ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Вам так кажется?

— Вне всяких сомнений. Подумайте сами, что значит осудить этого бездельника Хансена за такое преступление. Любой суд присяжных, обладающих здравым буржуазным рассудком, не раздумывая осудит его на основании представленного материала. И таким образом на много лет освободит общество от совершенно ненужной, аморальной и крайне вредной личности. Если же вы теперь позволите ему отделаться меньшим наказанием, предъявив обвинение только в воровстве, то рано или поздно у вас опять возникнут неприятности с этим человеком. Это будет вечная, тяжелая работа для опытных сыщиков, которые могли бы вместо этого заниматься более важными делами. Как преступник он полная бездарность. Серая, тупая масса подобных преступников паразитирует не только на обществе, но и на одаренных преступниках высшего класса. Подумайте сами, почему вы сделались полицейским? Вряд ли вам нужны были деньги. Ваш дом свидетельствует о богатстве. Значит, вами двигала страсть, охотничий азарт. Но какая вам радость охотиться за такой глупой дичью, как Хансен? Он и ему подобные лишь портят вам жизнь и опошляют вашу работу.

Рист внимательно наблюдал за своим гостем. Американец говорил с такой горячей проникновенностью, словно для него было очень важно убедить Риста в своей правоте.

— Похоже, вы хотите облегчить свою совесть, — заметил Рист, — но только она у вас какого-то очень странного свойства.

— Я даю вам свидетельские показания, — ответил гость. — У меня нет никакого желания выступать перед судом.

— А я бы вам этого и не советовал, если, конечно, вы хотите избежать тюрьмы или психиатрической лечебницы. Но вы действительно утверждаете, что явились ко мне, чтобы дать эти свидетельские показания?

— Да. А вы мне не верите?

— Нет.

— Тогда как вы объясните мой визит к вам?

— Это мне еще неясно, но, может, все прояснится, если вы честно объясните мне, как вы проникли в мой дом.

Американец хотел ответить, но вдруг предостерегающе поднял руку и прислушался. Рист быстро положил сигару в пепельницу и хотел встать. Однако предупреждающий взгляд гостя удержал его на месте.

— Мы в доме не одни, — сказал Рист.

— Вы правы, — согласился гость.

Они услыхали странный звук. Он раздавался в соседней комнате, там была столовая, дверь в нее была закрыта. Определить характер звука было невозможно. Вряд ли его издавал человек, скорей он походил на стон животного. Стон повторился несколько раз и затих. Рист еще раньше приготовился хладнокровно встретить, что бы ни случилось, но от этого ужасного звука, этого таинственного то ли стона, то ли крика, в котором слышалась и жалоба и страх, у него заледенела кровь в жилах. Этот стон никак не был связан с тем, что происходило в курительной комнате, но он усилил жуть всей этой невероятной сцены — непроницаемо черная ночь за окнами, бледный убийца, сжавшийся в тени кресла, и это непонятное, предсмертное урчание, донесшееся из соседней комнаты. Однако Рист уже успел одуматься и не поддался любопытству. Он понял, что сейчас американец знает больше, чем он, и не позволит ему сделать ни шага, который мог бы помешать его намерениям. Рист снова затянулся. Сигара еще тлела. Американец одобрительно кивнул и достал из кармана какой-то предмет. Это были карманные часы, дорогие часы старинной работы, которые могли бы составить украшение любой коллекции. Американец положил их на стол и подвинул к Ристу.

— Теперь я лучше вас понимаю, — холодно сказал Рист. — Это одна из самых дорогих вещей в моем доме. А что еще вы украли?

— Я у вас вообще ничего не украл, — ответил американец и стал доставать из карманов вещь за вещью — еще одни старинные часы, эти были золотые, две усыпанные бриллиантами табакерки, бриллиантовое украшение и клинок в ножнах, усыпанных жемчугом.

— Это мои вещи, — сказал Рист. — Все они хранились здесь в ящиках секретера, а вы извлекли их из своих карманов. И вы по-прежнему будете настаивать, что цель вашего визита не имела ничего общего с похищением?

— Да, — ответил американец, — я действительно не собирался ничего у вас красть. Я верил, что когда вы станете пересчитывать свои сокровища, все они будут на месте.

