ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Наследница Вещего Олега
Дар Дьявола
Любовный талисман
Подземный город Содома
Девушка, которая искала чужую тень
Карлики смерти
Просто была зима…
Одиноким предоставляется папа Карло
Непобежденный

Глава 3

Гарриет чувствовала себя школьницей, на которую в первый раз обратил внимание молодой человек. Подгибались колени, перехватывало дыхание, а язык словно прилип к гортани. Но ведь она взрослая женщина, напомнила себе Гарриет, ей двадцать восемь лет. И она вдова. У нее много друзей и знакомых. Гарриет снова взглянула в глаза Тенби.

Серебряные. Чистого серебра. Он наблюдал за ней, и где-то в глубине этих глаз затаилась чуть насмешливая улыбка.

– Так трудно привыкнуть, что я стал важной персоной? – спросил он. – Мой дед умер вскоре после того, как вы отослали меня прочь из Эбури-Корт.

– Очень сожалею, – промолвила Гарриет.

– О чем? Что умер мой дед? – спросил герцог. – Или что вы отослали меня прочь?

– Что умер ваш дед, – ответила Гарриет. – Вы любили его?

– У нас всегда была дружная семья, – сказал герцог, – а теперь я – ее глава. На мне лежит ответственность за всех: за бабушку, мать, дядюшек, тетушек и многочисленных кузенов и кузин. Вы пожалели, что отвергли меня?

Да. К ее стыду, да. Пожалела сразу же, как он уехал, а потом потянулись горькие недели и месяцы. Она помнила о нем, даже когда уже вышла замуж за Годфри, а он, к ее удивлению, повел настоящую супружескую жизнь, и она поняла, что это такое. Иногда ее одолевали греховные мысли – она думала: а как бы это было с лордом Арчибальдом Винни…

– Нет. Конечно же, нет, – ответила Гарриет. Тенби улыбнулся.

– Однако вы промедлили с ответом, а румянец на ваших щеках заалел еще ярче, – заметил он. – Должен признаться, что я пожалел, Гарриет. А сейчас бешусь от ревности. Он здесь?

– Кто – он? – Гарриет в недоумении смотрела на него.

– Лорд Уингем, – сказал Тенби. – Ваш супруг.

«Так он не знает! Естественно, он ничего не знал о моей жизни, – подумала Гарриет, – так же, как и я о его». Не интересовался более ею потому же, почему и она пыталась не думать о нем… Впрочем, нет! Ему-то не было нужды стараться не помнить о ней и намеренно не интересоваться новостями, связанными с ее жизнью…

– Годфри? – спросила Гарриет. – Он умер. С тех пор прошло уже больше года.

– Ах вот как! – воскликнул герцог. – Значит, вы веселая вдова? Приехали покорить лондонский свет и повеселиться, пока длится сезон?

В общем, так оно и было, но в его устах это прозвучало цинично и оскорбительно.

– Я любила его, – сказала Гарриет. Герцог вгляделся в ее лицо. Голос у него зазвучал очень мягко, когда он снова заговорил.

– Вы любили, Гарриет? – переспросил он. – Что же случилось? Несчастный случай отнял его у вас?

– Сердце отказало, – ответила она. – Утром мы нашли Годфри мертвым, в его постели.

Лакей испугался, что его хозяин недвижно лежит на кровати и никак не отзывается ни на шорох отдергиваемых штор, ни на осторожное покашливание своего слуги, возвещавшее, что вода для бритья уже принесена. Слуга кинулся к ней, побоявшись приблизиться к кровати. Она дотронулась до Годфри – он был холодный, умер уже несколько часов назад, во сне.

– Примите мое искреннее сочувствие, – проговорил герцог.

Ему наверняка интересно узнать, сколько лет было ее супругу, подумала Гарриет, но он, конечно же, не задаст ей такой вопрос.

– Годфри исполнилось шестьдесят, – произнесла Гарриет, – и уже несколько лет он страдал от сердечных приступов.

Лишь сказав все это, Гарриет будто услышала себя со стороны, – она словно бросала ему вызов. Он смотрел на нее, а она – поверх его плеча. Он мог счесть, что она ради денег и положения вышла замуж за больного человека, много старше нее. И вот, спустя всего лишь год с небольшим после его смерти, она уже веселится на одном из самых престижных лондонских балов. Если он так думает, доля правды в его предположении есть, но только малая доля. Она не вышла бы замуж за Годфри, если бы он ей не нравился и если бы она не была убеждена, что станет ему хорошей и верной женой. Гарриет заглянула герцогу Тенби в глаза, и теперь вызов не только звучал в ее голосе, но и читался во взгляде.

