ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пустошь
В сердце моря. Трагедия китобойного судна «Эссекс»
Волки у дверей
Принц и Виски
Четвертая обезьяна
Смертельно опасный выбор. Чем борьба с прививками грозит нам всем
Мужчины с Марса, женщины с Венеры. Новая версия для современного мира. Умения, навыки, приемы для счастливых отношений
Реплика
Флейта гамельнского крысолова
A
A

Грейс еще долго сидела с закрытыми глазами, опустив голову на плечо мужа. Думала о Джереми и от души хотела одного, только одного — чтобы Перри был его отцом.

Перри, которому исполнилось двенадцать лет, когда родился Джереми! Грейс выпрямилась и слабо улыбнулась мужу.

— Теперь я готова уйти, — сказала она. — Спасибо, что ты пришел, Перри. Невеселый тебе сегодня выпал вечер. Благодарю тебя за твои слова. Я не уверена, что могу вполне принять их. Понимаешь ли, гораздо легче прощать других, чем себя. Но спасибо тебе. Пол не согласился бы с тобой. Он простил меня и никогда не упоминал о моем грехе после того, как мы уехали отсюда. Однако само его молчание говорило, что он считал это большим грехом.

— Да. — Перри с улыбкой встал и помог подняться Грейс. — Мы с Полом больше всего расходились во мнениях по вопросу о природе греха. Тебя угнетало его прощение, не правда ли? Ты была уж очень тихой и ушедшей в себя все эти годы, Грейс. Тебе незачем опасаться моего прощения. Ты подарила свою любовь — мужчине и ребенку. Я могу только уважать тебя за то, как ты поступила, дорогая, и мне грустно, что оба эти чувства до сих пор причиняют тебе боль.

“Чем я заслужила Перри?” — думала Грейс, идя под руку с мужем к дому. Простить себя она не могла. И никогда не простит, несмотря на то, что говорила отцу. Джереми не утонул бы, если б она так бездумно не отдалась Гарету.

Глава 5

Кое-кто из ее прежних знакомых навестил Грейс в первую неделю после приезда. Некоторым она отдала визиты вместе с Этель и Перигрином, а иногда и с Присциллой. Однако уж никак не ожидала получить приглашение на обед и вечерний прием в дом виконта Сандерсфорда. Отец Гарета игнорировал самое ее существование после того, как его сын уехал. Он не признавал своего внука.

— Вероятно, приглашение относится к тебе, Мартину и Присцилле, — сказала Грейс невестке, когда та протянула ей карточку. — Виконт, видимо, не знает, что я здесь, или ему неизвестно мое нынешнее имя, и он полагает, что пригласил еще незнакомых гостей.

— Нет, — возразила Этель, бросив на невестку испытующий взгляд, — он особо назвал тебя в приглашении. Я могу отказаться за всех нас, если хочешь, Грейс. Ты, разумеется, понимаешь, что мы с ним далеко не в близких отношениях.

Грейс минутку подумала и ответила:

— Нет, не посылай отказ. Мы пойдем. В конце концов, она приехала сюда, чтобы встретить свое прошлое. Встречать, так уж все. Было время, когда ей нравился виконт, который баловал Гарета точно так же, как отец Грейс баловал ее. Она сообщила Перигрину о приглашении, но не пояснила, что их будет принимать отец Гарета. Думала сделать это позже, но так и не собралась. Перри, наверное, уже устал слушать разговоры о ее бывшем возлюбленном и ее сыне. Даже его благодушному долготерпению может прийти конец.

Перри перешел из своей гардеробной в гардеробную Грейс в своем обычном добром настроении — пора было отправляться на обед.

— Перкинс так пыжится, что у него даже грудь стала шире дюйма на два, — объявил он, улыбаясь отражению Грейс в зеркале. — Добился того, чтобы галстук был повязан с математической точностью. Погляди-ка! Тебе не кажется, что складки просто восхитительны? Я чувствую себя так, словно еду в Сент-Джеймс.

— Все великолепно, — признала Грейс.

— О, я вижу, ты надела голубое платье. Очень хорошо, я полагаю, настало время снять траур. Ты выглядишь прекрасно в светлом наряде. Как тебе понравилась сегодняшняя прогулка с Этель?

— Очень понравилась, — ответила Грейс. — Мы навестили двух заболевших работников. Я хорошо помню этих людей. Приятно было увидеть их снова.

