ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«… ибо, как всем известно, я новичок в делах правления и, боюсь, они испортили мой характер». А теперь – постарайся искательно улыбнуться».

– Я… на самом-то деле новичок в делах правления и, боюсь, слегка сорвался.

Он постарался искательно улыбнуться – но не был уверен, что у него вышло. Обычно искательно улыбались ему.

Сработало, подумал он, увидев, как Брен Адахан довольно откинулся на спинку кресла.

«Нет, не сработало. Сработало то, что я только что передал ему лично – и от твоего имени: «Прости меня, дурака. По-настоящему я извинюсь позже; может, после совета выпьем втроем – ты, Эйя и я?»

– Следующий вопрос, – сказал Томен, – касается планируемого отсутствия Наследника.

– Да будет мне позволено… – Арикен, седовласый барон Кратаэля, подался вперед и, когда Томен кивнул, продолжал: – Поднятый вопрос весьма важен. Этот… отъезд, о котором мы наслышаны… – Скрипучий старческий голос на секунду замолчал. – Я… со всем моим уважением, поверьте, со всем уважением… высказываюсь против, и позволю себе спросить – как вообще можно думать об отъезде куда-либо в такие… трудные времена.

Пока вы… не приняли корону – и всю полноту ответственности, – вам не стоило бы покидать империю даже на самое… краткое время. – Старик тяжело осел в кресле, он задыхался, морщинистое лицо горело. – И… мне хотелось бы видеть вас – хоть изредка, время от времени.

«Можно ли что-нибудь для него сделать?»

«Есть у тебя лекарство от старости?»

Сделать ничего было нельзя – ни для барона, ни в сложившейся ситуации. Баронство Кратаэль в дни войны было захвачено холтами, и барон был безоглядно предан Карлу Куллинану – своему спасителю – и его наследнику. Покуда старик мог разумно управлять баронством, было бы несправедливым вынуждать его отречься от правления в пользу сына.

Аррифеж, гибкий, как рапира, барон Арондэль, мотнул головой.

– Если он намерен уехать – пусть лучше сделает это сейчас. По крайней мере…

– По крайней мере он не бросает империю, как сделал его отец? Ты это хотел сказать, барон Арондэль? – вставил барон Нерахан.

Жестокость холта была известна; беспокойным внимательным взглядом небольших карих глаз, острым носом и встопорщенными усами он напоминал Джейсону крысу. В годы войны его обвиняли в совершении немыслимых по жестокости деяний.

«Но с тех пор, как говаривал твой отец, он перековался в бойскаута. И хоть он и нападает на Арондэля по-прежнему – делает он это как твой союзник. Так что тебе стоит обойтись с ним мягко».

– Ты это хотел сказать? – повторил Нерахан. – Ты заявляешь, что император бросил нас?

– Если больше ни у кого не хватает храбрости заявить это – это заявлю я! – Тирнаэль грохнул о стол кулаком. – Да! – Рука Тэннети опустилась на пистолет, но барон только фыркнул. Упрямо выставив подбородок, Листар Тирнаэль вскинул голову, отбрасывая с глаз непокорную прядь. – Он бросил нас. Его место было здесь, с нами. Он был императором.

– Барон, – произнес Томен голосом, вмиг пресекшим растекшийся было гул. Он пожевал губами, побарабанил по истертому от времени столу. – Решение принимал он – не ты и не я. И он заплатил за это решение – заплатил сполна, и сделал все, что мог, чтобы нам с тобой платить не пришлось. Так давай оставим это.

Тирнаэль не был склонен оставлять вопрос открытым.

– Из этого можно извлечь урок, и я…

– Барон, пожалуйста, – прервал его Брен Адахан. – Регент прав. Ради страны – оставь это.

Нерахан кивнул. Арондэль нахмурился.

– К тому же, – продолжал Томен Фурнаэль, – что до предполагаемой поездки Наследника в Приют – у меня есть новости, которые могут изменить ваше к ней отношение. Но прежде нам надо обсудить кое-что еще.

Тирнаэль умолк – заметно озабоченный. Но заговорил Кевалун – военный губернатор Ирулахана. Видно, что-то в словах Томена насторожило его.

