ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 21.

Потрясение, полученное на юбилее, не прошло даром для Анны Сергеевны. Гипертония, которой она страдала в последние годы, проявила себя в полной мере – давление подлетело на небывалую высоту, поэтому уже на следующий день она не смогла выйти на работу. Приехавший по вызову врач выписал больничный лист и назначил лечение.

Анна даже не смогла проводить Нелли на самолёт – этим занялся Саша. Он тоже несколько дней не ездил на работу – ухаживал за больной женой. Все эти дни, встречаясь с ним взглядом, Анна ловила в его глазах немой вопрос… Даже не услышав, она знала, о чём хотел бы спросить её супруг. Истерика на улице, возле лежащего на снегу сына не могла укрыться от посторонних глаз, и её обвинение в адрес следователя Мясникова стало достоянием многих ушей.

…Но, если посторонним не было дела, о чём кричит убитая горем мать, то ни Саша, ни Наталья не могли не обратить внимания на её странные слова. Анна знала: пока она больна, никто из них не будет задавать никаких вопросов. Но потом…

Она должна будет что-то ответить, как-то оправдать своё поведение. На помутнение рассудка ссылаться глупо. Она ясно произнесла слова «родной отец» и «другая мать». Их нужно будет как-то объяснить.

Накануне отъезда Нелька улучила минутку, когда рядом не было Александра и, присев возле Анны, тронула ту за руку.

«Ань… ты держись. Всё ведь хорошо…»

«Знаешь, Нель… - та подняла на подругу усталый, болезненный взгляд. – Наверное, это расплата… за все мои грехи».

«Да брось! Какая же это расплата? Все живы, здоровы… Ты тоже поправишься! – Нелька успокаивающе махнула рукой. – Ты что, мать?! Мы ещё у меня не зажигали, вот приезжайте к нам на новогодних каникулах, оторвёмся по полной программе!»

«Это – только мне расплата… - Анна медленно закрыла и тут же открыла глаза, как бы подтверждая свои слова. – Знаешь, я только сейчас начала понимать, какая спокойная, счастливая жизнь была у меня… А вот пришло время платить по счетам…»

«Глупости. Это совпадение. У каждого в жизни бывали ошибки. Твои грехи, Ань, не больше, чем у других. Одно только хочу тебе сказать… - Нелли на несколько секунд замолчала, глядя куда-то вниз, затем снова подняла взгляд на Морозову. – Ты должна сама всё рассказать Сашке про Михаила. Легче станет, вот увидишь, и грехи этим замолишь. Этот парень – точно его сын… видно без анализа ДНК. Скажи Саше… он имеет право знать».

Анна и сама понимала, что теперь просто обязана сказать мужу о сыне, хотя бы в благодарность Михаилу. О том, что произошло на самом деле, она узнала лишь на второй день от Дмитрия, и то информация была очень щадящей – в её состоянии знать всю правду о том, какая опасность грозила сыну, не стоило. Все подробности стали известны ей лишь какое-то время спустя. Но одно она узнала точно: Михаил Мясников спас жизнь Дмитрию, а, возможно, и Наташе. А, значит, их семья перед ним в долгу… Она уже поблагодарила его по телефону и извинилась за случайно брошенные обвинения, но разве этого достаточно?!

…Анна с тревогой ожидала разговора с супругом. Она не могла никак решиться заговорить обо всём первой, и ждала, что он сам задаст вопрос. Она и хотела этого, и не хотела… Впервые в жизни Анна почувствовала ревность. Она понимала, что всё, что произошло между Сандрой и Сашей тридцать лет назад – всего лишь случайность. Они никогда не пересекались и, даже если пересекутся, это ничего не изменит. Но мысль о том, что её Саша хоть на несколько мгновений принадлежал другой женщине, колола острой иглой изнутри. Она никогда не испытывала таких ощущений… Бог миловал – Саша никогда не подавал повода, и она привыкла к тому, что её муж принадлежит ей всецело. Он – неотъемлемая часть её самой, у него нет прошлых связей, и всё, что было в его жизни – только она, Анна. Это было так естественно, что новые обстоятельства казались полным абсурдом. Но мало того… Анна не могла себе и представить, что её Саша может быть отцом чужого ребёнка! Пока этот факт был лишь догадкой, она воспринимала его спокойно, к тому же, на тот момент у неё были другие, более серьёзные проблемы. Но теперь, когда все тревоги были позади, Сашино отцовство воспринималось остро, болезненно, ревностно. Она ничего не знала о Сандре, но теперь могла предположить, что их встреча вполне возможна.

