ЛитМир - Электронная Библиотека

На сей раз леди София избрала роль совершенно глухой и занялась ростбифом. Настроение у бабушки испортилось мгновенно – герцог заметил это, бросив на нее беглый взгляд. Она явно помрачнела. Ну а он сам? Его охватили противоречивые чувства: радость, оттого что она будет рядом с ним, и неподдельный страх. Судя по всему, и его бабушка, и Барторпы ждут, что во время пребывания в поместье Тенби сделает определенное объявление, и он не видел возможности этого избежать. Да и надо ли было избегать? Но там будет Гарриет! Не исключено, что ей придется присутствовать при объявлении о помолвке.

А ведь всего несколько недель назад он готов был отбросить все опасения и сделать Гарриет официальное предложение. Как, казалось сейчас, это было давно – эта созревшая вдруг в нем решимость, желание совершить сей акт свободы и неповиновения! Он загнал себя в угол. Случилось то, чего он так боялся.

– Надеюсь, – отчетливо произнесла бабушка, – у леди Уингем достанет здравого смысла, и она не воспользуется приглашением.

– Ах нет, Сэди! – возразила тетя. – Она не откажется, когда прочтет мое письмо. У нее такое доброе сердце.

* * *

Вечером герцог Тенби отправился на раут к миссис Робертсон. Гарриет разговаривала с мистером Хэммондом и леди Форбс, когда увидела его. Она затруднялась сказать, какие чувства охватили ее, когда он вошел, – радость, облегчение? Сердце у нее бешено забилось, и она ощутила, что кровь прихлынула к щекам. Гарриет стала энергично обмахиваться веером и заулыбалась мистеру Хэммонду.

Герцог Тенби обычно носил темные фраки, на фоне которых его светлые волосы казались еще светлее. Но сегодня на нем были льдисто-голубой фрак, серебристые бриджи и белоснежная, отделанная кружевами сорочка, и он выглядел великолепно. Гарриет отвернулась, чтобы не смотреть на него.

И тут же маркиз Ярборо склонился над ее рукой и поцеловал в ладошку, рассыпаясь в комплиментах, в то время как его взгляд нахально шарил по ее телу. «До чего же странно, – подумала Гарриет, – стоит лишь приобщиться к высшему свету, и ты очень быстро теряешь наивность, – а может, и невинность!»

Герцог держался на расстоянии, как, впрочем, она и ожидала. Он не стал бы танцевать с ней вчера вечером, если бы леди София не устроила ловушку им обоим. Хотелось бы думать, что, избегая ее общества, он заботится не столько о своей репутации, сколько о добром имени Гарриет. А может быть, он не считает нужным уделять ей внимание на людях, поскольку дважды в неделю получает свое сполна. Словно в наказание за мечты о его полных любви объятиях Гарриет терзалась такими мыслями. Увы, это была только похоть…

Ей представилось несколько удобных случаев, когда она могла бы столкнуться с ним лицом к лицу, но она промедлила и теперь опасалась, что он уйдет до окончания приема, как часто это делал. Наконец она ухитрилась одна, без поклонников приблизиться к двери в ту минуту, когда он намеревался выйти из нее. Он заметил ее, сухо поклонился и хотел было пройти мимо, но она тронула его за рукав.

– Я должна поговорить с вами, – сказала она, чувствуя, как краска заливает ее щеки, и желая только одного – провалиться сквозь землю.

Он с неудовольствием взглянул на нее и, сделав вид, что нащупывает шнурок от монокля, отвел ее руку от своего рукава. Снова поклонился и улыбнулся.

– Мадам, вы поступаете неразумно, – мягко произнес он.

– В четверг я не смогу увидеться с вами, – поспешно проговорила Гарриет, стараясь казаться очень светской и непринужденной.

– Ах, – сказал он, – у вас какое-то другое, более важное свидание?

– Нет… – промолвила она. – Просто я не могу прийти.

– Улыбайтесь, – попросил он. – Это необходимо, когда за вами, без всякого сомнения, наблюдают. У вас месячные, Гарриет?

Зеркала поблизости не было, а потому Гарриет не знала, стала она багровой или малиновой.

– Дорогая, – сказал Тенби, – я уже много лет имею дело с женщинами и потому знаю, что каждый месяц с ними приключается такое бедствие. Улыбайтесь! И пустите веер в ход, моя маленькая скромница.

