1
2
3
...
72
73

Рэнналф крепко сжал ее ладонь.

Семья – это действительно редкостная ценность. Вопреки опасениям Рэнналфа семьи Бедвин и Лоу совсем не стеснялись друг друга. Быокасл спустился с небес на землю, чтобы произвести благоприятное впечатление па семейство Лоу. За завтраком он увлеченно беседовал с преподобным Джереми Лоу, как показалось Рэнналфу, о теологии. Маркиз Рочестер свободно обсуждал с сэром Джорджем Эффингемом политику, а маркиза, самая высокомерная из аристократок, удостоила беседой мать Джудит, а также миссис Лоу и леди Бимиш. Аллин устроил все так, чтобы за завтраком сидеть между Памелой и Хилари Лоу. Морган, которая сидела напротив, болтала с Брануэллом Лоу. Веселая и очаровательная Ева беседовала со всеми, одновременно присматривая за детьми, которые сидели тут же за столом, пока младшая девочка не устала от шума и Эйдан не унес ее наверх.

Тетя и дядя Рэнналфа очень благосклонно отнеслись к Джудит, когда он представил их друг другу.

– Раз вам удалось завоевать сердце Рэнналфа, вы, должно быть, особенная девушка, – заявила тетушка с присущей ей прямотой, покачивая в руке лорнет, – помимо прекрасной внешности. Бьюкасл говорил мне, что вы красавица.

– Спасибо, мэм. – Джудит улыбнулась и сделала реверанс.

Когда они вернулись из церкви, Морган и Фрея расцеловали ее в обе щеки, а Ева, с которой девушка познакомилась только сегодня, крепко ее обняла.

– Два месяца назад Рэнналф приехал в Грандмезон, исполненный решимости разрушить все бабушкины матримониальные планы, – подмигнула Ева, бросив лукавый взгляд в сторону Рэнналфа. – Я так рада, что тебе удалось переубедить его, Джудит.

Эйдан – высокий, прямой, темноволосый Эйдан – отвесил девушке низкий поклон, всем своим видом демонстрируя, что он еще более холоден и суров, чем Бьюкасл. Но потом обнял невестку за плечи, поцеловал в щеку и улыбнулся.

– Добро пожаловать в нашу семью, Джудит, – сказал он. – Знаешь, парни из семейства Бедвин – настоящие сорвиголовы, справиться с нами могут, только храбрые женщины.

Ева рассмеялась и погладила по головке своего маленького сына.

– Могу с уверенностью сказать, что Джудит такая же смелая, как я.

Фрея переходила от одной группки гостей к другой, со всеми держась предельно вежливо и обходительно. Однако Рэнналфу казалось, что посреди всего этого торжества она чувствует себя не в своей тарелке. Он отвел ее в сторону, пока Джудит беседовала с бабушкой, которая только что во всеуслышание объявила, что промочила уже три носовых платка, а в запасе у нее еще столько же сухих.

– Неважно себя чувствуешь, Фри? – заботливо спросил Рэнналф.

– Конечно, нет, – резко отозвалась она. – Я счастлива за тебя, Ральф. Признаюсь, я была несколько поражена, когда ты впервые привез Джудит в Бедвин-Хаус, но теперь вижу, что это не кисейная барышня и не охотница за деньгами. Думаю, ты будешь с ней счастлив.

– Да, так оно и будет. – Склонив голову набок, Рэнналф внимательно посмотрел на сестру. – Ты завтра вернешься домой в Линдсей-Холл вместе с остальными?

– Нет! – возразила сестра. – Нет, я собираюсь поехать в Бат. Шарлотта Холт-Бэррои находится там с матерью, и они пригласили меня навестить их.

– В Бат, Фри? – Лорд нахмурился. – Вряд ли ты найдешь там компанию молодежи и соответствующие развлечения.

– Меня это устраивает, – упрямо повторила она.

– Надеюсь, это никак не связано с Китом, – осведомился он, – и с тем, что его жена вот-вот родит?

Кит Батлер, виконт Равенсберг, бывший возлюбленный и еще прошлым летом нареченный Фреи, проживал довольно близко от Линдсей-Холла. А его жена, леди Равенсберг, ожидала скорого разрешения от бремени.

– Конечно, нет! – чересчур запальчиво проговорила Фрея. – Что за глупые мысли, Ральф.

Видимо, свадьба брата и надвигающееся событие в жизни бывшего жениха причиняли сестре боль.

