ЛитМир - Электронная Библиотека

После яркого блеска улицы темнота в отеле напоминала черное покрывало. Ее глаза еще недостаточно привыкли к сумеркам, и она ничего не видела, а голос Мэтта тихо произнес:

— Я начинаю думать, что ты просто притягиваешь неприятности, моя дорогая.

Глава 10

Туманный его силуэт вдруг предстал перед ней совершенно отчетливо.

— Мэтт! — воскликнула Кристи, не веря своим глазам. — Это на самом деле ты?

— Подойди ко мне и узнай.

Он протянул руку, и она снова чувствовала себя дома, в безопасности, в его сильных, крепких руках. Она прижалась к нему и поняла, что спасена. Слова бессвязным потоком хлынули наружу:

— Я думала, он ушел без меня. — Кристи судорожно дернула головой и еще сильнее прижалась к его широкой теплой груди. — Я не знала, что делать, я бы опоздала на самолет и…

— И весь мир забыл о тебе? Бедная Кристи. — Он взъерошил ее волосы. — Ты веришь в наказание.

— Я ничего не могла поделать!

И вновь внезапно ее ошеломила мысль о том, что она снова отдала ему сердце, а он этого не хотел. Девушка отстранилась. Сон закончился. Все было так похоже на правду, но не для нее.

— Извини. Я не хотела снова вести себя так эмоционально, но… — Кристи глубоко вздохнула и неубедительно улыбнулась. — Ты был последним человеком, которого я ожидала увидеть.

— Правда? — В его голосе звучало что-то загадочное. — Как ты себя чувствуешь? Не ушиблась, когда самолет упал?

— Нет. Но это было чудо. Некоторые пассажиры получили шишки, а пилот вывихнул плечо. — Она все еще была в его руках, но пыталась говорить обыденным тоном. — В тот момент было очень страшно, но…

Внезапно Мэтт отпустил ее и отступил, глядя в направлении занавески из бусин, которая прикрывала нишу, ведущую в комнаты персонала. Кристи тоже шевельнулась. Она начала говорить очень быстро, и это было для нее важно:

— Но ты не сказал мне, как ты узнал. Как ты… ты прилетел в том вертолете?

— Минутку. — Он не обернулся. — Мне нужно что-нибудь выпить, и, судя по твоему виду, тебе тоже. Что здесь есть?

Он ударил в колокольчик на другой стене, и за занавесками из бусин показался силуэт. Смуглолицый хозяин вышел оттуда, как будто он все время там вертелся, и флегматично посмотрел на Мэтта.

Мэтт заказал два виски, не обращая внимания на слабый протест Кристи и ее слова о том, что ей виски не нужно. Он уверенно провел девушку в единственное более или менее уединенное место за аркой. Через закрытые ставни все же проникали узкие полосы света, и они как будто разрезали пополам его голову и плечи. Однако складка у его губ была ярко освещена, и Кристи прекрасно увидела, как он кивнул на ее стакан.

Ее охватило удивительное чувство, когда она трясущимися руками взяла стакан. Даже сейчас она боялась отвести взгляд от Мэтта, будто он мог в любой момент раствориться в сумерках, стать одной из теней, гуляющих по потолку. Она сделала маленький глоток и едва не рассмеялась:

— Это шоковая терапия или ты просто пытаешься меня напоить?

— Нет. Я пытаюсь сделать что-то с реакцией, которая может последовать в любой момент.

— С моей или твоей?

Он был явно напряжен и с трудом сдерживал себя. Глаза его блестели, голос немного осип, губы плотно сжались.

— Не нужно слов. Выпей, а то ты совсем бледная.

Захваченная эмоциями, Кристи не заметила, что его спокойствие — всего лишь результат сдерживаемого напряжения. Она вздохнула и послушно отпила глоток, почти сразу же заметив, как по телу разливается живительное тепло.

Мэтт осушил свой стакан, подошел к стойке, ударил в колокольчик и сделал еще заказ. На этот раз принесли ликер для него и что-то крепкое для Кристи. Он поставил стаканы на стол и заговорил прежде, чем она задала вопрос, уже готовый слететь у нее с губ.

— За нами придет судно, но немного позже. Сейчас оно везет того инженера на Манеа, так что нам нужно как-то убить несколько часов. — Он поднял стакан. — Думаю, тебе нужно немного поспать.