– В понедельник все будет в порядке, – заверила Гарриет.

– Увы! – Он вертел в руке монокль. – Судя по всему, вы пока что не получили ни приглашения, ни письма. В понедельник, Гарриет, и вы, и я будем в поместье Барторпов в деревне. Вы – для того чтобы спасти графа от скучнейшего повторения каждого слова, которое он скажет моей дражайшей тетушке, я – чтобы сделать следующий шаг в моем ухаживании за леди Филлис.

– Меня там не будет!.. – торопливо заявила Гарриет. Нет, она не повторит прошлую ошибку! Она не даст снова втянуть себя в такую неприятную ситуацию.

– Вы еще не прочли письма моей тетушки, – сказал Тенби. – Нисколько не сомневаюсь, что ваше нежное сердечко сожмется от жалости. Конечно же, так и будет, даже если оно каменное.

– Эта затея мне не нравится! – Гарриет воинственно вздернула подбородок.

– Но вам же нравится моя тетушка, – с улыбкой в глазах сказал Тенби. – Однако мы уже довольно долго разговариваем. Ваш покорный слуга, мадам. – Он отвесил ей почтительный поклон и удалился.

«Ни за что!» – решила она. Нельзя позволить манипулировать собой в такой степени. Ее уже, можно сказать, лишили возможности распоряжаться собственной жизнью! Впрочем, надо было этого ожидать, коль скоро, став его любовницей, она утратила главное – достоинство. Но это не могло объяснить, каким образом она оказалась столь фатально втянутой в жизнь его семьи. С тяжелым сердцем Гарриет припомнила доверительные признания леди Филлис накануне вечером.

Происходит что-то странное. Ей вдруг захотелось – как часто хотелось в последнее время, – чтобы рядом оказался Годфри, тогда все пришло бы в порядок, и она успокоилась.

Кто-то положил ей руку на плечо.

– Гарриет, дорогая, улыбнись! – Леди Форбс встревоженно смотрела на нее. – На тебе лица нет! Что он сказал? Он уже нашел тебе замену? Это должно было случиться, ты знала. Но ты от этого только выиграешь. Найдешь себе хорошего мужа. Между прочим, куда делся мистер Хардинг?

– Я его отвергла, – сказала Гарриет. – Мне показалось нечестно поощрять его ухаживания. Знаешь, Аманда, я приглашена в загородное поместье к лорду Барторпу. Видимо, по просьбе леди Софии. Как я могу поехать туда? Это какой-то кошмар! Но мне так не хочется обижать старушку!..

– Она просто чудовище, эта леди София! – возмутилась леди Форбс. – К нам направляется лорд Сотби…

Гарриет широко улыбнулась. Если у нее и был сегодня повод для такой радостной улыбки, подумала она, то это открытие, которое она сделала нынче днем, – она не беременна. Гарриет уже некоторое время волновалась из-за этого и не знала, как ей избежать опасности. Теперь она станет волноваться лишь через месяц.

Глава 12

Она не может поехать, решила Гарриет. Приглашение графа Барторпа лежало перед ней на столе. И не хочет. Это было бы непорядочно с ее стороны. Какие бы чувства испытали граф и графиня Барторп, узнай они, что пригласили в свой дом любовницу человека, которого прочили в мужья своей дочери?.. Гарриет медлила вскрывать конверт, в котором, она знала, письмо от леди Софии Давенпорт.

– Я не поеду, – сообщила она леди Форбс. – Сразу же после завтрака отправлю письмо с извинениями и отказом. Я не могу так надолго оставить Сьюзен.

– Я-то буду только рада, если она останется с нами, – сказала леди Форбс. – Но думаю, дорогая, что ты приняла мудрое решение. Мы с КлайВом от души радуемся – круг твоих поклонников расширяется с каждым днем. Даже Ярборо проявляет к тебе интерес. Конечно же, Гарриет, ты не должна ни под каким видом оставаться с ним наедине, однако его поклонение тебе не повредит. Сотби тоже проявляет к тебе повышенное внимание. Он виконт, дорогая, с огромным состоянием. И еще не разменял четвертый десяток.

Гарриет улыбнулась.

– Все очень добры ко мне, – проговорила она, снова разглядывая приглашение. – Я, разумеется, не поеду, Аманда.

34
{"b":"5431","o":1}