ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Место, где собрались игроки и зрители, выглядело весьма живописно. Крикетное поле с коротко подстриженной травой, за которым бережно и заботливо ухаживали, окружали вязы, дубы и березы; неподалеку бежала речка, ослепительно сияла под солнцем гладь озера. Пестрые стайки зрителей, закончив пикник, устроились на коврах и одеялах вдоль границы поля. Прогуливавшиеся по лужайке молодые люди в белых брюках и ярких куртках заняли места на скамейках павильона. Поближе к полю за маленькими столиками в шезлонгах расположились дамы и юные леди в очаровательных летних платьях и широкополых шляпах.

Тихонько переговариваясь между собой, они аплодисментами встретили появившихся на поле двух батсменов — сына трактирщика и сына булочника. Те решительно направились к противоположному концу покрытой дерном площадки. Хьюго Феллафилд-младший, уже занявший свою позицию, в ожидании противников размялся, сделав несколько взмахов руками, а затем, улыбаясь в предвкушении событий, начал потирать мячик о штанину.

— Сражение начинается. — Торжественным тоном произнеся эту фразу, Рейчел с невозмутимым выражением на лице опустилась на стульчик подле Фионы. Она была потрясающе хороша в простом белом платье, подчеркивающем осиную талию; перетянутую бледно-лавандовым поясом, который удивительно гармонировал с цветом ее глаз. Голова ее была непокрыта; гладко причесанные волосы цвета воронова крыла в лучах солнца отливали синевой, безупречно гладкая смуглая кожа лица и рук отсвечивала золотом. Она опустила подбородок на сложенные в чашечку ладони и, сделав комичную гримасу, уныло вздохнула: — Будем терпеливо ждать исхода.

Для деревенской команды игра выдался нелегкой. Уже к обеду четверо крикетных ворот были разрушены, хотя прошло всего двадцать розыгрышей. Болельщики деревенской команды ругали Гидеона Беста на все лады. Даже те из них, кто не питал особого интереса к игре, знали, что четыре последних года их команда добивалась успеха только благодаря тому, что он защищал ворота.

Отличное зрение и глазомер делали его метким стрелком, атлетическое сложение помогало проворно и быстро преследовать браконьеров, сила и ловкость — объезжать самых капризных лошадей. Все это, сложенное вместе, делало его настоящим батсменом. Все от мала до велика знали — даже против мощной подачи Хьюго Феллафилда Гидеон Бест, стой он у ворот, сумел бы отражать мяч так, чтобы столбики не падали, и победа рано или поздно пришла бы к его команде. Теперь же длинноногий Гидеон стоял на месте принимающего игрока совсем близко к кромке поля, чуть сгорбив плечи и в своей обычной манере мрачно поглядывая вокруг. Как только пятый столбик отлетел и упал на последней перед обеденным перерывом подаче, он повернулся и направился в гордом одиночестве в направлении своей хижины.

Тоби Смит на секунду задумчиво прищурил свои голубые глаза, наблюдая за его движением, потом обернулся, хлопнул по спине Хьюго и вместе с ним направился в павильон, где подавали обед.

К двум часам команда Холла выигрывала, набрав в сумме восемьдесят два очка. Почин успеху сделали сам Тоби и сын старшего садовника. Они здорово отыграли пятнадцатиминутку; Тоби завершил пару эффектных розыгрышей перед тем, как на следующей попытке мяч перехватили. Сияя улыбкой, в отличном настроении он сунул биту под мышку и направился к кромке поля. На смену ему со скамейки запасных, поправляя щитки, двинулся Гидеон; контрастируя с белой формой, его кожа отливала медью, тяжелая бита выглядела в его могучих руках словно тросточка. Рейчел, которая в этот момент провожала Тоби веселыми аплодисментами, застыла с приподнятыми руками, на ее лице появилось выражение неподдельной заинтересованности.

— А это кто такой? — спросила она Фиону, перекрикивая гром оваций, когда Гидеон прошагал мимо них. Та поближе склонилась к ней.

— Любимый егерь Джеймса. По его словам, настоящий искусник в этом деле. Появился неизвестно откуда четыре или пять лет назад. Джеймс полагает, что он цыган.

