ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Signora? Не хотите купить?

— Что?

Кэрри с трудом перевела взгляд на стоявшего перед ней молодого итальянца. Он смотрел на нее с вежливой, даже подобострастной улыбкой. На ремне, перекинутом через плечо, у него висел поднос с дешевыми украшениями.

— Купите? — повторил он, заглядывая ей в глаза.

— Я… нет, извините. У меня нет е собой денег. Возможно, в следующий раз.

Он разочарованно улыбнулся, непонятно зачем благодаря.

— Grazie, signora. Grazie. Ничего не видя перед собой, Кэрри повернулась и двинулась вниз по торговой улице к Понте ди Серральо. Веселый звонкий смех детей, играющих у моста, перекрывался шумом воды в реке, которая бурлила и пенилась под старым мостом.

Кэрри слегка задрожала от прохладного ветра, который налетал с быстрой реки. Перед ее мысленным взором вновь возникли глаза Анжелики, полные коварства и нескрываемой злобы.

И стало страшно.

Глава седьмая

В доме царила тишина.

Лёгкий ветерок пробегал время от времени по комнатам, шевеля шторы и портьеры. На кухне Кэрри перебирала гору вещей, которые приготовила для Мерайи: два одеяла, несколько теплых пледов, две большие мягкие подушки. По крайней мере, для начала этого было достаточно. Она найдет кого-нибудь в Сан-Марко, кто поможет переправить их Мерайе, а потом подумает над тем, что можно сделать для того, чтобы в маленьком домике у реки было теплее и уютнее. Большая часть мебели на вилле была либо слишком громоздкой, либо слишком хрупкой, но Кэрри не сомневалась, что в таком просторном доме непременно что-нибудь да найдется для Мерайи.

— Кэрри?

Это тихо произнесенное слово прозвучало так неожиданно для нее, что она вздрогнула и резко обернулась.

Лео стоят в тени на пороге, выделяясь темным силуэтом на фоне яркого весеннего дня.

Они долго молча смотрели друг на друга. Затем он подошел к ней, протянув навстречу руки.

— Ты простишь меня?

У нее от волнения пересохло в горле. Кэрри прокашлялась и тихо сказала.

— Не будь таким глупым. Мне не за что тебя прощать.

— Мне кажется, что есть. Я напугал тебя. Я больше никогда так не сделаю. Прости меня…

— Не ты виноват в этом. — Она нахмурилась и попыталась отвернуться.

— Больше этого не случится. Обещаю тебе.

Они все еще держались за руки, При этих словах Кэрри решительно вздернула подбородок и пристально посмотрела ему в глаза.

— А если, — она помедлила, — если я скажу, что больше всего на свете хочу, чтобы это случилось еще раз?

Лео заметно побледнел, еще крепче сжал ее руки, но ничего не сказал.

— Тогда как?

— Будь осторожнее, Кэрри, — тихо произнес он.

Она покачала головой.

— Нет. Я не буду думать об осторожности. Только не сейчас. Не могу. — Она высвободила свои руки и, отвернувшись от него, встала у стола. — Лео, я знаю, мне не следует говорить тебе то, что я сейчас скажу. Я понимаю, что это неправильно. Я не должна… Но я люблю тебя.

Выговорив, наконец, самое главное, Кэрри повернулась, чтобы посмотреть ему в глаза и узнать свой приговор. Сцепив дрожащие руки, она тихо спросила.

— Лео — ты слышал, что я сказала? Я люблю тебя. Что же ты молчишь?..

Он подошел к ней и приподняв ее подбородок, пристально посмотрел ей в глаза. Лицо его было мрачным.

— Кэрри, Кэрри… Ты уверена? Ты действительно уверена в том, что чувство, которое ты испытываешь, не что иное как любовь? И что я — тот человек, который достоин этой любви? — Он наклонился и очень-очень нежно, словно маленькую девочку, поцеловал ее в лоб. — Кэрри, может быть, ты все это себе придумала, очутившись здесь чарующей южной весной и окунувшись в необычность происходящего?

— Нет!

Он еще сильнее сжал ее подбородок. Его глаза опасно сверкнули.

— Я еще раз повторяю, Кэрри — будь осторожнее.

Кэрри стала бить дрожь, и она ничего не могла с собой поделать. Но и отвести от него взгляд было не в ее силах.

