1
2
3
...
71
72
73
...
84

— Нет, мэм, — ответил рядовой Хиггинс, отступая от нее еще на полшага.

— Тогда давай сюда мушкет, — дрожащим голосом сказала она. — Капитан Блейк не простит, если меня убьют.

Она схватила мушкет и прицелилась в парнишку, который обиженно и удивленно уставился на нее. Ей было жаль солдатика. Ему здорово достанется от капитана Блейка. Но делать было нечего.

— Я пойду вперед, — решила она. — Я должна своими глазами увидеть, что происходит. А ты, Алан, если хочешь, можешь пойти за мной. А можешь выстрелить мне в спину. Но остановить меня тебе не удастся. Настало и мое сражение. Даже в большей степени мое, чем чье-либо еще.

Она повернулась и побежала. Сначала она чувствовала некоторое напряжение, хотя была уверена, что стрелять в нее он не будет. Потом забыла обо всем. Возможно, он что-то кричал ей вслед, возможно, бежал за ней следом, но она не останавливалась.

Она промчалась мимо мельницы. Ее заметили стрелки из 43-го и 42-го батальонов, стоявшие в цепи вдоль гребня холма. Ей крикнул что-то вслед генерал Кроуфорд Ее заметили артиллеристы, когда она, обогнув батарею, помчалась вниз по склону холма. Но никто не попытался ее остановить. Нельзя было прекратить бой ради спасе ния какой-то обезумевшей девчонки. Как ни странно, как только она оказалась на линии огня, где все было в пороховом дыму, где стреляли и впереди и позади нее, где она видела своими глазами, как английские и португальские стрелки вели огонь против французов, сомкнутыми ряда ми поднимающихся по склону холма, она совсем перестала бояться. Ее охватило возбуждение, от которого бешено колотилось сердце.

Зрение у нее обострилось, взгляд фиксировал все детали. Англичане и португальцы были совсем неподалеку, на склоне холма. Французы уже вытеснили их из деревни Сула и неумолимо продвигались вверх по склону.

Она легла плашмя на землю, спрятавшись за валуном. Из своего мушкета она могла сделать всего один выстрел. Перезарядить его было нечем. Значит, цель ей нужно выбрать с особой тщательностью. Нет, она не собиралась стрелять по французам вообще — ей нужен был один-единственный француз. Но глупо надеяться, что ей повезет и она его увидит.

Тут она неожиданно заметила Роберта и порадовалась тому, что успела лечь и спрятаться за валуном. Он стрелял по врагу. Лицо его почернело от копоти, на виске запеклась кровь. Но он все еще был жив. Слава Богу, он был жив.

Он передал винтовку сержанту, чтобы тот ее перезарядил, а сам взял с земли свою саблю. Как капитан он вообще не должен был стрелять, а лишь руководить своими стрелками. Но Роберт делал и то и другое. Капитан Блейк и его рота упорно удерживали небольшую высоту, отказываясь отступать, хотя остальных уже сильно потеснили к вершине холма. Но колонны французов под прикрытием своих стрелков подходили все ближе и ближе. Скоро английским и португальским стрелкам придется либо отступить, либо бессмысленно погибнуть.

Жуана моментально оценила обстановку. Она видела опасность, угрожающую Роберту, и его упорство. Она увидела приближающиеся колонны синих мундиров, едва различимые в плотной завесе дыма. И вдруг что-то привлекло ее внимание. Она не поверила своим глазам, решив, что принимает желаемое за действительное.

Одну из колонн, подняв над головой саблю, возглавлял полковник Леру! У нее задрожали руки, вцепившиеся в мушкет, а ладони стали влажными и холодными. Но нет, она заставит руки не дрожать. Ведь он убил Марию. Более того, он надругался над ней, прежде чем приказал ее убить. Жуана видела все собственными глазами. За это он должен умереть. Она убьет его, и рука у нее не дрогнет.

Он был слишком далеко. Пулей из мушкета его, конечно, можно достать, но не наверняка, потому что мушкет вообще не отличался особой точностью. Но и ждать она не могла. Удары ее сердца отдавались где-то в ушах, действуя на барабанные перепонки сильнее, чем грохот французских барабанов. Но ей поможет Господь. Она не промахнется, тем более сейчас, когда сама судьба дает ей последний, совершенно неожиданный шанс.

