ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Не осмотреть такой сад было бы кощунством, сэр.

Под мышкой у сэра Уолтона зажата небольшая папка.

– Тогда прошу, сэр.

Оставив позади нервничающего йоркца, мы неспешно направились в глубь сада.

Сад и в самом деле был хорош – в России таких не было. В России вообще очень мало регулярных садов, не лежала к этому душа у наших. В типичном русском поместье был парк, где деревья, в том числе экзотические, росли, как им вздумается, а все вмешательство человека ограничивалось подкормкой, борьбой с вредителями и сбором хвороста. Русские не вмешивались в природу, они не пытались придать дереву форму шара или куба, они просто принимали дерево таким, какое оно есть, и жили рядом с ним.

Это кстати характерно и для других сторон жизни. В отличие от британцев, мы не пытались сделать русскими, например, турков. Турки оставались турками и были такими же полноправными подданными Его Величества, как русские. Да, были законы общие для всех, и их полагалось соблюдать. Да, на Восточных территориях в некоторых местах местными законами, например, от женщин требовалось ношение паранджи – и закон уважали, а полиция следила за его исполнением. Ношение паранджи было обязательным по закону в Мекке и Медине, а это крупные города с населением несколько миллионов человек каждый. Но одновременно рядом росли огромные космополитичные города – Константинополь, Багдад, Измир, Бейрут, Дамаск. Кто хотел, тот мог просто уехать туда и жить уже не в девятнадцатом веке, а в двадцать первом, не носить паранджу и заниматься сексом до брака. Если кому-то не везло и он родился содомитом, то мог уехать в Варшаву, где принимали и таких. У каждого было самое главное – был выбор. А вот если кто-то пытался воспрепятствовать этому выбору, те же исламские экстремисты, которые заявляли, что русские совращают арабскую молодежь, вот тут уже вмешивалось государство. Потому что у каждого было право выбора, где и как жить, и остальные должны были этот выбор уважать. Нельзя силой загонять молодежь в рамки каменного века.

А вот британцы действовали по-другому. В Австралию, например, они ссылали уголовников – и можете представить, что там теперь было за общество. В британской Индии процветало угнетение, причем повсеместное, там некуда было уехать. Да, там были огромные города, в которых численность населения достигала пятидесяти миллионов – тот же Бомбей с пригородами и городами-спутниками. Но это были не города, это были язвы на теле оккупированной уже почти триста лет страны. Нищета, недостроенные бетонные муравейники, набитые несчастными индусами, грязь и смрад на улицах, рикши – повозки на мускульной тяге. И контраст – у самого океана окруженные пятиметровым сплошным забором жилища британских владык.

Мне вспомнился случай, о котором долго шумели в прессе – еще тогда, когда моим домом была съемная мансарда на окраине Белфаста. Подданная Ее Величества, полная благих побуждений, направилась в британскую Индию, дабы помогать несчастным. В довершение картины она была еще и голубых кровей, даже дальняя родственница Ее Величества.

Прибыв в Бомбей, она несколько дней пожила на охраняемой территории, дожидаясь, пока доставят продукты лекарства и прочее, что она насобирала в рамках благотворительной программы. Когда всё это прибыло, она несмотря на категорический запрет полицейского суперинтенданта, отвечавшего за безопасность ее и других подданных в этом месте, буквально сбежала в город без охраны. Поиски продолжались несколько дней. Наконец-то несчастную молодую герцогиню какую-то там нашли, верней, нашли ее труп. Перед смертью, как установила экспертиза, ее зверски и неоднократно насиловали, а потом, испугавшись облав, убили. Преступников, естественно, не нашли, но в ходе карательных операций убили или поймали и отправили на виселицу многих.

Британская пресса захлебнулась в возмущении – тема не сходила с первых полос целый месяц. Клеймили всех: полицию – за неспособность обеспечить безопасность британских подданных на земле, принадлежащей Ее Величеству, либералов – выступающих за смягчение политики на колониальных территориях, партии власти – за мягкость и либерализм. Всем сестрам по серьгам раздали и успокоились.