– Я любила его, – повторила она. – Он прекрасно ко мне относился.

– Рад это слышать, – произнес герцог примирительным тоном. – Гарриет, я ни на миг не усомнился ни в том, ни в другом.

– Но вы подумали, – возразила она. – Вы подумали, что я отвергла ваше великодушное предложение, поскольку не нашла его достаточно привлекательным, а сочла за благо выйти замуж за богатого и знатного джентльмена солидного возраста.

Откуда взялись у нее эти мысли и эти слова? Гарриет охватило смятение и недовольство собой. Почему она должна оправдываться перед герцогом Тенби?

– Разве я так подумал? – Глаза его, казалось, опять поддразнивали ее. – Это было бы недостойно джентльмена. Я от всей души вам сочувствую, Гарриет, однако рад, что вы начинаете избывать свое горе. К прошлому нет возврата! Насколько я понимаю, вы приехали в Лондон, чтобы развеяться, не так ли? И вам доставляет удовольствие этот бал? Во всяком случае, вы выглядели оживленной и веселой, пока не пошли танцевать со мной. Я действую на вас угнетающе?

– Конечно же, нет. – Взгляд Гарриет скользнул по его шейному платку – как видно, у него очень искусный камердинер, Годфри всегда довольствовался самым простым узлом.

– Черт! – вдруг бросил герцог и на какое-то мгновение крепко ухватил Гарриет за талию и прижал к себе. Потом отпустил, и между ними снова образовалось положенное пространство. – Мы избежали столкновения! Биксби завертел свою партнершу с излишним рвением.

Гарриет взглянула поверх его плеча и убедилась, что так оно и было. Ее реакция оказалась не столь быстрой. Сквозь тонкий атлас и кружева платья она ощутила его тело – сильное, мускулистое – и непроизвольно вскинула на него глаза.

– Ах, Гарриет! – сказал он. – Гарриет…

Она потупилась и только сейчас заметила, что они окружены людьми, – вокруг них вальсировали пары, вдоль стен сидели и стояли группы гостей, занятые разговором или разглядыванием танцующих. «За нами наблюдают, – подумала Гарриет. – За ним наблюдают».

– У кого вы остановились? – спросил Тенби.

– Я гощу в доме сэра Клайва Форбса.

– Форбс? – переспросил он. – А-а… знаю. Гарриет, я могу нанести вам визит?

Зачем? Чтобы дразнить ее? Снова начать с ней флиртовать? А впрочем, не важно, с какой целью. Она приехала в Лондон с надеждой, что встретит его. Так разве ее надежды не сбылись? Она встретила его в первый же раз, как появилась в свете, он оказал ей особое внимание и хочет нанести визит. Что же ее смущает? Боится, что он снова сделает ей оскорбительное предложение? Глупые страхи. Теперь она зрелая женщина, с жизненным опытом. Он не сможет причинить ей боль, если она не позволит ему сделать это.

– Предупреждаю вас, Гарриет, вы можете очень болезненно ударить по моему самолюбию, – сказал Тенби. – Вы вновь хотите меня отвергнуть? Но ведь я прошу лишь позволения навестить вас…

– Буду рада, ваша светлость, – ответила Гарриет.

– Правда? – Он улыбнулся. – Рада? Но признайтесь, вы вовсе не рады видеть меня. Разве не так? Вы презираете меня за то, что я содержу любовниц? Моя дорогая, вряд ли вы найдете достойного джентльмена в этой зале, если будете подходить ко всем со столь высокой меркой.

Щеки Гарриет вспыхнули, и он заулыбался во весь рот.

– Никогда не встречал женщины, которая бы так очаровательно краснела… – промолвил герцог. – Мои слова рассердили вас? Тогда простите меня. Я рад, что это последний танец перед ужином. Сейчас он кончится, но, я надеюсь, вы составите мне компанию и мы поужинаем вместе? – Когда музыка стихла, он поклонился ей и предложил руку. – Позвольте мне наполнить вашу тарелку, а вы расскажете о своей жизни. Вам было хорошо? Вы развлекались? Ведь вы жили с лордом Уингемом в Бате?

– Да, – ответила Гарриет и взяла его под руку. – Развлечений там никаких. Но мне было хорошо и спокойно.

– Спокойно? – Герцог усмехнулся. – Бедняжка Гарриет, надеюсь, вы больше проголодались, чем я. Мне-то, признаться, хотелось бы повести вас на террасу и упиться свежим воздухом, лунным светом и поцелуями, но, к сожалению, за нами слишком внимательно наблюдают. Известно ли вам, что я танцую крайне редко?

7
{"b":"5431","o":1}