– Прости меня, Фри, – проговорил Рэнналф, – но, знаешь, в твоей жизни обязательно появится кто-то другой, и ты будешь рада, что подождала.

– Оставь эти глупые разговоры, если не хочешь получить по носу, Ральф.

Лорд улыбнулся и поцеловал сестру в щеку, что с ним случалось довольно редко.

– Желаю тебе хорошо провести время в Бате, – сказал он.

– Постараюсь, – пообещала Фрея, заглядывая брату через плечо. – Бабушка, как ты себя чувствуешь?

Повернувшись, Рэнналф нежно обнял пожилую леди за талию.

– Как ты, бабушка?

– Сегодня, Рэнналф, ты сделал меня очень, очень счастливой, искренне проговорила она.

Лорд улыбнулся. Присутствие внуков явно пошло старушке на пользу. Хотя, конечно, по ней трудно было что-то сказать. Свое здоровье она никогда ни с кем не обсуждала.

– Я тоже счастлив, – признался он.

– Знаю. – Леди Бимиш похлопала внука по руке.

Наконец Рэнналф улучил минутку, чтобы поговорить с Джудит наедине. Брачную ночь молодожены собирались провести во вдовьем домике, который по торжественному случаю открыли, убрали и украсили. Но оставшуюся часть праздничного дня решено было провести в Грандмезоне с семьями. В самом разгаре праздника им удалось похитить несколько минут, и вот теперь они рука об руку направлялись в розарий. Сейчас здесь не наблюдалось такого буйства красок, как летом, но везде царили красота и уединение. Террасы купались в лучах сентябрьского солнца, а внизу по камешкам шелестел ручей.

Они сели на ту самую скамейку, где сидела Джудит в свой первый приезд в Грандмезон, когда Рэнналф впервые сделал ей предложение. Их пальцы были переплетены.

– Не хочу показаться жестоким, – сказал он, – но я рад, что в тот день шел дождь и что ни твой кучер, ни я не послушались предупреждений насчет плохой погоды. Я рад, что экипаж перевернулся и угодил в канаву. Ты только представь, как бы могли сложиться наши жизни, если бы ничего этого не произошло.

– И если бы я отказала, когда ты предложил подвезти меня, – добавила Джудит. – Я чуть было не сказала «нет». Раньше я никогда не совершала таких неподобающих поступков. Но мне захотелось украсть кусочек сна, а оказалось, что этот сон продлится всю жизнь, Рэнналф. Я так сильно люблю тебя, но не могу подобрать слов, чтобы выразить свои чувства целиком.

– Таких слов не существует, – прошептал он, поднося ее руки к губам. – Даже если сегодня ночью мы будем заниматься любовью, наших чувств не исчерпать, не так ли? Для меня стало откровением, что любовь не может быть чисто физической, духовной или даже эмоциональной. Это несравненно более глубокое понятие. Любовь – это суть самой жизни, тебе не кажется? Великая невыразимая тайна, которую можно постичь, только открывая для себя любимого человека. Останови меня, Джудит. Я говорю чепуху?

– Нет, – рассмеялась она, – я тебя отлично понимаю. Она наклонила голову и пальцами свободной руки пробежала по его спине.

– Рэнналф? Помнишь, как шесть недель назад мы стояли на вершине холма и ты сказал, что почти мечтаешь, чтобы это было правдой?

– Я имел в виду… – Лорд смотрел на рыжие завитки на шее у жены, и у него вдруг пересохло во рту.

– Так вот, это правда, – мягко проговорила она, заглянув в глаза мужу. – Я беременна. Во всяком случае, я почти уверена.

Рэнналф завороженно смотрел на жену.

– Ты это серьезно?

Подавшись вперед, Рэнналф отпустил ее ладонь, одной рукой обнял жену за плечи, другой подхватил под колени и, легко подняв на руки, закружил по поляне.

– Я скоро стану отцом! – крикнул он голубому небу. – У нас будет ребенок!

Издав радостный вопль, он прижался лбом к се волосам. Джудит смеялась, и глаза ее горели от счастья.

– Мне кажется, ты точно не против, – заметила она.

– Джудит, – выдохнул он, почти касаясь ее губами, – жена моя, сердце мое, любовь моя. Кажется, я опять говорю глупости?

– Возможно, – снова рассмеялась девушка, обвивая его шею руками, – но, кроме меня, здесь никого нет. Так что можешь продолжать.

Но как это сделать, когда жена закрыла тебе рот поцелуем?

73
{"b":"5419","o":1}