ЛитМир - Электронная Библиотека

Нет, она не может надолго задержаться в Челкотте. Скоро тетя Агги и она должны вернуться в Лондон. Но сейчас ей не хочется об этом думать. Недели три-четыре она еще здесь пробудет и еще успеет заглянуть в разные уголки Хаймурского поместья вместе с мистером Уэйдом. Конечно, если только он захочет взять ее с собой. Если ему не наскучила их дружба. Но она не могла ему наскучить – они встречались всего несколько раз.

Саманта сидела за столом и смотрела в пространство. Она завтракала а одиночестве. Габриэль и Альберт уехали по каким-то делам, а Дженни была в детской с Мэри, которая ночью свалилась с кроватки, набила себе шишку на лбу и теперь нуждалась в материнской заботе и утешении.

Тетя Агата явилась в столовую с обычной пачкой писем от своих лондонских подруг. Она поцеловала племянницу, взяла тост и кофе и, получив от Саманты заверения в том, что она не будет возражать, если они какое-то время помолчат, принялась читать сообщения своих подруг о последних столичных новостях и сплетнях.

– О Боже! – воскликнула она немного погодя. – Бедняжка Софи!

– Что, леди София заболела? – вежливо осведомилась Саманта.

– Она переходила улицу, и какой-то болван кучер наехал на нее, – сообщила тетя, все еще не отрывая глаз от письма. – Да еще отругал ее и поехал дальше, даже не остановившись. Ее принесли домой со сломанной ногой.

– Как ей не повезло, – сочувственно отозвалась Саманта. – Надеюсь, она не очень страдает?

– Конечно, ей плохо, – сказала леди Брилл. – Но хуже всего то, что в городе никого нет. Она просто изнывает от скуки, бедная Софи. Ты ведь знаешь, дорогая Саманта, она обожает, чтобы ей наносили визиты и обо всем рассказывали. Без этого она жить не может.

– Да, знаю. – Саманта не могла подавить улыбку. Прикована к постели, да еще никто не навещает ее, – это просто убьет ближайшую тетину подругу.

Но в ту же минуту улыбка слетела с уст Саманты.

– Я должна немедленно ехать в Лондон! – решительно заявила леди Брилл. – Я должна быть рядом с ней. Моя дорогая бедная Софи! Самое малое, что я могу для нее сделать, – быть рядом с ней в беде.

Значит, и ей придется немедленно ехать в Лондон, поняла Саманта, Как это ни эгоистично со стороны тети, но ей, Саманте, придется сопровождать леди Брилл.

– Когда отъезд? – спросила Саманта.

– Ах! – Леди Брилл посмотрела на племянницу и обеспокоенно нахмурилась. – Я увожу тебя от твоей дорогой Дженнифер и лорда Торнхилла несколько раньше, чем предполагалось. Но ты ведь не можешь остаться здесь, милая, не так ли? В таком случае с кем же ты поедешь обратно в Лондон к началу сезона? Ты не должна путешествовать одна. Ты очень, очень против? Но понимаешь ли, бедняжка Софи…

Саманта перегнулась через стол и накрыла ладонью тетушкину руку. На самом деле она действительно была против, но совсем по другой причине.

– Ну что вы, тетя, я вовсе не против, – сказала она. – Я считаю, это очень благородно с вашей стороны – поддержать леди Софи в трудную минуту и составить ей компанию. Да и почему бы мне быть против возвращения в Лондон, хотя сезон еще не начался? Дело всегда найдется. Кстати, мне необходимо обновить свой гардероб. У меня просто нет ни одного туалета, в котором бы я уже не появлялась в свете.

– Ты очень добра ко мне, дорогая. – Леди Брилл вздохнула с облегчением. – Правда, это очень мило с твоей стороны. Кто знает, может, в этот сезон ты наконец встретишь мужчину твоей мечты. Он появится, попомни мои слова. Несмотря на твои утверждения, что ты вовсе не хочешь его встретить. Никогда в жизни не слышала подобной глупости!

Саманта улыбнулась.

– Когда ты хочешь отправиться? – спросила она. А про себя молила: «Пожалуйста, только не сегодня! Только не сегодня!»

– Завтра утром? – извиняющимся тоном спросила тетя. – Как можно раньше, если это возможно. Дорогая, тебе хватит времени на сборы?