— Ты цитировала мне что-то в этой самой комнате, — тихо сказал он, — помнишь? Что там говорил английский классик о двух величайших трагедиях в человеческой жизни? Одна из них заключается в том, чтобы не исполнилось желание сердца…

— …а другая — в том, чтобы оно исполнилось. Да, я помню.

— Итак, я говорю в третий и последний раз: будь осторожнее, Кэрри.

В его мрачных глазах, в той силе, с которой его пальцы стиснули ее подбородок, ощущалась пугающая напряженность. Она старалась изо всех сил казаться спокойной, хотя никак не могла унять дрожь.

— Я думаю, ты немного опоздал со своим советом. Лео, ты помнишь наш первый вечер, когда я приехала? Помнишь, что ты говорил мне? О том, что я еще не нашла свое приключение? Так вот, может быть, это именно оно. Может быть, ты и есть мое приключение. Так как же я могу быть осторожнее? Приключений не происходит с теми, кто бывает осторожен, не так ли?

И тогда он поцеловал ее — долгим, мучительно нежным поцелуем, который был красноречивее любых слов. Когда он, наконец, отстранился, она коснулась его лица кончиками пальцев и бесстрашно спросила.

— Лео?

— Да?

— Ты не хотел бы, то есть… — Кэрри запнулась и, несмотря на все свои усилия быть храброй, отвела глаза не в силах произнести последние слова.

— Что?

— Не хотел бы ты… заняться со мной любовью? — Неожиданно для себя она добавила шепотом. — Пожалуйста…

Он долго стоял молча в ожидании того момента, когда она поднимет на него глаза. Когда она, наконец, посмотрела на него, он улыбнулся.

— Да, — сказал он. — Хотел бы.

— Сейчас?

— Нет.

Она посмотрела на него с недоумением.

— П-п-почему нет?

Он положил руки ей на плечи.

— Потому что сейчас ты напугана.

— Вовсе я не напутана! — вырвалось у нее.

— Да. Все-таки, да. Мы оба знаем это. И оба понимаем, почему. Не так ли?

Кэрри молча смотрела на него.

— Все дело в Артуре, правда? Я не знаю, что этот человек сделал с тобой, но, бог мой, он сделал что-то такое, что напугало тебя.

— Тогда помоги мне. Покажи мне, что этого не надо бояться.

— Обещаю. Но только не сейчас. Не так скоро. Сейчас еще не время.

— А когда? Когда придет это время?

— Мы почувствуем, когда настанет этот момент. — Он наклонился, чтобы вновь поцеловать ее. И в этот раз она страстно прижалась к нему. И сейчас ока ответила на его поцелуй поцелуем.

Улыбаясь, он высвободился из ее объятий, легонько удерживая ее за запястья.

— Нет, нет, довольно, моя любимая! Иначе я за себя не ручаюсь!

Она подняла голову и с восторгом смотрела на него.

— О, Лео, как ты меня назвал?

Он поднес ее руки к губам и поцеловал сначала одну ладонь, потом другую.

— Моя любимая, — прошептал он. — Я назвал тебя своей любимой.

— И это действительно так?

— О, да, — ответил он.

Она обхватила его за талию и прижалась, уткнувшись головой ему в плечо. Так они стояли некоторое время и молчали.

— Кэрри… — произнес он наконец.

— М-м?

— Я хочу спросить тебя кое о чем?

Она подняла голову.

— О чем?

Он рассмеялся.

— Ты собираешься спать сегодня на кухонном столе?

Она уставилась на него, ничего не понимая.

Лео кивнул в сторону стола, заваленного простыняхми и подушками.

— Кажется, ты стелешь здесь постель? Интересно узнать, для кого?

Стоило только Кэрри рассказать о Мерайе, как он тут же принялся помогать. Оставив Кэрри дома собирать вещи для Мерайи, Лео отправился в Сан-Марко за повозкой. Через час он уже вернулся обратно. К тому времени, когда они сложили постельные принадлежности и подобрали кое-что из мебели, молодой Пьетро подогнал повозку к дверям дома. И веселая, жизнерадостная компания наконец отправилась в путь. Повозка, груженая доверху, раскачивалась и громыхала следом за ними.

День уже клонился к вечеру, когда повозка в сопровождении ватаги шумных ребятишек остановилась у дома Мерайи. Кэрри вбежала в дом.

131
{"b":"543746","o":1}