– Новости, барон? – с нажимом переспросил он. Кевалуна можно запросто принять за ровесника, подумалось Джейсону, так молодо он выглядит – но такой ошибки он не сделает. Генералу под пятьдесят – его сыну уже почти тридцать, и есть еще дочка – весьма симпатичное, надо сказать, создание шестнадцати лет.

«Вздыхай о ком хочешь – но сейчас слушай».

– Новости, генерал. В свое время мы к ним вернемся. Но прежде, чем обсуждать проблемы Приюта и вопрос о поездке Наследника, давайте займемся другими вопросами. Их у нас еще много.

Первым вопросом было ускорение вывода имперских войск из баронства Нерахан и возврат баронства к гражданскому правлению. По мнению Нерахана, процесс этот шел слишком медленно. Холты считали, что передача власти затягивается, а бимцы – что с этим делом не стоит спешить.

После этого встал вопрос о собственности: Ранэлла и Брен Адахан подняли яростный спор о сталелитейном заводике в Малом Питтсбурге; Томен устранился от решения, отговорившись личной заинтересованностью: завод, хоть и построенный близ границы с Адаханом, стоял все же на земле Фурнаэлей.

Поладить, как ни странно, удалось на договоре о распределении доходов.

«На самом деле – ничего странного. Кинжалы Томена – выкованные из собственной новой стали – расходятся по всем баронствам. Качество у них отличное, почти как из Приюта. Обещание поделиться доходом от этой кормушки – а не похоже, что ей придет конец – стоит кое-каких вложений».

С этой проблемы обсуждение плавно перешло к железной дороге. Хотя в вопросе о необходимости расширения производства стали все бароны были едины, таким же единым фронтом они все – за исключением Томена и Брена Адахана – выступили против безумных трат, которых требовало, как заявил барон Дерахан, «подозрительное порождение сомнительной инженерной магии».

Ранэлла взглянула на Джейсона. Некрасивая толстуха, с руками, вечно исцарапанными и покрытыми пятнами ожогов от неудавшихся опытов.

«Она ждет от тебя поддержки. Томен считает – она права, но говорит – бароны не намерены уступать».

Джейсон поднялся.

– А мне вот идея о железной дороге по душе, – проговорил он. – Тракты связали воедино Холтун и Бим – а ведь железная дорога может сделать больше.

– Да, да, да! – Альберт, барон Ирулахан, отмахнулся от очевидного. – Но все это подразумевает огромные траты – десятки тысяч марок только для начала. Когда эти вложения окупятся?

До сих пор генерал Гаравар молчал; теперь он пошевелился.

– Немедленно, если мы станем строить правильно. – Он кивнул помощнику, тот подал карту. – Я долго над этим думал, – продолжал он, расстилая на столе план – обычную карту Холтуна, Бима и окружающих стран. – Ранэлла хочет провести первую ветку вот здесь – связать Бимстрен и Малый Пит-са-бург. – Он запнулся на непривычном английском слове. – Разумно, конечно: Бимстрен – столица. Но я говорю: проложим ее вот сюда – от Бимстрена к Кернату.

Кернат. Зал примолк. Вопрос о Кернатской резне до сих пор оставался открытым, хотя Данагару и не удалось найти веских доказательств вины Нифиэна – или чьей-то еще. Была ли это попытка Работорговой гильдии развязать в Срединных Княжествах новую войну? Или князь Пуджер Нифиэнский выяснял, как сильно надо пнуть империю, чтобы получить ответный пинок?

– А смысл? – Тирнаэль приподнял бровь.

– Сейчас путь от Бимстрена до Керната занимает четыре дня – ну, может быть, три, если гнать лошадей. Устают люди, устают кони – дать врагу достойный отпор они способны лишь день спустя. Железная дорога сократит время пути до одного дня, а кони и люди прибудут отдохнувшими, способными сразу идти в бой.

Проложите дорогу сюда – и я за день смогу перебросить в Тирнаэль всю Дворцовую гвардию плюс пушки и обеспечить как вторжение в Нифиэн, так и ответ на любой удар. – Генерал помолчал, давая собранию переварить сказанное. – Отведите ветки, пронизайте ими страну – и мы сможем не только быстрей и лучше торговать друг с другом, не только доставлять сталь и зерно из одного конца Империи в другой, но и быстро перебрасывать войска туда, где они нужны.

8
{"b":"543","o":1}