ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Евгений внимательно оглядел купол. Все в порядке. Еще немного — и произойдет тысяча пятьсот десятое приземление.

Вот и земля. Ноги коснулись пахоты. Метров двадцать пришлось пробежать, пока удалось погасить вздыбившийся на ветру купол парашюта. Теперь можно и отдохнуть. Андреев растянул на земле белый капрон, чтобы его быстрее заметили с воздуха, и прилег рядом. Он оглядел небесную синь и увидел в стороне два раскрытых купола, на которых снижался друг.

Но Петра Долгова уже не было в живых. Несчастный случай — резкое, непредусмотренное движение в момент выхода из кабины аэростата — и скафандр разгерметизировался. Полковник Долгов покинул небесную „Волгу“ на высоте 25 600 метров. Окунувшись в безвоздушное пространство, он сразу же раскрыл парашюты. Предложенная им схема сработала безотказно. Но сознание уже оставляло испытателя. Два огромных купола распахнулись над головой. Они бережно опустили тело полковника на землю Родины, ради которой жил и трудился лауреат Государственной премии Петр Иванович Долгов…».

По достоинству оценила Родина подвиги парашютистов. За смелость и мужество, проявленные во время испытания спасательной техники, за прыжки из стратосферы и на сверхзвуковой скорости полета, за установление мировых рекордов четырем нашим выдающимся парашютистам присвоено высокое звание Героя Советского Союза. Это В. Романюк, П. Долгов, Е. Андреев и О. Хомутов.

Немало рекордов в затяжных прыжках принадлежит советским женщинам-парашютисткам.

Еще в 1934 году на Тушинском аэродроме спортсменка Бушева установила первый мировой рекорд затяжного прыжка. Оставив самолет на высоте 2700 метров, она камнем падала, не раскрывая парашюта, 2500 метров. Однако этот рекорд продержался всего два дня.

Вскоре Н. Камнева улучшила рекорд. Падая в воздухе с нераскрытым парашютом 58 секунд, Камнева прошла 2750 метров, открыв парашют в двухстах пятидесяти метрах от земли. Женские рекорды затем несколько раз улучшались и к настоящему времени мало чем отличаются от мужских. Так, 21 сентября 1965 года О. Комиссарова, отделившись от самолета, летящего в стратосфере на высоте 14 512 метров, падала в воздухе 14 100 метров. И думается, что это не последнее достижение.

Спортсменки-парашютистки вместе с мужчинами неоднократно защищали спортивную честь нашей страны на мировой арене и завоевывали звания абсолютных чемпионок на мировых чемпионатах, которые регулярно проводятся один раз в два года вот уже около двадцати лет.

Заслуженный мастер спорта Валентина Селиверстова дважды завоевывала почетное звание чемпионки мира, первой получила знак «Мастер международного класса» и является пока единственной женщиной в мире, совершившей более трех тысяч прыжков с парашютом. За высокие спортивные показатели В. Селиверстова награждена орденами Трудового Красного Знамени и Красной Звезды, Почетным Знаком ДОСААФ, имеет более шестидесяти спортивных медалей за победы на международных и всесоюзных соревнованиях.

А в заключение главы мне хочется рассказать о случаях — и нередких, как выяснилось — свободного падения… без парашютов, когда человек оставался в живых. Да, бывали и такие.

Газета «Правда» 8 января 1967 года писала: «Небывалый случай в истории авиации — прыжок без парашюта с высоты 7000 метров!» Вот как это произошло.

«Группа наших бомбардировщиков ИЛ-4 после удара по цели возвращалась на аэродром. Недалеко от линии фронта напали гитлеровские истребители. Завязался воздушный бой. Одному „мессершмитту“ удалось сильно повредить правый мотор, а затем и перебить тяги рулей управления на флагманском самолете лейтенанта Николая Жугана. Стрелки-радисты были убиты. Машина начала падать. Командир приказал: „Прыгать с парашютом!“

Штурман старший лейтенант Иван Михайлович Чиссов — это был его 76-й боевой вылет — примерно на высоте семь тысяч метров выпрыгнул из. своей рубки. Гитлеровцы, видя, что экипаж оставляет машину, пытались расстрелять его в воздухе. Чиссов пошел затяжным прыжком. Его несколько раз перевернуло, вовлекло в штопор. Все усилия выйти из опасного положения не увенчались успехом: сбившийся на бок ранец с парашютом переместил центр тяжести. Высота терялась. Дыхание забивали ударявшие в лицо тугие струи холодного воздуха. Вращение усиливалось. Так и не успев открыть парашюта, уже близко от земли Чиссов потерял сознание…

Лейтенант Жуган покинул самолет чуть позже и благополучно приземлился на опушке леса. Летчика встретили наши конники, провели в деревню, где уже находился Чиссов.

