ЛитМир - Электронная Библиотека

Я дал устное заключение, что это не маскированный человек, но какой-то дикий!»

Н. Я. Капанадзе, колхозник села Грома:

Это было осенью, кажется, в октябре. Мы жили вдвоем с одним стариком из Кавшири в глухом месте Гургенианского леса — заготавливали материал для колхоза. Наш балаган стоял в 15 метрах от родника. Кроме этого родника, другой воды в этих горах нигде нет.

Однажды рано на рассвете — я уже разжег костер и сидел возле него, курил — я услышал шорох в лесу. Смотрю — идет кто-то: зверь не зверь, не пойму что. Сперва я подумал, что медведь, потом вижу — нет, человек. Но без одежды и весь покрытый длинной шерстью рыжего цвета. На спине шерсть больше, на животе меньше. Лицо тоже покрыто шерстью, но похоже на человеческое. Немного сутулый. Руки длиннее, чем у человека.

Он шел прямо к роднику. Очевидно, знал о нем, потому что шел прямо к нему. Подойдя к роднику, он опустился на колени и, руками опираясь о землю, как человек, нагнулся и стал пить. Это было в 15 метрах от меня. Пил долго, очень долго, минут пятнадцать, с краткими перерывами.

Напившись, поднялся и пошел обратно туда, откуда пришел».

Щнуков Мухамед, кабардинец, строитель:

«Это было еще до войны, летом. Мы жили тогда в селении Батех в Зольском районе. Откуда-то в наш огород пришла алмасты и поселилась в нем, в кукурузе. Настелила там разных тряпок, траву. Прожила она у нас неделю. Все время находилась в нашем огороде. Кушала зеленую кукурузу.

Вся волосатая, на голове длинные волосы. Ногти длинные. Глаза раскосые, красные, зубы крупнее, чем у человека.

Днем она всегда лежала. Лежит обычно на боку, но все переворачивается, долго в одном положении не лежит. К нам много народу ходило на нее смотреть. Если подойдет близко сразу несколько человек, она беспокоится, садится, кричит, встает, сама себе рвет волосы на голове. Кричит очень громко.

Когда успокоится, если человек стоит близко, она тихонько подходит и начинает лизать его, как собака» (записано в 1964 году).

Н. Я. Серикова, старший зоотехник Зольского производственного управления:

«Это было в 1956 году, в ноябре или декабре месяце. Пришла из правления колхоза часов в восемь, поужинала, легла спать. Жила я одна.

Лежу и вдруг слышу какое-то повизгивание: ву-у-у-у... Я сразу глянула на пол. Ужас! На полу сидело на корточках существо, все волосатое, глаза наискось. Смотрело оно на меня таким взглядом, что вот-вот прыгнет ко мне. Не знаю, как описать мое состояние, но я действительно окаменела. Хочу кричать и не могу, стараюсь пошевелиться и не могу. Смотрю на него, а оно на меня... Затем у меня вырвалось несколько слов: «Господи, откуда ж ты взялся?» (В бога я никогда не верила.) Существо снова взвизгнуло и с такой быстротой прыгнуло в первую комнату, как будто вылетело, дверью стукнуло с такой силой, что, мне показалось, дом задрожал. После него в квартире стоял такой запах, что сравнить его ни с каким запахом не могу, какой-то удушливый, кислый.

Утром, когда вошла ко мне хозяйка, она спросила, что это у меня такое лицо пухлое, а я ей говорю, что видела черта. Пришла соседка, Кушхова Забинат, я ей тоже рассказала, а она мне и говорит, это никакой не черт, а просто алмасты. Я начала спрашивать, что такое алмасты, но она не смогла объяснить, только говорит, что у Аброкова Ширы, когда жила еще старуха, соседки мать, то у нее в доме жил алмасты, а как она умерла, то он перешел к Лукману Амшукову и живет у него.

Все эти годы, до июня 1964 года, я просто мучилась: неужели и правда есть черти?! И когда случайно на пастбищах встретилась с Жанной Иосифовной Кофман и рассказала ей о своем видении, она мне сообщила о том, что ищут этого алмасты. Я убеждена, что видела его, мне намного стало легче».

Семь свидетельских показаний... Достаточно?

