ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— В лесу живёт чудовище, — сказал он.

— Это просто болтают, — моргая, ответил Попрыгун.

— Нет, я его видел.

— Ты никогда мне об этом не рассказывал! — заметил Холмик. — И когда же?

— Ну, ладно, я его только слышал. Однажды ночью, — быстро ответил Ходок.

Сумрак поглядел на Сильфиду, которая в изумлении навострила уши. Ему стало интересно, действительно ли бегущие-по-деревьям такие болтливые, или же просто чай развязал им языки.

— И что же это за чудовище? — поинтересовалась Сильфида, непрерывно складывая и расправляя свои паруса.

— Оно большое, — уверенно ответил Ходок. — У него голос большого существа. Оно отпугивает многих из существ, но никогда не тревожит нас.

— Нас оно не напугает, — сказала Сильфида.

— Ну, ещё оно живёт далеко от нас, — добавил Ходок, и сейчас его голос звучал не так уверенно. — Никто и никогда не видел его. Но в любом случае, именно поэтому здесь живёт не так много животных. Они боятся. Но мы знаем, что здесь безопасно.

Сумраку стало интересно, знал ли Ходок, о чём болтал, и он решил, что нет. Вероятно, он просто пересказывал им какую-то историю, которую взрослые рассказывали своим детёнышам, чтобы те не убегали далеко в лес. Конечно, если бы поблизости жило настоящее чудовище, бегущие-по-деревьям не устроили бы здесь такую большую и довольную жизнью колонию.

— И если вы не боитесь, то, наверное, вы тоже сможете тут жить, — сказал Ходок. Затем он разбежался, перепрыгнул на соседнее дерево и поскакал прочь вместе с друзьями. — Мне нравятся рукокрылы!

Сумрака тронула его невинная искренность. Дом бегущих-по-деревьям действительно был похож на идеальное место, и он не мог отказаться от мысли, что это место может стать ещё и их домом.

Когда Хищнозуб первый раз убил на материке, он предложил добычу Пантере. Отойдя в сторону, он с надеждой смотрел на неё. Она обнюхала труп, тронула его лапой, а затем без всяких колебаний умелым движением разорвала шерсть и кожу и содрала с рёбер окровавленной мясо. Хвост Хищнозуба дёрнулся от удивления.

— Ты уже не в первый раз ешь мясо, — сказал он ей.

Она облизнула шерсть вокруг своего рта.

— Нет. После того, как ты ушёл от нас, я несколько раз охотилась.

— И тебя ни разу не поймали на этом? — с удивлением спросил он.

Пантера мурлыкала от удовольствия.

— Я было осторожнее, чем ты. Я уходила дальше за границы наших владений. Я не хотела, чтобы меня выгнали.

— Ты хотела остаться среди Рыщущих у Патриофелиса?

— Я была не такой храброй, как ты — или же не такой безрассудной. Мне нравилось быть в безопасности среди Рыщущих, и я думала, что могла продолжать тайком удовлетворять свою тягу к мясу.

Хищнозуб взглянул на неё с ещё большим уважением, к которому, однако, примешалась и некоторая осторожность. Кому же она предана на самом деле?

— А ты смогла бы убить меня, — спросил он, — если бы это приказал Патриофелис?

Она отвела глаза.

— Ничего этого не потребовалось бы, если бы ты остался с нами. Ты мог бы соврать Патриофелису и успокоить его. Тогда у нас было бы больше времени, чтобы получить поддержку среди Рыщущих. Мы могли бы вынудить Патриофелиса измениться — или же свергнуть его. Тогда ты стал бы вождём сотен зверей, а не нескольких дюжин.

— Такая нечестность — не в моей природе.

— Нечестность, или всё же дальновидность? — переспросила она.

— Я всегда действовал так, как должен был, и принимал последствия своих действий. Те, кто был способен поступать так же, пошли за мной. Только так и можно построить сильный клан.

— Тогда, наверное, я не из твоего клана, — сказала Пантера, и её глаза сверкнули с упрёком.

Хищнозуб никогда не видел у неё такого настроя, и это его раздражало — и ещё очень заинтриговало.

— Ты сама должна это решить, — сказал он ей.

Она подошла к нему и толкнула своей головой его голову.

— Теперь ты — мой единственный вождь, — ответила она.