— Живой! — обрадованно воскликнул Жуган. Штурман молча показал глазами на угол избы. Там лежал нераскрытый, запломбированный парашютный ранец.

Упасть с высоты в 7000 метров и остаться живым? Жуган вместе с конниками проехал на место приземления Чиссова. Оказалось, что штурман упал в глубокий, нависший над оврагом снежный сугроб. Он пробил его, и это несколько уменьшило скорость падения. Снег смягчил удар. Чиссов продолжал скользить по касательной в снежном покрове ската оврага. Придя в себя и увидев подбегающих людей в полушубках — это была группа гвардейцев-конников, возглавляемая лейтенантом И. М. Фоменко, — он нашел в себе силы потребовать пароль…».

О случае, происшедшем с Чиссовым, тогда же, в начале 1942 года, было рассказано на страницах «Красной Звезды». После лечения Чиссов был направлен в авиационное училище преподавателем штурманского дела.

Будучи в Москве в 1968 году на собрании, где общественность отмечала 75-летие старейшего парашютиста нашей страны А. А. Белоусова, я познакомился с И. М. Чиссовым и еще с двумя товарищами, которые точно так же, как и Чиссов, правда, с разных высот, покинули самолет и, не раскрывая парашюта, достигли земли и остались в живых. Им тоже помог снег, крыша дома, — словом, то, что изменяло направление падения, уменьшало силу удара.

Позже А. А. Белоусов сообщил мне имена еще нескольких летчиков, которые испытали свободное падение без парашюта. В этот список вошли Герои Советского Союза К. Гречишкин и С. Курзенков, научные работники Г. Худяков и В. Назаров — всего 14 человек.

Это счастливчики, конечно. Про таких говорят: родились в рубашке. Я с интересом приглядывался к Чиссову, к его коллегам и ловил себя на мысли, что не хотел бы оказаться на их месте. Все-таки прыжок с парашютом куда как надежнее и спокойнее…

Преодолеть себя!

Повесть о парашюте - i_025.jpg

Впрочем, едва ли можно быть полностью спокойным во время прыжка. Не только новичку. Даже бывалому парашютисту.

Как-то мне пришлось присутствовать на занятиях, которые проводил инструктор парашютной подготовки с группой будущих парашютистов.

— Скажите, — спрашивает у него черненькая девушка, — а страшно вам было, когда вы камнем летели в затяжном прыжке?

Инструктор, ни на секунду не задумываясь, ответил:

— Ни капельки! Даже волнения никакого не чувствовал.

И тут мне показалось, что сей храбрец не сказал правды.

Я к тому времени совершил около тысячи прыжков, из них более двухсот затяжных, и все-таки каждый раз, когда мне приходилось покидать самолет, я хоть немного, да волновался.

Мне кажется, что иначе и быть не может.

Волнение заставляло меня быть настороже. Оно помогало собраться в единое целое, сконцентрировать волю, зорко глядеть вперед. Однако волнение, как известно, не есть страх…

Всегда в мгновения, предшествующие прыжку, земля становится необъяснимо любимой и дорогой. Меня никто и никогда не упрекал в слабоволии или трусости, будь то в полетах или прыжках. Но уже стоя на крыле летящего самолета и ожидая момент отделения, в какие-то самые короткие мгновения испытываешь ощущение тревоги. Это чувство не покидало меня всякий раз, когда я прыгал. Оно уменьшалось, когда я прыгал много и часто. И вновь усиливалось после небольшого перерыва в прыжках. Но это чувство было всегда, когда я прыгал, будь то, скажем, пятидесятый или девятисотый прыжок.

19
{"b":"543778","o":1}