— Поспать? Ты думаешь, я смогу заснуть теперь, когда… когда…

Кристи замотала головой. Потом в ее переутомленном мозгу что-то щелкнуло, и она поняла, что Мэтт сказал кое-что во множественном числе. Она неуверенно проговорила:

— Но ничего не выйдет. Я хочу сказать, мы должны уехать по отдельности. Иначе как ты доберешься домой?

— Так же, как приехал сюда.

Это был плохой ответ. Она лишь утомленно вздохнула, зная, что просто не сможет выдержать еще одного прощания. Девушка спокойно посмотрела куда-то за его плечо, собираясь с духом. Виски, впрочем, ей в этом помогло.

— Послушай, Мэтт. Если ты придумал какую-нибудь сумасшедшую идею, например поехать со мной на Папити, чтобы проводить, — в этом нет необходимости. Очень мило с твоей стороны, и все такое, но правда не нужно. Ты не должен чувствовать себя ответственным за меня, только потому, что… потому что я не очень умно вела себя на острове.

Ее голос постепенно слабел, но Кристи говорила все быстрее, зная, что, если позволит себе остановиться и взглянуть на него, все будет кончено.

— И потом, мы согласились, что лучше обо всем забыть. Так что тебе действительно нет смысла беспокоиться.

Девушка не подозревала, что ее глаза говорили гораздо больше, чем храбрые словесные уверения. Чтобы заполнить гнетущую тишину после того, как ее поток слов иссяк, она дотянулась до стакана и выпила густой сладкий напиток. Потом заставила себя встретиться с ним взглядом и повторила:

— Я действительно так думаю. Тебе не стоит волноваться, Мэтт.

— Но я не мог оставаться в стороне.

Голос у него был сухой и странно искаженный. Кристи слышала, как что-то стучит у нее в висках, — это был отзвук ее собственного пульса. Она хотела что-нибудь сказать, ударить его, накричать, заявить, что не может больше выносить ад, в который он ее вовлек. И все же он оставался цел и невредим. Между ними был барьер, который она не могла разрушить.

Тем же страшным голосом он произнес:

— Сегодня ночью я прошел через ад. Я не знал, где ты и что с тобой. Я думал, ищет ли кто-нибудь тебя. Может быть, ты ранена, чувствуешь себя несчастной, испугана… — Мэтт глубоко вздохнул. — Я винил себя за то, что вынудил тебя уехать. Если бы я только… Вот почему я приехал.

Где-то открылась невидимая дверь. В комнату ворвался клубящийся воздух, крошечные бусинки на занавесках задребезжали. Потом эти тихие звуки исчезли, и наступила гробовая тишина. Кристи показалось, что она задыхается. Тишина давила на нее. Волны гнева охватили девушку, ум был затуманен, она уже ничего не понимала. Потом этот странный паралич отступил. Она кое-как встала на ноги и маленькими кулачками оперлась на стол.

— Но ты не должен был этого делать. Если ты прошел через ад, то через что, по-твоему, пришлось пройти мне? Никто не вынуждал меня уехать! Никто, ты слышишь? И в последнюю очередь ты!

Она опрокинула стул. Он немного балансировал на двух ножках, прежде чем упасть. Но Кристи не услышала грохота. Она уже неслась вверх по лестнице, а секунду спустя ворвалась в свою комнату, ничего перед собой не видя. Дверь с треском захлопнулась, и девушка погрузилась в кромешную тьму. Она ощупью направилась к крошечному закрытому окошку и вдруг вскрикнула, наткнувшись на что-то по пути.

Щеколда на ставне располагалась очень высоко, да и вообще была очень тугой и громоздкой и никак не поддавалась ее дрожащим пальцам. Кристи боролась и с силой толкала ее в сторону, пока окно вдруг внезапно не распахнулось и она чуть было не вылетела в него. Девушка схватила вторую щеколду, и во второй раз ставня распахнулась с такой силой, что даже задрожала ветхая рама.

Мэтт тремя шагами пересек комнату и дотронулся до ее плеча. Он развернул ее одним сердитым движением и снял ее с окна так быстро и грубо, что Кристи закричала.

— Прекрати, — отрывисто сказал он. — Разве ты не понимаешь, почему я приехал?

Казалось, вся глубоко спрятанная в нем сила еле сдерживается и вот-вот может вырваться наружу. Кристи всхлипывала от боли, и он в отчаянии застонал:

38
{"b":"543684","o":1}