ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нам надо поговорить, — сказала Филиппа. — И не об этой идиотской ситуации, в которой ты оказался по своей вине. Посмотрим, что удастся сделать Тоби. Надо немного подождать. Я хотела бы поговорить о нас.

— Я бы не стал тебя обвинять, если бы ты перестала упоминать слово «нас».

Она спокойно посмотрела на него.

— Ты этого хочешь?

— Разумеется, нет.

— В таком случае, все в порядке. Сейчас мы должны придумать быстрейший и простейший способ заставить их позволить нам пожениться. Как я уже говорила сегодня — вчера утром — Боже, неужели это было вчера? Кажется, прошел целый месяц. Так вот, тебе нужен кто-то, чтобы присматривать за тобой.

Повернув голову на подушке, он посмотрел на нее.

— Ничего на свете я не хотел бы больше, чем этого.

— Отлично. Наша главная проблема — получить согласие Эдди. Ты — взрослый человек, никто не может запретить тебе поступить так, как ты сочтешь нужным.

— Но они могут создать нам трудности?

— Тебя это так волнует?

— Нет.

Она улыбнулась. Впервые за последние двадцать четыре часа ее улыбка была непринужденной.

— Меня тоже. Итак — мы должны убедить Эдди.

— Как это сделать?

— Я забеременею.

Наступила долгая, смущенная тишина.

— Я сказала, что забеременею, — повторила она чуть громче, не глядя на него.

— Я слышал.

Она украдкой взглянула на него.

— И что?..

Он смотрел на нее, полуприкрыв глаза, в которых неожиданно засверкали искорки смеха.

— Надеюсь, не в данную минуту?

— Нет. — Она уютно устроилась радом с ним. — Можно попозже. Завтра. Послезавтра. Я не тороплюсь.

Он нежно взял ее за подбородок и повернул к себе ее лицо.

— Флип, ты понимаешь, что говоришь?

— Да.

— А как же твоя работа?

— Я могу с таким же успехом учить детей на Мадейре. Просто надо выучить португальский.

Хьюго медленно заморгал.

— Мадейра, — произнес он.

— Вот-вот. Именно там мы и будем жить.

— Ты уже все продумала.

— Да.

На мгновение он закрыл глаза, и она почувствовала, как расслабилось его тело под одеялом.

— Как замечательно это было бы.

— Я не шучу. Я говорю вполне серьезно. Нет причины, которая помешала бы нам. Твоя мама поможет.

— Флип, ты забываешь…

— Я ничего не забываю. Я строю планы. Что бы ни случилось — даже самое худшее — рано или поздно мы все равно поженимся. Хьюго, я подожду. Если придется, всю жизнь. Хотя не хотелось бы, — добавила она. — А между тем, нет ничего плохого в том, чтобы строить планы. Хьюго, ты только подумай — мы можем жить в том маленьком доме… Он ждет нас. Он словно предназначен для нас. Все, что нам придется сделать, так это пройти через ужасный… — Она замолчала, услышав его замедленное, ровное дыхание. — Хьюго?

Молчание. Она слегка повернула голову. Он крепко спал.

В ней заговорил страх.

— Хьюго? Хьюго?!

Он открыл глаза.

— Что?

Она с трудом перевела дыхание.

— Ничего. Извини. Спи.

Он вздохнул, придвинулся к ней поближе и закрыл глаза.

Спустя несколько минут, положив голову ему на плечо заснула и Филиппа.

Она вернулась в общежитие ранним вечером. Джессика, темноволосая девушка из соседней комнаты, выбежала на площадку и удивленно воскликнула при ее приближении.

— Флип! Где ты была? — Ее глаза горели дружеским любопытством. — Мы с Бидди уже сломали головы, чтобы придумать что-нибудь в твое оправдание — не знаю, поверил ли нам кто-либо. Что случилось?

Филиппа взяла у нее ключ, подбросила его в воздухе, потом поймала.

— Я была у Хьюго, — беспечно сказала она.

— Что? — Девушка была приятно поражена. — Филиппа, не может быть!

— Очень даже может. — Филиппа открыла дверь и счастливо улыбнулась в лицо девушки, на котором кроме потрясения было написано еще и неверие. — Времена меняются, Джесси, разве ты не знала?

Джесси закатила глаза.