Она выстрелила и увидела, что полковник Леру продолжает идти вперед и, размахивая саблей в воздухе, ведет за собой своих солдат. Он даже не заметил, что она в него только что выстрелила. Она в отчаянии припала лицом к земле. Но всего лишь на мгновение! Потом она резко подняла голову, взгляд широко рас крытых глаз сосредоточился на лежащей позади капитана Блейка заряженной винтовке. Он мог в любой момент взять ее и приказать своим людям отступить следом за всеми остальными. В любой момент ее самый последний шанс мог быть упущен, и она уже никогда не сможет отомстить за гибель Мигеля и Марии.

Бой разгорался и приближался к ней. Но Жуана не видела ничего вокруг, кроме лежащей на земле заряженной винтовки. Все ее мысли сосредоточились на том, чтобы добраться до нее, пока не поздно. Отставив мушкет, она бросилась вниз по склону холма.

Все произошло в считанные секунды. И если Господь не направил ее выстрел в цель, то теперь он явно ей помогал. Ее не убили и даже не ранили, и, как оказалось потом, она ограничилась только синяками и ссадинами, которые получила, когда спотыкалась и падала на землю.

Она успела схватить винтовку, прежде чем капитан Блейк обернулся и удивленно взглянул на нее своими голубыми глазами, особенно ярко выделяющимися на закопченном и окровавленном лице.

— Иисусе Христе! — воскликнул он.

Богохульные слова, которые он добавил к своему восклицанию, она уже не слышала. Она вскочила на ноги и, прижав к плечу приклад незнакомого оружия, прицелилась и крикнула, перекрывая стоявший вокруг грохот боя:

— Марсель!

То ли он услышал ее, то ли его внимание привлекла неожиданная картина: женщина, стоявшая в полный рост в самом центре перестрелки, — она не знала. Но он ее увидел. И узнал. И заметил в ее руках нацеленную на него винтовку. Она знала, что он увидел ее и понял все. Сейчас она уже не имела права промахнуться.

Жуана выстрелила.

Она увидела, как он замер, на лице его застыло удивленное выражение.

Потом он наклонился набок и рухнул на землю.

Она торжествующе рассмеялась. Сильные руки ухватили ее за талию, заставили лечь на землю. Тяжело дыша, она лежала, прикрытая его телом.

— Я его убила, — с победоносным видом твердила она.

Но он не слушал ее. Стоя рядом с ней на одном колене, он приказывал своим людям отступать. Крепко держа ее за плечо, он отступал к вершине холма вместе со своими людьми, которые на ходу отстреливались. Сержант схватил его винтовку и перезарядил ее. Жуана мысленно приготовилась к смерти. Они оказались словно в ловушке между двумя огромными армиями, и выбраться отсюда живыми не было никакой возможности.

— Дай мне винтовку, — сказала она. — Я помогу.

Но он так грубо толкнул ее за свою спину, что она споткнулась.

— Тебе не удастся сбежать, — презрительно фыркнув, заявил он. — Ты останешься моей пленницей или умрешь вместе со мной. А теперь помолчи и не мешай.

Она, как ни странно, подчинилась. От ее послушания сейчас зависела их жизнь. Она все понимала, хотя считала, что, если бы он позволил ей воспользоваться своей винтовкой, она могла бы принести пользу. Но сейчас было не время спорить.

Они боролись за каждый дюйм земли, и на каждом дюйме Жуана готовилась умереть. Теперь, когда отомстила за смерть брата и сестры, она не боялась смерти. Хорошо бы только, чтобы Дуарте узнал об этом. Она не возражала умереть рядом с Робертом. После первого приступа ужаса она была удивительно спокойна.

Но, как видно, умирать было еще рано. Стрелки приближались к вершине холма, французы следовали за ними по пятам. Артиллерийские орудия во избежание захвата врагом откатили назад, и генерал Кроуфорд спокойно сидел на коне возле мельницы, оценивая обстановку. Потом она услышала его пронзительный голос, перекрывающий стоявший вокруг шум.

— А теперь, 52-я, отомстим за смерть сэра Джона Мура! Вперед! В атаку! Ура!

— Рота! — пророкотал у нее над ухом голос Роберта. — Занять свои места!

72
{"b":"5429","o":1}