способности одного человека, не управишься и с тремя му земли. Кто знает закон [внутреннего соответствия], определяемый дао[86], следует естественному ходу неба и земли (Вселенной), для того и равновесие[87] шести пределов оказывается недостаточно выдержанным.

вернуться

50

Согласно комментарию, Фэн И и Да Бин обрели дао и могли управлять инь-ян.

вернуться

51

Букв.: «дальше полюсов».

вернуться

52

.… не оставляли следов… не оставляли тени, то есть они стали бестелесными, как само дао.

вернуться

53

Букв.: «опереться, раскачаться и взвиться вверх, как по спирали бараньего рога» – известный даосский образ (ср.: «Чжуан Цзы»).

вернуться

54

Куньлунь – китайский Олимп, где обитали небожители.

вернуться

55

Чанхэ, Небесные врата – и то и другое – врата неба. Согласно комментарию, за Чанхэ начиналось восхождение на небо, за Небесными вратами была резиденция Верховного владыки (Шанди).

вернуться

56

Великий муж – мудрец, обретший дао.

вернуться

57

Творящее изменения (цзаохуачжэ) – в разных контекстах это может быть дао. Единое, природа.

вернуться

58

Возвращая всему полноту – букв.: «цельность» (цюань). «Целое» – важная категория всистеме «Хуайнань Цзы». Как термин «целое» означает структурное целое, в котором все его части необходимо присутствуют, а удаление одной из них сопряжено с разрушением целого. Таково прежде всего человеческое тело, действующее как живой организм. Отсюда часто встречающиеся рекомендации хранить свое тело в целостности, что означает, в отличие от конфуцианской трактовки этого общего для древности тезиса, не столько физическое совершенство, сколько правильную соотнесенность души и тела, ума и чувств и пр.

вернуться

59

Ср. первую фразу главы, где дао «покрывает небо, поддерживает землю». Мудрец, таким образом, уравнивается с самим дао.

вернуться

60

Стремителен, но недвижен – совмещение покоя и движения есть свойство дао и уподобляющегося ему мудреца.

вернуться

61

Четыре конечности неподвижны, слух и зрение не истощаются – речь идет о высшей, по «Хуайнань Цзы», форме познания, доступной только мудрецу. Он порывает с иллюзорностью внешних впечатлений, доставляемых ощущениями, и находит опору в разуме (шэнь), единственно дающем истинное знание. Конечной формой восхождения разума есть его объединение «в одно» с дао.

вернуться

62

Девять сторон – восемь сторон и полусторон света и центр.

вернуться

63

Рукоять дао – в тексте букв. «рукоять необходимости дао», то есть она указывает мудрецу «необходимый» путь вещей.

вернуться

64

Сравнения с водяным зеркалом, о котором здесь говорится, очень распространены у даосских философов. Его чистой, спокойной поверхности, точно отражающей вещи, часто уподобляется сердце мудреца (ср.: «Чжуан Цзы»).

вернуться

65

Смысл данного фрагмента в целом заключается в следующем. Зеркальное отражение, эхо и тень являются лишь подобием отображаемого и полностью находятся во власти своего оригинала, с непреложностью подчиняясь его изменениям. Так и вещи подвластны направляющей их силе (дао), и потому не нуждаются во вмешательстве человеческого произвола.

вернуться

66

Природный закон [внутреннего соответствия] – так переведен термин тяньли. Ли – сложное понятие, в основе которого лежит представление о вещах, как бы велики они ни были и как бы малы они ни были, как о структурах. Причем это такая структура, которая является отражением структуры всей Вселенной как целого.

вернуться

67

Не меняет природного на человеческое, то есть естественного на искусственное.

вернуться

68

Ощущения (цин) возникают в результате реакции формы (син) на внешнее воздействие.

У обычных людей ощущения могут давать неправильную информацию. Например, большой предмет издали может казаться маленьким. Но ощущения мудреца не зависят от внешних условий.