— Но не в такой степени. Во всяком случае, не здесь. Тебе лучше быть осторожнее. Если кто-нибудь узнает, ты в мгновение ока окажешься за дверью. О, между прочим… — уже собираясь уходить, она остановилась, — у тебя была гостья.

— Да?

— Сногсшибательная красотка. Высокая, темноволосая, с изумительными глазами. — Джессика состроила выразительную гримасу. — А фигура… ничего не пожалела бы за такую. Сказала, что ее зовут как-то вроде… Рейчел.

— Рейчел? А что ей было нужно?

— Не знаю. Она хочет, чтобы ты ей позвонила. Она оставила номер телефона под дверью. На случай, если ты его забыла — так она сказала.

— Хорошо. — Филиппа собралась было запереть дверь.

— Флип?

— Да?

Джессика таращила на нее глаза, все еще не веря в услышанное.

Филиппа блаженно улыбнулась, — таинственно, как ей хотелось, — и закрыла дверь.

Тоби оставил машину на улице рядом с домом и поднялся по ступеням к входной двери. Прежде чем он успел вставить ключ, она распахнулась и на пороге возникла высокая редкозубая служанка с ведерком для угля. Она сделала нечто вроде книксена, бесстыдно усмехаясь.

— Доброе утро, сэр. Я увидела, что вы приехали, из окна. — Ее маленькие острые глазки, черные, как уголь, который она несла, мгновенно увидели беспорядок в его вечернем костюме, тени под глазами. Ее улыбка стала шире, прежде чем она подумала о том, что скромное поведение — пусть даже притворно скромное, было бы уместнее.

Тоби слегка улыбнулся.

— Доброе утро, Виолетта.

— Спасибо, сэр. — Она еще раз извинилась, сделав книксен, и пошла впереди него со своей ношей. При этом ее спина и походка были очень выразительны.

Тоби тихонько закрыл за собой дверь и освободил себя от пальто и шарфа. В гостиной наверху Виолетта шумно чистила камин. Весь остальной дом был погружен в тишину.

Он осторожно поднялся по лестнице. Когда он проходил мимо открытой двери в гостиную, служанка подняла голову и вновь понимающе улыбнулась.

Дверь в спальню Дафни на следующей площадке была закрыта, равно как и та, что вела в детскую спальню. Он миновал их, осторожно ступая, и достиг пролета, который вел на следующий этаж, где находилась его спальня, когда звук позади заставил его оглянуться.

Дафни стояла в дверях в ночной сорочке и халате. Ее волосы были аккуратно причесаны, а лицо нельзя было назвать свежим после сна.

— Тоби?

— Как видишь. Извини. Я разбудил тебя?

— Нет. Я ждала тебя. Хотела поговорить с тобой. — В ее голосе и поведении не было ничего, кроме обычного дружелюбия. Она никак не отреагировала на его внешний вид.

Он устало смотрел на нее.

— Ты можешь уделить мне минуту? Я не задержу тебя надолго, обещаю.

— Сейчас?

— Если ты не возражаешь.

— Не могу сказать, что это самое подходящее время.

— Я была бы счастлива поговорить с тобой вечером, — сказала она и подняла на него светлые глаза, — но у меня не было такой возможности. Паркер сказала, что тебе кто-то звонил, и ты уехал раньше, чем намеревался. — Она намеренно сделала паузу, чтобы смысл сказанного приобрел большую весомость. На сей раз едва уловимым движением глаз она дала ему понять, что у него неопрятный вид. — Пожалуйста. Всего лишь минуту. Обещаю тебе.

Он сбросил руку с перил.

— Очень хорошо. Если ты настаиваешь. — И пошел ей навстречу.

— Подожди. — Дафни поднесла палец к губам и шагнула к двери детской спальни. Она очень тихо отворила дверь и поманила его пальцем.

Малыш лежал, розовощекий и прекрасный, слегка повернув голову на бок. Его маленькие ручки разметались по подушке. С нескрываемой нежностью Дафни натянула одеяльце до подбородка. Тоби стоял у подножья кроватки, будто неожиданно окаменев, и смотрел.

Дверь в смежную комнату, где спала няня, была открыта. Девушка пошевелилась и затихла.

Они долго стояли, глядя на спящего ребенка. Потом Дафни повернулась, не глядя на Тоби, и направилась к двери.

Он молча последовал за ней, осторожно прикрыв дверь.

95
{"b":"543746","o":1}