ЛитМир - Электронная Библиотека

– После пережитого напряжения и опасностей нам необходимо было разрядиться, – заметил Кеннет. – Но кажется, мы довольно скоро обнаружили, что удовольствие ради удовольствия быстро приедается.

– Кен, ты, конечно, говоришь о себе? – с нарочитой ленцой протянул Иден. – Сдается мне, что я единственный из всех сдержал клятву. Да вот еще Нат по уши завяз в своих женщинах.

– Черт побери! – рассмеялся Рекс. – Да каждый мужчина только мечтать об этом может.

– К сожалению, я говорю не просто о женщинах, Рекс, – сказал Иден, – а про родственниц. Про его сестер, кузин, тетушек, бабушек и прабабушек… Их у него наберется не один десяток. А ведь я предупреждал тебя, верно, Нат? Два года назад, когда ты упрямо твердил, что возвращаешься домой, я предсказывал, что тебя ожидает. Только представь себе, Рекс, целую кучу незамужних и замужних сестер да еще постоянно живущих в его доме кузин. Нет, дружище, это не мечта, а сущий кошмар для любого мужчины!

– Стоит тебе в очередной раз упомянуть о моих родственницах, как их количество стремительно возрастает, – смеясь, сделал ему замечание Натаниель. – А у меня всего пять сестер, Иден, и к моему возвращению две из них уже были замужем. И только одна кузина, которая постоянно живет с нами, хотя, должен признаться, порой она одна стоит тридцати! Кроме того, мне уже удалось пристроить Эдвину и Элеонор. Так что остались только Джорджина и Лавиния, поэтому на данный сезон в Лондоне у меня большие надежды.

– А как насчет тебя самого, Нат? – поинтересовался Кент. – Когда пристроишь всех своих девиц, возьмешь себе жену? Ты и для этого приехал в Лондон? Может, нам с Мойрой подыскать тебе женушку, а? Имей в виду, я очень ловко справляюсь с ролью свата! Согласен помогать, Рекс? – Он с озорством подмигнул товарищу.

Иден театрально застонал.

– Нат, они нам завидуют, – сказал он. – При всем моем уважении к Мойре и Кэтрин их мужья никак не могут смириться с тем, что мы все еще ходим в холостяках. Так что держись, дружище!

Но Нат только снисходительно усмехнулся:

– Друзья, вы видите перед собой убежденного противника брака. Супружеские оковы не для меня, благодарю покорно!

Нарушив благодатную тишину парка, Иден издал торжествующий вопль, который непременно вызвал бы укоризненные замечания гуляющих – к счастью, в этот ранний час было практически безлюдно. Не очень далеко от них куда-то спешил рабочий, только что мимо прошла горничная, прогуливая хозяйскую собаку ростом почти с себя, да по дорожке им навстречу медленно двигались две женщины, тоже с собакой.

– Но, Нат, надеюсь, ты не давал обета воздержания?! – с шутливой тревогой поинтересовался Иден. – А то у меня есть для тебя на примете несколько таких… м-м-м… штучек, о которых ты и представления не имеешь. Рекс и Кен теперь не в счет, так что остаемся только мы с тобой. Начнем сегодня же вечером. Пока ты в Лондоне, к чему терять понапрасну хоть одну ночь? Поэтому, старина, постарайся днем вздремнуть: чтобы к вечеру быть свеженьким, тебе понадобится весь твой пыл!

– Господи! – театрально простонал Рекс. – Кен, да были ли мы с тобой когда-нибудь такими молодыми и ненасытными?

– Были, были, Рекс, – успокоил друга Кеннет тоном убеленного сединами старца. – Только с тех пор прошло много-много лет. Правда, я все же припоминаю время, когда респектабельный образ жизни представлялся нам чем-то вроде чумы. А разговоры о единобрачии приводили в ужас!

«Отлично, – подумал Натаниель, – значит, сегодня вечером! Иден прав, нечего попусту терять время». Однако у него немало хлопот, которые невозможно сбросить со счетов. Начиная с сегодняшнего дня и в течение нескольких следующих он должен нанести визиты во все нужные дома и оставить там свою карточку, поставив хозяев в известность о своем прибытии. Завтра должны приехать Маргарет с Джоном, и тогда начнется настоящая суматоха по приготовлению Джорджины и Лавинии к выходу в свет. Он должен будет появляться вместе с женщинами, повсюду их сопровождать. Натаниель и не думал пренебрегать своими семейными обязанностями, без оглядки бросившись в водоворот наслаждений, как это было два года назад и после чего в душе у него осталось странное ощущение пустоты и неудовлетворенности. Нет, нет! Теперь он сэр Натаниель Гаскойн, баронет, сознающий свой долг перед сестрой и кузиной.