Правы ли они были? На мой взгляд, взгляд русского человека, волей судьбы оказавшегося в Великобритании, нет. И параллелей с Восточными территориями проводить не надо – их нет, они здесь неуместны. На нашей земле у каждого есть выбор – жить так или иначе. Хочешь – окончи гимназию и работай в поте лица на земле, как работали твои деды и прадеды. Хочешь – стремись к лучшему, иди в армию, поступай в университет, открывай свое дело, работай и добивайся в жизни успеха. В армии никто даже не подумает сделать начальным званием для русского «майор», потому что русский не может подчиняться арабу. Докажи, стань офицером, и русские будут подчиняться тебе беспрекословно. И поэтому ненависть некоторых арабов к русским не от безысходности, как в Индии, не от угнетения, нет... Она от того, что молодой араб, окончивший, к примеру, Его Величества Багдадский Политехнический и работающий в научной лаборатории, не бросит свои эксперименты и не встанет на намаз по первому зову азанчи. Вот за это они нас так ненавидят, за то, что сверхпроводимость намного интереснее Корана.

А вот в Индии именно безысходность. Иных путей, кроме как быть в услужении у белых сахибов[21], для индусов нет. Почти весь крупный бизнес – британские монополии. В Британии вообще полно монополий, государственных или полугосударственных – Бритиш Гас, Бритиш Рейл, Бритиш Телеком, Роял Орднанс. И безысходность очень быстро перерождается во всепоглощающую ненависть, при которой смерть, любая смерть – это избавление.

Да, и у нас неспокойно, верно. Но у нас нет дураков. И никто из русских не пойдет в неспокойный район без пистолета или винтовки. Никто из русских не будет питать иллюзий и считать исламских террористов, фанатиков борцами за веру и угнетенными. Есть, конечно, и такие люди, особенно в столицах, но им слова не особенно и дают. И если уж кто-то решил пойти к исламистам с распростертыми объятьями и без оружия, это его личное дело. Найдут убийц – накажут по закону, но мстить, совершать карательные рейды, вешать первых попавшихся никто не будет.

Каждый выбирает свою судьбу сам.

– Сэр...

Я повернулся.

– Извините?

– Вы едва не наткнулись на этот куст.

Куст и впрямь был хорош. В форме шара.

– Извините, я просто засмотрелся. Удивительно, просто живые скульптуры.

– Это так, сэр. Сейчас какие-то сумасшедшие ученые проводят эксперименты, пытаясь вывести породы деревьев и кустов, которым сама природа придаст правильные геометрические формы. Но разве это будет настоящим английским садом, если его не придется каждый день подстригать и приводить в порядок?! Нет, сэр! Ведь тогда британцы перестанут быть британцами, они перестанут помнить про свою обязанность – подстричь сад, подровнять газон и делать это каждый день, не пропуская ни единого! Ходят слухи, что британцы весьма необязательные люди, но эти слухи про нас распускают римляне! Те, которые несколько веков назад еще были варварами и носили звериные шкуры, а теперь рядятся в римские тоги. Настоящий британец никогда не забудет подстричь свой газон, поскольку он знает, что до этого тот же газон подстригал его отец, и дед, и прадед и достаточно несколько дней небрежения, чтобы насмарку пошла вековая работа его предков. Британия гордится своими традициями, сэр.

Лично я в этот момент больше озабочен был не британскими традициями, а вон той зеленой изгородью, за которой явно кто-то находился.

– Сэр, а что вы можете сказать про традиции России? – спросил меня сэр Уолтон.

– На удивление немного, сэр, за исключением праздников, которые мы празднуем. Масленица, например – праздник проводов зимы, в этот праздник положено есть блины, потому что после Масленицы наступит Великий пост. Есть традиции в русской аристократии, но они касаются только ее, сэр.

вернуться

21

Сахиб – господин.

17
{"b":"541879","o":1}