— Это из-за него разгорелся весь этот сыр-бор? Значит… — Рейчел секунду помедлила, ее лицо выражало шутливое недоверие, — это и есть новый приятель нашей Флип?

— Он самый.

— И что, он всегда такой угрюмый?

— Всегда, — подчеркнуто выразительно ответила Фиона.

Двое высоких мужчин сближались на дальнем конце поля: один — с пшеничного цвета волосами, изящного телосложения, и другой — с мрачным взглядом, каким мог бы смотреть на мир шиллеровский Моор. Несмотря на кажущуюся худобу, в его фигуре чувствовалась скрытая мощь.

— Свет и тьма, — неожиданно вырвалось у Рейчел, полуизумленной и явно заинтригованной, — день встречается с ночью.

— Извини, что ты сказала? — Фиона вопросительно вскинула голову.

Рейчел, все еще глядя на двух игроков, покачала головой:

— Ничего, так, пустяки.

Двое замедлили шаг. Ясный взгляд голубых глаз встретился и выдержал столкновение с темным, резким и враждебным.

— Удачи, — сказал Тоби.

Лицо Гидеона Беста осталось бесстрастным. Он ничего не ответил и, миновав границу поля, удлинил шаги, покачивая на ходу зажатой в руке битой.

Рейчел Пэттен, которая никогда в жизни не выказывала ни малейшего интереса к крикету, разве что иногда посмеивалась над его поклонниками, подалась всем телом вперед, по-прежнему опустив подбородок на руки, но взгляд ее теперь был прикован к игре.

Счет дошел до заранее оговоренного предела, и матч окончился практически ко времени вечернего чаепития; небольшое опоздание было вполне простительным. Гидеон Бест отбил подачи деревенских боулеров шесть раз, или, выражаясь литературным языком, что уместно для столь торжественного случая, полдюжины. Несмотря на такой успех он, тем не менее, оставался невозмутимым. Если остальные полевые игроки во время игры пересмеивались и переглядывались друг с другом, то вокруг Беста царила холодная атмосфера отчужденности. Когда на площадке его сменяли другие батсмены, деревенская команда имела хоть какие-то шансы. Но как только он возвращался в игру, дело принимало иной оборот. Он хладнокровно отбивал любой мяч, который мог прорваться через заветную границу.

Самым трудным оказался шестой мяч; все уже решили, что он пройдет ворота и, следовательно, батсмен будет выбит из игры. Но Гидеон отбил его с такой силой, что тот как пуля просвистел над ухом одного из полевых игроков. Вместо того, чтобы попытаться поймать мяч, бедный малый шарахнулся в сторону, не желая рисковать жизнью и здоровьем даже ради того, чтобы выбить из игры Гидеона Беста.

Рейчел Пэттен почти не шевелилась все время, пока шел долгий розыгрыш этой подачи. Решительным и задумчивым взглядом ока наблюдала не столько за игрой, сколько за одним человеком, который, стоя в одиночестве в воротах, явно бросал открытый вызов всем окружающим.

Она почти не обратила внимания на Хьюго, когда тот, в надежде продолжить знакомство, после скромного завершения своей подачи — неаккуратно посланный мяч перехватили — расположился рядом и, деликатно откашлявшись, обратился к ней с вопросом:

— Извините, это кресло свободно?

Рейчел кивнула, но глаза ее продолжали следить за игрой. Фиона покинула ее, отправившись поболтать с гостями, — занятие, к которому Рейчел решительно отказалась присоединиться.

Хьюго, заранее возбужденный несомненным успехом и явно обманутый тем очевидным интересом, которое Рейчел проявляла к событиям на поле, пустился в подробный анализ игры. Рейчел все это совершенно не интересовало. Но когда он принялся комментировать мастерство игрока, орудующего в данный момент битой с такими свирепостью и умением, которые приносили замечательные результаты, Рейчел обернулась и наконец-то взглянула на него.

— …самый настоящий батсмен, а я повидал их немало. Посмотрите, как он передвигается…

Длинные ресницы Рейчел чуть заметно дрогнули.

— Он так точно попадает по мячу, отбивая подачи, словно тот размером с футбольный. Бог мой, хотел бы я испытать себя, играя против него. — Хьюго улыбнулся в ответ на ее легкое вопросительное движение бровей» — Ведь я боулер, подающий.

10
{"b":"543746","o":1}