— Может, вы все-таки объясните мне, что происходит там в комнате, ведь вы, без сомнения, знаете происхождение этого ужасного стона.

— Знаю, — ответил американец. — Но мне хотелось бы, чтобы вы сами посмотрели, в чем там дело. Дверь не заперта. Она просто закрыта.

— Похоже, вы знаете мой дом лучше, чем я сам, — заметил Рист.

— В настоящую минуту, безусловно. Нет, нет, не спешите. Дождитесь, пока останетесь одни, а тогда и зайдите в ту комнату. Там горит свет.

Он показал на пистолет.

— Однако прежде, советую вам, снова зарядить пистолет, и держать его в руке, когда откроете дверь. Я вам даю хороший совет. Но дождитесь, пока я уйду. Потому что теперь мне пора.

— Неужели?

— Да, я ухожу, — повторил американец и встал.

Рист огляделся, словно ждал откуда-то помощи.

В это время снова раздался крик.

17

Другой

Американец подошел к окну, к тому, что смотрело на море. На окне висели плотные гардины, но по доносившемуся сюда с берега шуму волн Рист понял, что окно открыто. Он тоже встал и смерил расстояние между собой и американцем и между ними обоими и пистолетом.

Американец прочитал его мысли и улыбнулся. Зловещий крик в соседней комнате снова умолк.

— Видите, я оставляю здесь все, что принадлежит вам, — быстро сказал американец. — Все ваши ценности, ваше оружие. Я к вам пришел добровольно. И теперь намерен уйти. Я оказал вам доверие, а вы, между тем, обдумываете способ, как бы вам задержать меня.

— Вы правы, — согласился Рист, — но будьте осторожны. Не следует меня недооценивать. Извините, мне надо поговорить с вами еще об одном деле. Не будете ли вы любезны, снова сесть?

— Нет. Я же сказал вам, что намерен уйти. Больше меня здесь ничто не интересует. Вам нечего сказать мне.

Вы просто пытаетесь выиграть время, чтобы придумать какой-нибудь ход. Возможно, рассчитываете на чью-то помощь. Или ждете кого-то, кто должен прийти через несколько минут. Не знаю, но я все-таки покину вас. И вы не сделаете никаких попыток, чтобы помешать мне уйти. Это мой вам добрый совет.

Он испытующе оглядел Риста с головы до ног.

— Ваш щеголеватый вид не обманывает меня, — сказал он. — Вы выглядите, как денди, этакий безвольный король балов. Но я умею разбираться в людях. Вы, безусловно, человек не слабый. А теперь взгляните на меня. Что вы обо мне скажите? Даю вам честное слово, что в рукопашной схватке я окажусь сильнее вас и сразу же собью вас с ног. Поэтому не вздумайте приближаться ко мне. И не забывайте, я оставил пистолет на столе. Мне, безусловно, было бы проще покинуть ваш дом с пистолетом в руке, но я не хочу ничего брать у вас. Признайтесь, что я поступаю великодушно. Я понимаю, как только я выпрыгну из окна, выброситесь к пистолету, схватите его и поставите обойму на место. На это уйдет примерно полминуты. Мне этого вполне достаточно. Благодарю вас за беседу, она доставила мне истинное наслаждение. Но согласны ли вы расстаться со мной на моих условиях? Мне в высшей степени присуще чувство стиля. Я ненавижу всякие глупые и бесполезные проявления несдержанности.

— Я не сдвинусь с места, — спокойно сказал Рист. — Можете идти.

Американец подошел к окну совсем близко, достал рукой до гардины и откинул ее в сторону. В комнату ворвался шум волн, и дым от сигар заклубился сильнее. Теперь американец стоял вплотную к подоконнику. На фоне прозрачного летнего неба вырисовывался черный, островерхий частокол деревьев.

— Прощайте, милостивый государь, — весело сказал гость. — Последний вопрос: вы играете?

— Да.

— Азартно?

— Чаще всего, да.

— Я тоже. И когда я возвращаюсь домой с выигрышем, я говорю: Игра окончена, да здравствует игра!

— Вы всегда выигрываете?

17
{"b":"543802","o":1}