ЛитМир - Электронная Библиотека

– Возможно, тетя, – сказал герцог, глядя на Еву, но не поднося лорнет к глазам, – что леди Эйдан возьмет на себя этот труд и в будущем году сама представит Морган.

Эйдан помог Еве справиться с ее обручами и шлейфом и сесть. Их взгляды встретились. Она смотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами. Его взгляд, как всегда, был непроницаем.

– Кажется, леди Эйдан, – сказала Фрея, – королева не приказала бросить вас в Тауэр и отрубить голову за то, что вы явились в черном.

– Кто-нибудь громко возмущался, Ева? – спросил Аллин.

– Нет. – Они все выжидающе смотрели на нее. – Никто.

– Ладно, девочка, – решительно сказала маркиза, – ты могла бы им все рассказать.

– Мы вместе с другими дамами, казалось, целую вечность ожидали в длинной галерее, – сказала Ева. – Наконец настала моя очередь, и нас позвали. Лорд-церемониймейстер расправил мой шлейф, а другой взял мою карточку и объявил мое имя. Ее величество сидела на троне. Я подошла, сделала реверане, поцеловала ей руку и затем отступила назад – все обошлось благополучно.

Это походило на сказку, придуманную для девочек. Она, Ева Моррис, дочь углекопа, стояла рядом с троном королевы и поцеловала руку! Ева представила, как тетя Мэри с восхищением будет слушать ее рассказ и просить снова и снова повторить его. Конечно, это станет семейной легендой. Завтра ей предстоит все подробно описать в письме домой.

Герцог Бьюкасл с высокомерным видом смотрел на нее. Эйдан с бесстрастным выражением лица стоял за ее стулом, заложив руки за спину. Аллина все это явно забавляло, леди Фрея, казалось, была несколько разочарована.

Маркиза Рочестер раздраженно прищелкнула языком.

– Если бы это было все, – сказала она, – я бы не заставила тебя говорить, девочка. Фрея сделала то же самое. Как и любая знатная леди старше семнадцати или восемнадцати лет. Королева почти никогда не беседует с представляемыми ей дамами.

– А она беседовала? – удивленно подняла брови леди Фрея.

Ева не понимала, что в этом удивительного.

– Ее величество наклонилась ко мне и спросила, почему я в трауре, – объяснила она, – и я сказала, что мой брат погиб в битве при Тулузе. Она улыбнулась мне очень ласково и похвалила меня за то, что я ставлю любовь к родным выше соблазна блистать нарядами в ее присутствии.

– Королева добавила, – вставила леди Рочестер, – что несколько месяцев назад вся страна была в трауре по ее брату.

Аллин подавил смешок.

– Удачный ход, могу поклясться, – сказал он. – Ева, вы будете любимицей нашего общества.

Заговорил герцог.

– Мне кажется, вы хорошо проявили себя, леди Эй-дан. И вы почтили память капитана Морриса. Фрея, ты собираешься разливать чай? Или пусть остывает?

Ева взглянула на Эйдана. Он ничего не сказал, но повернулся, чтобы взять для нее чашку. Согласен ли он с холодной и определенно недоброй похвалой брата? Не рассердила ли она его? Не унизила ли? Не обидела? И не все ли ей равно?

Нет. Не все равно.

Разговор шел в основном о Еве. Она выпила чаю, и герцог предложил отдохнуть перед балом. Ева направилась в свои покои. Она ожидала, что Эйдан пойдет с ней, но леди Фрея опередила его.

– Я провожу вас, леди Эйдан, – предложила она.

Ева удивилась. Последнюю неделю золовка не делала вида, что не замечает ее, но и не искала ее общества и не разговаривала с ней.

Перед тем как уйти, Ева присела перед леди Рочестер, не так низко, как перед королевой, разумеется, но ее реверанс был достоин пожилой знатной дамы.

– Благодарю вас, мадам, – сказала она, – за все, что вы сделали для меня сегодня.

Маркиза подняла лорнет.

– По-моему, тебе пора называть меня тетей.

– Спасибо, тетя Рочестер, – улыбнулась ей Ева.

Леди Фрея, поднимаясь с Евой по лестнице, придерживала ее шлейф.

– Все это отвратительно, – сказала леди Фрея. – Весь этот глупый ритуал с допотопной королевой, чье представление о моде застряло где-то в прошлом столетии.

«Отвратительно? Глупый ритуал? Допотопная?» О Боже!

– Но мне будет что рассказать, когда я вернусь домой, – ответила Ева.