Не очень много, особенно если вспомнить, что надо учитывать и предвзятость и субъективность в оценке увиденного. Но перед нами лишь совсем небольшая часть таких сообщений. Энтузиаст поисков диких людей» на Кавказе, уже упоминавшаяся выше Ж. И. Кофман, пишет о том, что в ее распоряжении имеется около трехсот протоколов опроса граждан кавказских республик, встречавших «дикого человека», а нередко даже имевших возможность подолгу его наблюдать.

В этих рассказах лиц, разных по национальности, возрасту, языку, вероисповеданию, уровню образованности, незнакомых друг с другом, полностью совпадают морфологические и биологические характеристики двуногого существа.

Более того. Серьезно занявшись поисками нашего «живого предка» на Кавказе, ученые с удивлением обнаружили, что для многих жителей Кавказа предмет их поиска не диковинка. Люди, говорящие на разных языках, давали совпадающие в деталях описания неизвестного существа. Только называли они его по-разному: пеше-адам — в Азербайджане; цхи-скаци — в Грузии; каптар — в Дагестане; алмасты — в Чечено-Ингушетии.

В переводе все это означало одно — «дикий», «лесной» человек.

И еще более существенное, решающее: сообщая о своих встречах с «дикими людьми», очевидцы, разделенные сотнями и тысячами километров, языковыми, культурными и историческими барьерами, сходятся в таких мелочах, на которые могут обратить внимание только ученые. Десятки и сотни очевидцев говорят об одном: существо это ростом с человека, ходит на двух ногах, покрыто волосами темно-коричневого цвета; лоб покатый, с резко выраженными надбровными дугами; нос маленький, приплюснутый; зубы выдаются вперед; узкий разрез глаз; на голове длинные волосы; руки почти достигают колен.

Получается, что все очевидцы, сговорившись, пытаются обмануть исследователей. Можно ли это предположить? Ответ ясен: невозможно. Но если так, то, значит, не известные нам существа, близкие к людям, существуют.

Противоречит ли это научным взглядам на живую природу? Нет. Вот что говорит об этом доктор исторических и философских наук Б. Ф. Поршнев:

«Большинство антропологов и зоологов даже и не помнят сейчас, что первый ученый, отважившийся включить человека в систему классификации видов обитающих на земле животных, делил род человеческий на два разных вида: «человек разумный» и «человек трогло-дитовый» (или «человек ночной»). Это был величайший натуралист XVIII века Карл Линней...

Прошло сто лет, и об этой рубрике Линнеевой классификации многие вспомнили сразу после возникновения теории Дарвина. В человеке троглодитовом» готовы были видеть пережиток недостающего звена» между человеком и животным. Но безапелляционные экспертизы виднейшего антидарвиниста Рудольфа Вирхова пресекли эти еретические» мысли.

Прошли еще десятки лет. В одном и том же 1907 году английский ботаник Г. Элуис доложил Королевскому географическому обществу об обитании в Тибете неизвестного вида волосатого дикого человека, а петербургский востоковед Б. Барадин сообщил о встрече его экспедиции в песках Центральной Азии с необычным существом, почти человеком, но волосатым и скрывающимся от людей, которого монголы называют алмас». Оба сообщения имели одну судьбу: их даже не опубликовали, тексты ныне утеряны. Почти то же случилось с сообщением, которое прислал в Российскую академию наук в 1914 году молодой зоолог В. А. Хахлов, ныне профессор. Текст его я разыскал сравнительно недавно в архиве Академии наук СССР в презанятной папке Записки, не имеющие научного значения». Автор сообщал, что путем сбора и анатомического анализа данных им установлено обитание в Тянь-Шане и Центральной Азии дикого вида, который он предложил назвать первочеловек азиатский»...

Суть предложенного решения загадки и состоит в том, что линнеевский человек троглодитовый», как и хахловский первочеловек азиатский», со всеми относящимися сюда древними и новыми описаниями наблюдателей, — это остаточная, деградировавшая ветвь человека неандертальского». Такая мысль предполагает пересмотр двух принимавшихся ранее на веру постулатов.

Первое: считалось, что, как только появился человек разумный», предыдущий вид, неандерталец, более или менее быстро исчез. Однако успехи геологии расшатали этот постулат. И кости, и изделия неандертальцев доказывают, что они очень долго сохранялись кое-где на земле после появления и расселения человека разумного». Оказывается, такое сосуществование» длилось десятки тысяч лет. Еще несколько тысяч лет, остающиеся до наших дней, — это уже не так-то много.

30
{"b":"543756","o":1}