ЛитМир - Электронная Библиотека

А бабочки подохли!!!

Чувствуя, как по щекам покатились слезы, я прижалась к стене. А что ты хотела? На что рассчитывала? Думала, что такой парень, как Николас, будет хорошим? Он ведь высокомерная выскочка, черствый чурбан, и как еще там называют таких, как он?!

А ведь я ему верила! А ведь я отдалась ему добровольно! А ведь… я…

Дура!

Просто идиотка!

—Мэд?! – удивленный голос Николаса вырвал меня из моих мысленных самобичеваний. Теперь, я уже не испепеляла глазами пол, а смотрела на него.

Он стоял на месте, прищурив глаза. Наверное, понял, что я все слышала. Сейчас, скажет контрольную фразу, и мое сердце разобьется вдребезги.

А вот и не дождется!!!

Быстро стирая слезы, я выровнялась, и, отойдя от стены, рассмеялась. Так громко, как смогла.

Видя, как его лицо меняется, я хмыкнула:

—А чего ты ждал?! Я не такая простая, как ты думал. – подойдя к нему вплотную, я слегка облизнула губы, удерживая глазами его взгляд. – Прости милый, но мне всего лишь нужен был качественный секс. Ничего личного.

—Мэд, ты не знаешь главного. – он попытался ухватить мою руку, но я не позволила, ловко пресекая захват.

—Нет, ты не понял. Я знаю, что ты скажешь, Мэдди, милая, я был не прав, я влюблен по уши, и бла-бла-бла…

—Мэд, я действительно…

—Т-с-с-с! – коснувшись пальцем его губ, я запретила ему оправдываться. – Не положено, такому парню падать так низко. – мой голос перешёл на шепот, а все только потому, что вокруг собрались зрители. Это были все те, о ком у меня сложилось обманчивое впечатление. Его друзья. Его напыщенные, высокомерные друзья, которые сыграли глобальную роль в этом фарсе. Мне стоило понять еще тогда, когда мы познакомились с ними. Я ведь чувствовала, что им нет доверия. А теперь, они стоят и улыбаются, победоносно потирая свои руки. - Я все понимаю. Я взрослая девочка, поверь. Я все понимаю, и признаю твою победу. Но, - медленно отступая назад, я язвительно скривила губы, не уверена, что улыбка похожа на оскал, но что-то очень близкое к ней. – Мне не важно. Я не желаю тебя знать,- и прежде чем отвернутся, - Прощаемся!

—Мэдиссон! – окликнул он, но было поздно. Я слишком сильно не желала его слышать. Мне было все равно. Слишком пусто внутри. Слишком.

Я бежала вперед. Прочь из дома, в котором началась моя взрослая жизнь.

—Мэддисон, выслушай меня! – Николас ухватил меня за локоть и попытался остановить, но я не желала этого.

—Не смей меня трогать! – я выдернула руку и зло усмехнулась. – Было приятно, но мне пора идти!

—Мэдисон, я действительно не хочу воплощать в жизнь тот план! – Николас был сам на себя не похож. Растерянный какой-то. И говорил так правдоподобно, что я на секунду поверила. Но, стоило перевести взгляд на Стифа, что только что, появился в дверях, как мои розовые очки разбились вдребезги. Парень ехидно улыбался, и этого было больше, чем достаточно.

—Значит, уже наказали дерзкую девочку?!

Услышав подтверждение своих догадок, уже ничего не смогла с собой поделать.

—Я тебя не желаю знать!

—Мэдисон, ты даже не пытаешься мне поверить.

—Я уже сделала глупость, и больше не повторюсь!

Спустя полчаса, я сидела в ванной и рыдала. Ненавижу и себя и его! Ненавижу всех! Всех, кто поддержал его, всех, кто знал о его плане мести.

Ненавижу…

—Мелкая!!! – его громоподобный голос испугал меня. А когда раздался стук в дверь, точнее не стук, а дробные удары, меня передернуло. Притихла. Прислушалась.

—Мелкая, открой дверь и поговорим!

—Николас, не лезь к ней, она.. –Моника, пыталась остановить этого кретина, но он не сдавался. Сейчас он как разъяренный лев, порвет любого, кто появиться на пути.

—Мелкая, если ты не откроешь дверь, я нахрен, вынесу ее!!!

Сделав глубокий вдох, я сосчитала до трех и вытерла слезу. Стало так страшно, что глаза, как то сами просохли.