Хищнозуб вёл своих Рыщущих на север. Всего их было семнадцать. Раненая передняя лапа медленно заживала, хотя он всё ещё хромал. Когда рядом с ним была Пантера, он ощущал безграничную силу и уверенность.

Добычи было много, как никогда. Мир действительно менялся: он никогда не видел, чтобы по лесам бродило так много зверей. Похоже, что многие из них искали лучше охотничьи угодья; другие утверждали, что бежали, спасая свои жизни. Когда вокруг было так много живых существ, Хищнозубу и его Рыщущим было легко скрыть путь своего движения. Даже после того, как их замечали за убийством, всё, что им было нужно — просто двигаться вперёд ещё с полдня, и их вновь не знал никто вокруг.

С каждым днём Хищнозуб всё меньше и меньше заботился о том, чтобы скрывать их наклонности. Пусть все знают, кто они такие, и чем занимаются. Теперь никто не посмел бы остановить их, особенно после того, как повсюду разнеслись новости о том, что Патриофелис не сумел отправить их в ссылку. Их боялись.

— Как ты думаешь, что случится со старым кланом? — спросил он Пантеру.

— Он распадётся со смертью Патриофелиса. Герик — это не вождь.

Хищнозуб фыркнул в знак согласия.

— Они разбредутся. Может быть, пути некоторых из них пересекутся с нашими, и они попросят, чтобы мы пустили их к себе, — он внимательно посмотрел на неё. — Ты не жалеешь, что ушла?

— Нет, — ответила она.

Теперь он видел, что она тоже охотится, и, как он и предполагал, делала это просто превосходно, хотя он ещё много чему смог бы её поучить. Когда он смотрел, как она ест, это принесло ему величайшее удовольствие — и ещё облегчение. Она была одной из них.

— Та птица назад на острове, — спросила она. — Что это за тварь?

Шерсть Хищнозуба встала дыбом:

— Раньше я никогда таких не видел. Это что-то новое.

С тех пор он всё время следил, не появятся ли они, особенно на рассвете. Он помнил огромные глаза чудовища и спрашивал себя, могли ли они видеть ночью. Но он больше не видел птиц этого вида, хотя только однажды, вдалеке, ему послышался, как он думал, жуткий печальный крик этих птиц.

— Им достаточно легко убить нас, — заметила Пантера.

— Они захватили нас врасплох, — гордо ответил Хищнозуб. — Но этого больше не случится. Мы будем осторожны. Я легко смог убить одну из них.

Она вопросительно подняла свои уши, но он не стал брать свои смелые слова обратно. Само существование этих птиц постоянно висело в его мыслях чёрной тучей. Откуда они пришли? Иногда, перед сном, он думал об их клювах, когтях и бесшумно машущих крыльях, но был уверен, что это не идёт ни в какое сравнение с его мускулами, когтями и зубами.

Большую часть утра они двигались по постепенно поднимающейся местности, и на подходе к вершине его Рыщущие уже медленно плелись.

Долгое путешествие наполняло Хищнозуба радостью. Оно напоминало ему о тех днях, когда он вместе с Пантерой охотился за гнёздами ящеров и проходил долгие мили, чтобы отыскать их.

На самом гребне холма они остановились. Земля перед ними раскинулась широкой долиной. На дне её по густому подлеску бежал быстрый ручей. «Здесь в изобилии есть корм для мелких наземных зверей», — подумал Хищнозуб. На обоих склонах долины росли густые деревья, многие из которых были усеяны плодами, наполнявшими воздух приятным ароматом.

Он разглядел множество древесных животных. Кора деревьев выглядела мягкой и хорошо подходила, чтобы цепляться за неё когтями, а ветви переплетались, образуя в кроне дерева тропы для его фелид.

Хищнозуб замер, разглядывая открывшийся ему вид. Он ощущал такое удовлетворение, какого не помнил с тех пор, как уничтожил последнее гнездо ящеров.

Его душу наполнил покой, и он почувствовал, что теперь его жизнь принадлежит только ему. Здесь были вода, укрытия и изобильная добыча.

— Это место, — объявил он, — будет нашим новым домом.

ГЛАВА 17. Пир

Тёмное крыло - top_05.jpg

53
{"b":"543763","o":1}