ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ничуть не смутившись, женщина вновь приветливо улыбнулась.

— О да, разумеется. Как это глупо с моей стороны.

— Вы не могли бы мне сказать, где находится могила бабушки? Я хотела спросить своего кузена, но забыла.

— Вон там, рядом с могилой ее брата. Она настояла на том, чтобы ей было оставлено место. Возле большого дерева, видите? — Мэри Уэббер устремила на Кэрри удивленный взгляд. — Вы сказали, ваш кузен?

— Мой кузен Лео. Он живет на вилле вот уже несколько дней.

— Вот как? — широкие брови взметнулись вверх. — А мы и не знали об этом, и вы говорите, он был на кладбище?

— Да. — Лео сказал ей об этом утром, когда она упомянула о своем желании навестить могилу Беатрис. — Он очень любил кашу бабушку.

— Хорошо, хорошо. Как странно… Видите ли, я провожу здесь массу времени. Здесь похоронен мой незабвенный Сирил — его могила вон там, — она показала рукой в сторону. — Не припомню, чтобы я видела здесь посторонних молодых людей.

Кэрри коротко рассмеялась.

— Его нельзя назвать посторонним.

Дама недоуменно посмотрела на нее, потом фыркнула от смеха.

— О, хорошо. Очень хорошо. Конечно, нет. Но видите ли, моя дорогая, наша община — то есть, английская община — довольно невелика, и мы все стремимся как можно ближе узнать друг друга. Поэтому нам стало известно о вашем приезде. Дорогой мистер Фоссет находится в дружеских отношениях с коллегой адвоката, с которым вы будете вести дела. Сеньор Беллини — милейший человек — непременно понравится вам. Земля слухом полнится, вы понимаете о чем я говорю? Вы должны прийти к нам на ужин в ближайшее время. Как долго вы собираетесь здесь пробыть? — Казалось, Мэри Уэббер довела до совершенства искусство вести беседу не переводя дыхания.

— Я точно не знаю.

— Меня можно найти в отеле «Континенталь» — я там живу. Найдите меня, если появится необходимость. Можете обращаться в любое время.

— Спасибо, миссис Уэббер. Я вам очень признательна.

— Нет, нет, не благодарите.

Кэрри показала в сторону.

— Несколько минут назад там была пожилая дама. У могилы бабушки. Вы не знаете, кто это?

— Это Мерайя. Она бывает здесь почти каждый день. Она была няней Беатрис и ее брата, когда те были еще детьми. О, как давно это было! Должно быть, ей все девяносто. Она была очень привязана к Беатрис.

Кэрри бросила взгляд в сторону ворот, за которыми скрылась дама в черном.

— Да, конечно. Я помню, бабушка рассказывала о ней. Я представить себе не могла, что она жива до сих пор. Где же она живет? Вы не знаете?

— О, здесь все знают старую Мерайю. Ома живет в небольшом домике недалеко от Покте-ди-Серральо.

— Мне бы хотелось встретиться с ней.

— Несомненно, моя дорогая, несомненно. Я устрою для вас встречу, если хотите. Только знайте: ока довольно своенравная особа.

— Благодарю вас. — Прощаясь, Кэрри протянула руку. — Рада была познакомиться.

Женщина улыбнулась и вместо того, чтобы пожать предложенную ей ладонь, проворно ухватила Кэрри за руку.

— Не стоит благодарности. Вы понимаете, мы здесь все большие друзья. Пойдемте, я покажу вам могилы. Вы непременно должны посмотреть наш самый знаменитый надгробный памятник — вон там, видите? Небольшая фигурка сидящей женщины с собакой у ног. Луиза де ла Раме — очень известная романистка. Она родилась в Бери-Сент-Эдмундсе, можете себе представить? Большую часть жизни провела в окружении собак. Впрочем, о вкусах не спорят. Я всегда так говорю. Каждому свое…

Миновав памятник Луизе де ла Раме, который, несомненно, был самым интересным на кладбище, Кэрри и ее спутница прошли в тихий тенистый уголок, где под ветвистым распускающимся каштаном над землей возвышались три мраморных надгробия, установленные явно в разные годы. Самое старое из них потемнело от времени и покрылось лишайником. Надпись на нем была лаконичной, словно кто-то желал сохранить в тайне причину смерти.