Думать, что у Саши возникнут какие-то чувства к женщине, которую он почти не помнил, было глупо. Но не думать Анна не могла. Ругала себя, гнала дурацкие мысли, но они всё равно возвращались.

Чем дольше она думала об этой проблеме, тем больше тревожных мыслей приходило в её голову. Например, о Виталии… Не появится ли он на её горизонте вместе с Михаилом? Ведь она не знает, какие отношения у младшего Мясникова с его «названным» отцом. Возможно, они общаются… И что – тогда?..

Анне совсем не хотелось встречаться с человеком, так предательски нарушившим её жизнь в своё время, на долгие годы поселившимся в её памяти – против её собственной воли… и с которым была связана её самая большая вина перед мужем.

…Анна вдруг представляла семью самого Михаила – она не знала, но могла предполагать, что у него есть жена и дети… Выходило, что они – Сашины внуки? Такие же, как Валерик и Анечка?! В это было трудно поверить…

Все эти дни в ней боролись два чувства: чувство собственности и чувство благодарности. Можно было успокоиться тем, что сам Михаил не делал никаких попыток обозначить себя сыном Александра. Но в глубине души Анна понимала, что рано или поздно правда может выйти наружу. И тогда окажется, что она столько времени обманывала мужа своим молчанием.

…Этот разговор всё-таки состоялся. Саша завёл его сам. Больничный был закрыт, Анна чувствовала себя неплохо и уже пару дней, как посещала лицей. По напряженному состоянию мужа она догадывалась, что тревожит его все эти дни, и обречённо ждала развязки.

В один из вечеров, приехав с работы, Александр как-то многозначительно присел напротив неё за кухонным столом. Он какое-то время наблюдал, как супруга нарезает ломтиками куриное филе, затем нарушил молчание.

«Аня, я давно хотел тебя спросить… - его голос звучал негромко, спокойно. – Тогда, на юбилее… помнишь, ты что-то говорила этому парню, следователю… помнишь?..»

«Да, что-то помню…» - Анна Сергеевна на секунду оторвалась от разделочной доски и посмотрела супругу прямо в глаза, не решаясь ни солгать, ни сказать всё самой. Она смотрела и ждала от него наводящих вопросов.

«Ты как-то странно говорила, что у Димки есть родной отец… и что Михаил якобы за это мстит… Я ничего тогда не понял, может, ты сейчас мне всё объяснишь?..»

В какой-то момент Анне захотелось сослаться на истерику и сказать, что это был бред… но она тут же отказалась от этой мысли.

«Ты помнишь, как мы с тобой познакомились?» - присев, она отложила в сторону нож.

«Это… когда ты училась в педагогическом?.. – супруг чуть наклонил голову и задумчиво нахмурил брови. – Или тогда… возле иняза? Мы с тобой дважды знакомились. Ты про какое знакомство?»

«Ни про то, ни про другое, Саш. Я про самое-самое первое».

«В деревне, что ли?! – догадавшись, что жена имеет в виду, супруг рассмеялся. – Так мы с тобой тогда вообще не знакомились. Просто встретились… Но, конечно, я помню!»

«Да, я именно об этом… - Анна грустно усмехнулась. – А Алю ты помнишь? Ну, которая тебе тогда понравилась».

«Очень смутно… - не сводя с неё взгляда, Саша чуть подался вперёд, сцепил кисти рук. – А что?..»

«А то, что этот парень… Михаил… он – её сын».

«Серьёзно?! – брови удивлённо поползли вверх. – Откуда ты знаешь?!»

«По фамилии. Тогда она вышла замуж за Виталия Мясникова… Помнишь, ты искал её, а встретил меня… Я сказала, что она уже замужем».

«Ну, да… припоминаю…»

«А наш следователь – Мясников Михаил Витальевич… Фамилия была знакомой, и отчество сходилось. Я сама спросила его о матери. Оказалось, что – да… Это именно та самая Аля…»

«Да уж… - Александр едва заметно усмехнулся и опустил взгляд. – Совпадение…»

63
{"b":"543731","o":1}