вернуться

69

Небытие (у) фигурирует в тексте памятника в нескольких значениях. Здесь речь идет о несвязанности мудреца непостоянным миром вещей и стремлении его к вечному, «постоянному», что лежит уже за пределами телесного мира. Однако поскольку телесный мир определяется нетелесным, то ему без труда все доступно в мире телесном.

вернуться

70

Завершенность (цзюй, чаще – бэй) – термин, лежащий в одной системе с цельностью. См. прим. 48.

вернуться

71

Мера – в данном случае так переведено слово шу, собственное значение – «число», «считать», «рассчитывать». Мера имеет и другой терминологический вариант – ду. Мера есть соблюдение определенных пределов, недопущение крайностей.

вернуться

72

Чжань Хэ (или Дань Хэ) и Цзянь Юань – согласно комментарию, знаменитые рыболовы (о Чжань Хэ см. также «Ле-цзы»).

вернуться

73

Вороний лук – лучший лук, которым мифический Охотник (И) убил девять из десяти солнц-воронов, некогда одновременно появившихся на небе.

Стрела из циского бамбука с опереньем из Вэй – лучшая из известных в Китае стрел.

вернуться

74

Охотник (И) и Фэн Мэн – мифологию Охотника см. в кн.: Литература древнего Востока, Изд-во МГУ, 1971. С. 268. Фэн Мэн – его ученик.

вернуться

75

Бесформенный образ – здесь дао.

вернуться

76

Гунь (Кит) – мифический борец с потопом, затем трактуемый как древний правитель. Мифологию Гуня см. в кн.: Литература древнего Востока, с. 267–268.

вернуться

77

Чжухоу – правители отдельных царств.

вернуться

78

Юй (Молодой Дракон) – сын и восприемник Гуня, также подвергшийся историзации.

вернуться

79

Одарил милостью – букв.: «благом» (дэ).

вернуться

80

Коварные помыслы – букв.: «механические» (цзи се). Такое определение не случайно: все искусственное, включая и технические усовершенствования, отрицалось даосской школой. Здесь сохраняется как привычная отрицательная характеристика.

вернуться

81

Белизна, чистота и беспримесность (все три термина употреблены в оригинале) являются важнейшими в эстетике «Хуайнань Цзы». Ими характеризуется обычно идеальное состояние, присущее как Единому, небытию, дао, так и через посредство последнего – природе, мудрецу, разуму, когда они стремятся уподобиться совершенству Единого, небытия, дао.

вернуться

82

И Инь и Цзао Фу – знаменитые легендарные советники правителей. Цзао Фу известен как искусный возничий. Управление колесницей и управление государством, правитель и возничий часто выступают синонимами в рассуждениях на тему об искусстве управления.

вернуться

83

Искусство в «Хуайнань Цзы» понимается как особый вид знания и так же, как знание, имеет ступени. Положительная или отрицательная трактовка искусства зависит от того вида искусства, о котором речь идет в каждом конкретном случае.

вернуться

84

Ли Чжу, согласно легенде, славился необыкновенно острым зрением.

вернуться

85

Наставник Куан (Ши Куан) – легендарный слепой музыкант, обладавший исключительно тонким слухом. Сила его искусства была такова, что ей подчинялись духи и природные стихии.

вернуться

86

Закон [внутреннего соответствия], определяемый дао – так переведен термин даоли, близкий по значению к тяньли (см. прим. 56), с той разницей, что причина структурности здесь отнесена к дао. Мудрец постигает закон внутреннего соответствия и соотнесенности всех вещей и следует ему в своих действиях.

вернуться

87

Равновесие – в своей высшей форме есть свойство небытия, дао, Вселенной, а потому является одним из тех идеальных состояний наряду с покоем, гармонией, мерой и пр., к которым стремится мудрец.

8
{"b":"541807","o":1}