Леонард Джонстоун.

Родился в 1842 — умер в 1867.

— Джонстоун? — спросила Кэрри.

— Девичья фамилия вашей бабушки — Джонстоун, моя дорогая. Ее отец был англичанином. Он женился на итальянке. Говорят, она была очаровательна. Беатрис стала носить фамилию Свон после замужества.

— О, разумеется, какая я недогадливая. — Леонард Джонстоун. 1842–1867. Брат Беатрис умер совсем молодым. — Вы не знаете, от чего он умер?

Последовала многозначительная пауза. Кэрри взглянула на свою спутницу. Та стояла с поджатыми губами, глядя на памятник.

— Да-а-а. Говорят…

— Что?

— В деревне ходили слухи… — женщина колебалась в нерешительности, — в его смерти было что-то странное. Разве в вашей семье никогда об этом не рассказывали? — Она искоса посмотрела на Кэрри, насторожившуюся от любопытства.

Кэрри покачала головой.

— Насколько я помню, нет. О нем никто никогда не упоминал. Разумеется, я знала, что у бабушки был брат. Но как он умер…

— Они были очень близки, он и твоя бабушка. Он умер — о! — всего за несколько месяцев до того, как она вышла замуж за твоего дедушку.

Кэрри изумленно смотрела на нее.

— И люди до сих пор говорят об этом? Боже мой, прошло более пятидесяти лет!

Мэри Уэббер засмеялась.

— Не забывайте моя дорогая, что это Багни-ди-Лукка. А что касается Багни-ди-Лукка, здесь помнят обо всем, словно это произошло вчера. Всего лишь вчера.

— И что же помнит Багни-ди-Лукка об этой смерти? Почему она была странной?

Женщина наклонилась поближе и заговорила очень тихо, как будто — раздраженно подумала Кэрри — они были окружены людьми, а не каменными надгробиями.

— Кажется, он был весьма чувствительным молодым человеком. Говорят, он покончил с собой…

— Как это ужасно. — Кэрри с грустью взглянула на памятник с его краткой равнодушной надписью. — Как это ужасно, — тихо повторила она.

— Конечно, это только слухи, — сказала спутница Кэрри. — Я не знаю ни одного человека, который бы подтвердил, что это правда. Просто слухи.

Кэрри приблизилась к надгробию, расположенному посередине. Последнее пристанище Беатрис. Небольшая мраморная плита, украшенная резными виноградными листьями. Как и у ее брата надпись была предельно краткой.

Беатрис Свон.

Родилась в 1846. Умерла в 1912.

— Видимо никто из них не увлекался эпитафиями, — заметила Мэри Уэббер, которая не отставала от Кэрри. — Смотрите, у Генри то же самое.

Генри Свон.

Родился в 1868. Умер в 1922.

— Три жизни, — тихо произнесла Кэрри.

Ее спутница наклонилась к могиле и выдернула сорняк.

— Все там будем, моя дорогая. Все. — Она распрямилась. — Ну, я оставляю вас одну. Не забудьте — отель «Континенталь». Вы без труда его найдете — он на главной улице. В любое время, с любыми вопросами.

— Спасибо.

После того, как миссис Уэббер удалилась в глубь кладбища, Кэрри еще долго стояла неподвижно у могилы Беатрис, слеша ссутулив плечи и засунув руки в карманы вязаного жакета. Слабый свежий ветерок перебирал ее волосы. Она положила руку на прохладный мрамор надгробия, поглаживая его там, где было выгравировано дорогое имя.

«Спасибо тебе, — повторяла она про себя, как заклинание, — спасибо тебе.»

Выходя из ворот, Кэрри увидела, как Мэри Уэббер жизнерадостно помахала ей рукой.

Лео был прав. Уже через пять минут после того, как она начала подниматься вверх по дороге, возле нее остановилась повозка, запряженная мулом. С переднего сиденья ей лучезарно улыбался молодой мужчина. Кэрри тоже улыбнулась в ответ. Рядом с ним сидела хорошенькая молодая женщина, по всей видимости его жена. Она держала на коленях маленькую смуглую девочку и было заметно, что она ожидает еще одного ребенка.

— Сан-Марко? — спросил хозяин повозки, не переставая улыбаться.

118
{"b":"543746","o":1}