Что он хочет? Решил довести до конца начатое? Так я ему не позволю. Растоптать себя или в грязь втоптать? Нет! Ни за что!

Очередной удар по хлипкой преграде, и я решительно встаю и, открываю дверь.

Он стоит напротив злой. Разгневанный. Взбешенный.

—Мелкая, я действительно хотел тебя наказать, - уперся руками в косяк и тяжело вздохнул. А я смотрю на сбитые до крови костяшки и молчу. Впервые вижу его таким.

—Я хотел тебя уничтожить, но потом влюбился. Я понял, что ты особенная. Я понял, что мне с тобой интересно. А после того, как ты… - он на мгновение закрыл глаза. – ты не представляешь, как с тобой хорошо!

—Не представляю. – выдохнула я и улыбнулась. – Ты все сказал?!

Он в замешательстве уставился на меня, и поник. Николас, на глазах менялся. Только что он был самоуверенным, диким, в общем он был собой, а сейчас… сейчас на меня смотрела оболочка человека, без души.

—Если ты все сказал, то так уж и быть, я повторю. Я все поняла, рада, что мы пересеклись, но больше этого не повториться! Уходи и не возвращайся!

И как по команде, он развернулся и быстро покинул квартиру. Как только его спина исчезла из видимости, я упала на колени и, обхватив голову руками, завыла. Моника опустилась на пол, рядом со мной и, поглаживая мою голову, пыталась меня утешить. Но ничего не помагало.

9.

Ну, вот и все. Жизнь не прекратила свой бег, но жить совсем не хочется. А все почему? Потому что я идиотка! И потому, что он кретин! И все вокруг – изверги!

Сперва, я плакала. Заливалась слезами, выла, проклинала его. Потом попустило. Наступила стадия опустошения. Когда, ничего, никому, никак.

Три дня из дома не высовывалась. Только и сидела в своей комнате. Нет. Не просто сидела. Я убрала все, что напоминало о нем. Пыталась вымыть запах, что окутал окружающее пространство.

Ничего. Ничего не помогало. Все время думала о Николасе. Вспоминала наше знакомство. Нелепое, глупое происшествие. Перебрала в голове каждый день, что мы провели вместе. Каждое мгновение. Каждое дыхание.

Ненавижу его! И себя ненавижу!

Но, когда во мне не осталось слез, стало легче. Я ведь гордая. Должна взять себя в руки и показать всем, что мне не больно! Совершенно не больно.

Первый день, моего возвращения из никчемности, прошел нормально. Если не учитывать, расспросы, косые взгляды, и сочувствующие выражения, типа: «Мы его ненавидим, он ублюдок!»

Но, я все смогла вынести, даже насмешки некоторых злорадствующий кукол. Они радуются чужому горю, но не понимают, что и они не застрахованы от такого.

В общем, по окончанию последней лекции, я вышла на улицу и медленно, побрела домой. Солнце в небе светит, яркое, теплое. Настроение поднимает. Выжигает всю грусть.

—Мэдисон! – услышала мелодичный голос за спиной, и решила, что нужно оглянуться. Что и сделала. Но, лучше бы и не оборачивалась, и голос проигнорировала. Не хватало мне еще сочувствия и сожаления от… матери Николаса.

Она подошла ко мне. Улыбнулась, и очки солнцезащитные сняла.

—Здравствуй, Мэдисон!

—Здрасте. – выдавила улыбку, и смотрю куда-нибудь, только не в ее веселые глаза.

—Как ты?

—что вы хотели? – задаю встречный вопрос.

—Поговорить, объясниться.

Объясниться?! Совсем из ума выжила? Или такой красивой не нужны элементарные мозги?!

Меня прямо таки распирало от возмущения. Я готова была, послать, эту приятную женщину куда подальше, но она коснулась меня своей изящной рукой. И мне, так стало, себя жаль. Вот, захотелось к маме. Просто захотелось тепла и понимания.

—Мэдисон, я приехала, чтобы все объяснить.

А, что объяснять?! Ничего не желаю слышать! Никаких оправданий.

Но, все же согласилась. Выслушать, это совсем не сложно. Истерия моя прошла, значит, смогу выдержать.

Мы присели на лавку, в нашем, университетском парке. Подальше от людного места. В тени деревьев.

—Мэдисон, как ты себя чувствуешь?

—Вполне нормально. – отвечаю коротко, почти не задумываюсь. А зачем? Пришла поговорить. Говори.

9
{"b":"543805","o":1}