– Шутка была великолепна, – сказала леди Фрея. – Особенно когда мы увидели вас впервые в черном платье. Вы видели лицо тети Рочестер? А Вулфа? Признаюсь, даже у меня отвисла челюсть. А Эйдан просто окаменел. Я ценю хороший удар. Хвалю.

– Я сделала это ради моего брата, – объяснила Ева. Они повернули в широкий коридор, ведущий в ее апартаменты, и леди Фрея отпустила шлейф.

– В самом деле? – спросила она. – Но, думаю, не только ради этого. По-моему, другой не менее важной причиной было желание поставить нас всех на место, леди Эйдан. Вы выбрали очень эффектный способ, и вам невероятно повезло. Вы вышли из этого не только целой и невредимой, но и отомщенной. Вы проявили необыкновенную смелость. Если бы у королевы несколько месяцев назад не умер брат, возможно, она не смотрела бы на вас так ласково.

Ева остановилась перед дверью и взялась за ручку.

– Я уважаю всех, кто может противостоять нам, – продолжала леди Фрея. – Это не просто, уверяю вас. Я оставляю вас. Вулф распорядился, чтобы вы отдохнули, и вы должны отдыхать. Увидимся позже. Могу я называть вас Евой?

– Пожалуйста, – ответила Ева.

– А я Фрея. – Она крепко пожала Еве руку и пошла обратно широким шагом. Она была невысокой, довольно пышной девушкой, но двигалась, говорила, а иногда и вела себя по-мужски.

Ей протянули оливковую ветвь мира, поняла Ева. Она вошла в роскошную, кремовую с золотом комнату, служившую им с Эйданом гостиной. Герцог сказал, что она хорошо проявила себя. Маркиза позволила ей называть себя тетей.

Действительно, она многого добилась. И все потому, что она не подчинилась им. Не в этом ли секрет выживания в среде Бедвинов?

Но что же с Эйданом? Она опозорила его? Может, они все думают, что он не может справиться с женой и считают его слабаком?

Но в эту минуту она была в состоянии думать Только о том, чтобы снять с себя неудобное нелепое платье и растянуться на кровати. Но хватит ли у нее сил для бала? Да еще и для представления ее обществу? От этой мысли у нее засосало под ложечкой.

Как ей хотелось оказаться сейчас в Рингвуде!

Глава 15

Она справилась! Только когда Ева вернулась домой и все рассказала или, вернее, когда вместо нее все самое важное рассказала тетя Рочестер, Эйдан понял, как он за нее волновался всю неделю, опасаясь, что случится какая-нибудь неприятность и Ева будет опозорена и унижена. Всю неделю, и днем и вечером, он старался держаться от Евы подальше. Он чувствовал, что все ее внимание сосредоточено на том, что ей предстоит узнать и чему научиться, и не хотел мешать ей. Эйдан предоставил ей полную свободу, позволив не только делать все по-своему, но и взбунтоваться.

Его радовало, что Еву не испугало высокое положение его семьи. Вероятно, именно этого он больше всего и опасался, когда она решила вернуться в Бедвин-Хаус, а не уехать домой на следующий день в почтовом дилижансе. Ева понравилась ему еще в Рингвуде. Его восхитило странное для него ее отношение к сиротам, бездомным и другим отринутым обществом людям.

Но сегодня ее ожидало еще одно испытание, может быть, потруднее, чем представление королеве. Вечером ей предстояло появиться в свете, влиться в него, разговаривать танцевать со знатными особами. С нее не будут спускать глаз, ее поведение будут обсуждать. Эйдан почти не сомневался, что в обществе станет известно о ее низком происхождении.

Как и несколько недель назад в «Трех перьях», полковник ел парадный мундир и бальные туфли. Каким далеким казался сейчас тот вечер! Он ждал Еву, чтобы сопровождать ее в зал. Она не заставила его ждать. Он взглянул на часы над камином и увидел, что остается еще добрых четверть часа от того времени, когда они займут свои места рядом с Бьюкаслом, встречавшим гостей. И в эту минуту открылась дверь.

Ева выглядела необычно и была потрясающе красива. В ее туалете уже не было привычного унылого серого цвета, как и мрачного великолепия черного придворного платья. Искусно сшитое платье с высокой талией цвета нежной бледной примулы очаровывало своей простотой. Вышитые на подоле и коротких рукавах примулы украшали его. Подобранные под цвет платья туфельки, веер и перчатки цвета слоновой кости, завершали ее туалет. Высоко уложенные волосы казались еще красивее благодаря нескольким локонам, спускавшимся"на ее шею и виски. Глубокое декольте открывало полуобнаженную грудь, которой не мог не залюбоваться Эйдан.

39
{"b":"5423","o":1}