Дверь столовой в этот момент отворилась, и вошла леди Торнхилл. Мэри надоело разыгрывать трагедию, сообщила она; малышка уже не могла противиться соблазну и побежала играть с Эмили и Джейн. Майкл уехал с мужчинами.

– Какая жалость! – явно огорчившись, воскликнула леди Торнхилл, когда леди Брилл сообщила ей новость. – Уже уезжаете! Я рассчитывала, что вы еще погостите у нас недели три или хотя бы две.

И все же, думала Саманта, поднимаясь наверх, чтобы дать распоряжение своей горничной укладывать чемоданы, все же Дженни должна почувствовать и облегчение тоже – наконец-то они с Габриэлем и детьми останутся одни. Альберт и Розали должны тоже уехать на этой неделе.

Саманта не завидовала кузине, что она замужем. С тех самых страшных событий, которые случились шесть лет назад. Она только жалела ее, хотя и знала, что замужество Дженни хоть и началось так трагически, однако оказалось вполне счастливым – супруги нежно любили друг друга. Сегодня Саманта впервые почувствовала… нет, не жалость. Отнюдь. И не огорчилась, что сама она одинока. Нет. Но что это с ней? Она не могла бы определить каким-то словом, что сейчас чувствует.

Но она явно огорчилась, когда дала себе отчет в том, что ее сегодняшняя встреча с мистером Уэйдом будет последней. Вряд ли еще когда-нибудь она увидит его, хотя, судя по всему, он бывает в Хаймуре. Но вряд ли их приезды – ее в Челкотт и его в Хаймур – совпадут. И уж тем более нереально встретить его где-то еще.

Значит, сегодня они встретятся в последний раз. И она, несмотря на то что они стали друзьями, даже не может предложить ему переписываться – они ведь не родственники, пусть бы и дальние, он – одинокий мужчина, она – одинокая женщина. Они не могут вступить в переписку, это было бы предосудительно, нельзя всерьез даже думать об этом.

Саманта вышла пораньше, а спешила так, словно опаздывала. Спешила, а на сердце было тяжело. Ей не хотелось, чтобы их дружба кончилась. И только лишь из-за нелепых условностей дружба между мужчиной и женщиной, если она не ведет к алтарю, считается совершенно недопустимой.

Как это глупо!

Однако она не испытывает желания идти с мистером Уэйдом к алтарю.

Зато больше всего на свете хочет сохранить его как друга.

Странно, мелькнуло у нее в голове, почему она так дорожит им?

Она слишком рано пришла к месту встречи. По крайней мере, за полчаса до назначенного времени, решила Саманта, хотя у нее и не было часов. Ей придется долго его ждать. А жаль – день такой прекрасный. И это их последняя встреча…

Но когда она приблизилась к беседке на вершине холма, с каменной скамьи поднялся Хартли Уэйд. На нем было все то же невообразимое пальто и те же ношеные-переношеные башмаки, а в глазах светилась улыбка.

Эта улыбка согрела ее больше, чем яркие лучи солнца.

– Видите? – весело крикнула она. – Я столько прошагала – и никакой одышки!

– Примите мои самые сердечные поздравления, – сказал он.

Глава 5

Она была во всем розовом, если не считать соломенной шляпки, и прелестна, как сама весна. Щеки у нее раскраснелись, глаза блестели, и так приятно было вообразить, что эта женщина спешила на свидание со своим возлюбленным. С ним! Приятно и абсурдно.

– Коль скоро вы ничуть не устали, – сказал он, – мы можем не задерживаться в беседке. Отправимся сразу к порогам. Согласны?

– О, да вы жестокий человек! – со смехом отозвалась Саманта. – Придется мне открыть правду. – Саманта прошла мимо него и опустилась на скамью, изображая полное изнеможение. – Вы пришли рано.

– Но и вы тоже, – сказал он. – Грешно сидеть дома в такую погоду, не так ли? – Он сел рядом с ней, но не совсем рядом, маленький промежуток все же оставался.

– Вы еще долго пробудете в Хаймуре? – спросила Саманта. – Или уже собираетесь в путь?

Как видно, она начала опасаться, не вызовут ли ее дальние прогулки и встречи с ним осуждение со стороны ее родственников. Она надеется, что он скоро уедет и ей не придется говорить ему, что их встречи должны прекратиться. Он сразу погрустнел.

12
{"b":"5425","o":1}