Вместе с тем наверняка у него найдется несколько относительно свободных дней. Он не обязан сопровождать женщин к модисткам, портнихам и обувщику. Ему придется только оплачивать их счета. Так что у него будет возможность развлечься – например, покататься верхом в парке с друзьями, вот как сегодня, посетить клуб «Уайтс», съездить на скачки. И к женщинам. В Боувуде его плотские потребности находились под негласным запретом, теперь же от них нельзя отмахиваться. В будущем, решил он, нужно почаще наведываться в город, два года – слишком длительный срок воздержания.

Натаниель целиком ушел в свои мысли. А тем временем две дамы, медленно шедшие им навстречу, и их черный с белым колли, то и дело бросавшийся в сторону от дорожки, что-то вынюхивая в траве, но ни на минуту не терявший женщин из виду, значительно приблизились к четверке друзей, и Иден тихонько присвистнул.

– Боже, Нат, да это же бриллиант чистейшей воды! – проговорил он, наклоняясь к другу. – видишь? Да если бы я приехал на ярмарку невест…

Действительно, более молодая и высокая леди была очень элегантна и хороша собой: на ней было превосходного покроя платье для прогулок с высокой талией изумительного небесно-голубого цвета, что идеально подходило к ее светлым, как лен, волосам и свежему личику. Леди была очень юной, кажется, даже моложе Джорджины..

– Но ты приехал не на ярмарку, – твердо отрезал Натаниель. – А если бы и так, то нашел бы себе занятие получше, чем выкрадывать младенцев прямо из колыбели.

Иден усмехнулся.

Но тут вдруг Кеннет воскликнул так громко и радостно, что его могли услышать леди:

– Бог мой! Друзья, вы только посмотрите, кто это! Остальные пригляделись к дамам повнимательнее.

Леди, сопровождавшая юную девушку, была старше и выглядела не так элегантно, как ее компаньонка. Но именно при взгляде на эту даму глаза мужчин неожиданно загорелись – они смотрели на нее с одинаковым удивлением и восторгом.

– Софи! – вскричал Рекс. – Господи, как же это замечательно!

– Софи Армитидж! – с восторгом вторил другу Иден. – Черт побери, как же я рад вас видеть!

Кеннет сдернул с себя бобровую шляпу и ослепительно улыбнулся:

– Нет слов, чтобы выразить удовольствие от встречи с вами, дорогая Софи!

– Софи, дорогая! – Натаниель нагнулся и протянул ей правую руку. – Какая приятная неожиданность встретить друга в первое же утро в Лондоне, где ты не был два года! Вы прекрасно выглядите.

Она пожала ему руку – ее рукопожатие было твердым, как у мужчины, живо вспомнилось Натаниелю, – и приветствовала каждого из друзей искренней и теплой улыбкой.

– Четверо Всадников! – сказала София. – И все вместе и такие же красивые и веселые, как будто и не было этих трех лет! Впрочем, сейчас еще раннее утро, и, может, все это мне только снится?! – Она засмеялась. – Сара, ты видишь здесь четверых всадников? Четверых самых прекрасных разбойников Англии? Или они мне пригрезились? – С этими словами она обменялась с каждым из молодых людей теплым рукопожатием.

Дорогая Софи! Она была с ними во время войны на полуострове. Они дружили с ее мужем, а она повсюду ездила с ним, более выносливая и неунывающая, чем большинство мужчин. Она безропотно заботилась о своем муже, принимая под свое крыло и его товарищей-офицеров, лечила их раны, чинила и чистила их мундиры, пришивала оторвавшиеся пуговицы, хотя у каждого на то были свои денщики и ординарцы. Ее руки были постоянно заняты какой-нибудь работой, пока она прислушивалась к праздной болтовне мужчин, всегда понимая их настроение. Иногда она даже кормила их обедом, тогда как другие офицерские жены считали это унизительным для себя. А сами офицеры пускались на разные уловки, чтобы получить приглашение к столу Уолтера Армитиджа.

5
{"b":"5424","o":1}