— Ты знаешь, я всю вторую половину дня провел с Присциллой и ее подружками. Их глупость просто восхитительна! Они непрерывно хихикали. Одной из них понадобилось купить ленты и прочую чепуху. У модистки все три барышни перемерили по меньшей мере по дюжине шляпок каждая и в результате не купили ничего. Потом они занялись поглощением невероятного количества мороженого и пирожных в кондитерской. Новый викарий увидел нас в этом заведении и зашел выразить почтение. Девицы снова принялись хихикать, и викарий покраснел до ушей.

Грейс улыбнулась ему в зеркале и отпустила горничную.

— Присцилла и мисс Стеббинс скоро уезжают в Лондон, — сказала она. — Там их ждет огромное количество таких же хихикающих девиц, Перри. Это сезон, брачный месяц март.

Грейс видела в зеркале, как муж смеется, какие оживленные у него глаза, какие белые и ровные зубы.

— Жизнь там уж никак не назовешь скучной, — заметил Перри.

Они оказались далеко не единственными гостями. Это стало ясно, едва они вошли следом за представительным лакеем с прямой, как доска, широкой спиной в гостиную и услышали жужжание множества голосов. Грейс нервничала. Они с Перигрином держались позади Мартина, Этель и Присциллы — лорд Поли отказался от приглашения, — и Грейс изо всех сил старалась успокоить неистово бьющееся сердце.

Виконт поклонился Этель и Присцилле, пожал руку Мартину и взглянул на Грейс и Перигрина. Лорд Сандерсфорд был высоким мужчиной с военной выправкой, хорошо сложенным, мускулистым и необычайно красивым. Волосы темные и волнистые, довольно длинные, лицо уже загорело. Небольшая ямочка на подбородке делала виконта еще более привлекательным. Его взгляд был проницательным и слегка насмешливым.

— А, леди Лэмпмен! — произнес он, поднося ее холодную руку к губам. — Вы, как всегда, очаровательны. Сэр Перигрин Лэмпмен, я полагаю?

И крепко пожал Перигрину руку, после чего они минуты две обменивались любезностями, пока мисс Стеббинс и ее маменька не увлекли Перри за собой. Кажется, ему предстояло выразить восхищение лентами, которые были куплены нынче днем в его присутствии.

— Ну, Грейс, — сказал виконт, едва они остались в относительном уединении, — ты собираешься упасть в обморок… или выразишь мне свое презрение, чтобы поступить не слишком по-женски?

— Значит, твой отец умер, Гарет? — спросила Грейс голосом, который, как ей казалось, звучит откуда-то издалека.

Он засмеялся:

— Разве ты об этом не слышала? И не знала, что сегодня вечером увидишь меня? Как это примечательно! Мой отец умер шесть лет назад.

— Я не знала. Ничего не слышала, даже того, что ты вернулся домой. Где твоя жена?

— Тоже умерла. Она была несчастным созданием, Грейс. Слабенькая. Следовать вместе с мужем за воинской частью было ей не по силам. Она умерла от родов более девяти лет назад. И ребенок тоже не выжил.

— Сожалею, — машинально сказала Грейс. — Прими мои соболезнования.

— В них нет нужды. — Гарет пожал плечами. — Это дело уже далекого прошлого. Но идем. Дворецкий, как я вижу, приглашает нас к обеденному столу. Я поведу тебя. Возьми меня под руку, Грейс. Ты же не намерена упасть в обморок?

— Нет.

Грейс невероятным усилием воли заставила себя выбраться из темного туннеля, по которому последние несколько минут брела к прошлому, и, подняв руку, кажущуюся чужой, положила ее на локоть лорда Сандерсфорда. Она поискала глазами Перри и увидела, что он предложил руку мисс Стеббинс, сказав ей и ее маменьке, видимо, что-то очень забавное, потому что обе весело рассмеялись.

* * *

Перигрин был вполне доволен собой. Его забавляло, что с самого приезда в дом тестя он сделался любимцем трех юных леди, в том числе племянницы его жены. Так было с тех самых пор, как он стал взрослым. Ему не приходилось делать никаких усилий, чтобы привлечь к себе внимание девушек и симпатии их матерей и старших родственниц.

Он не мог объяснить самому себе свой большой успех у женщин. Но очень редко Перри чувствовал, что какая-то из его поклонниц склонна полюбить его… Они просто радовались его обществу и возможности посмеяться и пофлиртовать с ним, видимо, понимая, что ему по-настоящему нравится развлекать их и отыскивать все новые способы их насмешить и вызвать румянец на девичьих щечках.

И теперь Перри радовало, что он по-прежнему окружен девушками и их улыбающимися мамашами, несмотря на то что стал солидным женатым человеком.

12
{"b":"5428","o":1}