ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Народные восстания «Желтых повязок» и «Армии Черной горы» были подавлены, но это не спасло династию.

Восстания подорвали изнутри династию Хань. Она не смогла справиться с нашествием окрепшего гуннского союза и в 220 г. пала. Единый Китай вновь разделился на несколько государств.

КУЛЬТУРА КИТАЯ ЭПОХИ ЦИНЬ И ХАНЬ

Первая китайская империя — Цинь — оставила превосходные памятники древней архитектуры — дворец Анфан и «восьмое чудо света» — Великую Китайскую стену. Стена, строительство которой было особенно значительным при Цинь Шихуанди, превратилась в грозное оборонительное сооружение. Высота Великой стены — десять-двенадцать метров, ширина пять-шесть шагов. Через небольшие промежутки высятся сторожевые башни. Великая стена ныне тянется на 2300 километров, а с ответвлениями ее длина достигает 4000 километров.

В период Второй династии Хань китайский ученый Цай Лунь изобрел способ изготовления бумаги из смеси древесной коры, конопли и старых рыболовных сетей. Изобретение Цай Луня позволило заменить писчей бумагой дорогостоящий шелк.

Со II–III вв. н. э. начинаются большие морские плавания из Китая в страны южных морей. Изобретенный давно компас становится важным мореходным прибором. В период Второй династии Хань китайские мастера умели изготовлять белую тонкостенную керамическую посуду, которая предопределила изобретение фарфора. Потребности производства вызвали к жизни важные открытия в области точных наук. Они связаны с именами математиков Чжан Жуна (I в. н. э.) и Чжан Хэна (78—139). Чжан Жун рассчитал связь между скоростью течения воды и выпадением взвешенных частиц, что позволило возводить ирригационные сооружения. Чжан Хэн в 134 г. изобрел первый в мире сейсмоскоп (его обычно называют также сейсмографом). Сейсмоскоп Чжан Хэна был сделан в виде латунного бочонка с восемью драконами на его поверхности.

Напаянные драконы указывали на юг, юго-запад, запад, северо-запад и т. д. Против каждого дракона стояла металлическая лягушка с раскрытой пастью. В пасти драконов было по шарику. Основание бочонка было вибрирующей подставкой с медным стержнем. Внутри бочонка выступал серебряный стержень. При колебаниях почвы медный стержень отклонялся и ударял по серебряному стержню, который выталкивал из пасти дракона шарик, падавший в пасть лягушки. Так определялось направление землетрясения.

Когда в 138 г. в северных районах современной провинции Шаньси произошло землетрясение, Чжан Хэн при помощи этого прибора зарегистрировал его и определил его направление.

Династия Хань приняла на вооружение идеологию конфуцианства, которая была предана забвению в империи Цинь. По памяти восстанавливались классические каноны, конфуцианские начетчики приближались ко двору, конфуцианство стало идеологическим оружием ханьских императоров.

Последователи ведущих идеологий прежних эпох ничего нового не внесли в них, став более или менее добросовестными комментаторами древних философов. Даже буддизм, начавший проникать в Китай с конца I в. до н. э., не оставил заметного следа в духовной жизни китайцев.

Совершенно иначе обстояло дело в области материалистической философии. Эпоха развития естественных и технических наук и знаний — время Второй династии Хань — выдвинула великого материалиста философа Ван Чуна (27–97). Его учение, изложенное в трактате «Луньхэн» («Критические рассуждения»), родилось в борьбе с мистикой и суеверием, с невежеством и предрассудками. Ван Чун разоблачал нелепые представления о божественном, сверхъестественном происхождении земли и неба, о существовании небесных людей. Он учил, что мир материален, беспределен и вечен. Материальной основой мира является Ци — тончайшее вещество, своего рода эфир. Небо, как и все окружающее, является материальным телом — элементом природы. Души нет, «вместе с телом, — говорил Ван Чун, — исчезнет и дух человека».

Выдающийся советский исследователь философии древнего Китая А. А. Петров писал: «Учение Ван Чуна, представляющее собою яркую и страстную проповедь материалистического мировоззрения, не имеет параллелей в истории китайской философии по своей силе и выразительности». И это верно.

II–I вв. до н. э. отмечены выдающимся событием в исторической науке Китая. В эти годы жил и творил Сыма Цянь, автор знаменитых «Исторических записок». В огромном труде он изложил историю Китая с древнейших времен до событий, очевидцем которых был. Его труд положил начало серии исторических хроник, которые создавались всеми династиями феодальнего Китая. Первым последователем Сыма Цяня был брат Бань Чао — Бань Гу, историк и ученый времени Второй династии Хань, написавший «Цяньханьшу» — «Историю первой династии Хань». Эти сочинения — не только исторические хроники, но и яркие образцы прозаической литературы Китая. Сыма Цянь и Бань Гу, обладавшие превосходным литературным стилем, в жанре биографических записок выступают как мастера художественных произведений. Эти разделы из их трудов справедливо включаются в образцы древней повествовательной литературы Китая.

Уже с древних образцов китайской литературы в ней прослеживаются тематические различия между прозой и поэзией. Первая представлена произведениями эпического характера, вторая лирическими.

Традиции древней поэзии «Шицзина» и творений Цюй Юаня в период Первой династии Хань находят новое яркое продолжение в песнях «Юэфу». Зародившись в ханьскую эпоху, песни «Юэфу» оказали влияние на всю дальнейшую литературу Китая, став своеобразным поэтическим жанром.

При императоре Уди (141—86 гг. до н. э.), когда Первая Ханьская династия переживала расцвет и конфуцианская идеология стала господствующей, восстанавливались древние обряды и жертвоприношения эпохи Чжоу. Императорской власти необходимо было освятить традицией деспотический строй Китая. Используя в своих интересах конфуцианскую идеологию, Уди для восстановления древнего ритуала жертвоприношений земле и небу учредил музыкальную палату «Юэфу», задачей которой являлось подготовлять обрядовую музыку. Конфуцианцы видели во взаимодействии «ли» — правил поведения — и «юэ» — музыки — залог гармонии интересов государя и народа, залог единства общества и могущественной монархии. Во главе музыкальной палаты был поставлен выдающийся поэт и ученый Сыма Сянжу. Палата «Юэфу» не могла восстановить музыку времен Чжоу и решила обратиться к народным мелодиям. Особые чиновники во всех округах государства собирали слова и музыку народных песен, записи которых поступали в «Юэфу» и здесь обрабатывались.

Палата существовала до VIII века, но уже не играла впоследствии большой роли. Заслуги палаты в сохранении народных песен велики. От ханьской эпохи дошла лишь небольшая часть собранных палатой «Юэфу» песен, но и она дает представление о мотивах народной музыки, о жизни людей. По названию палаты цикл песен называется «Юэфу». Он делится на разделы (в зависимости от времени и места записи произведений). Самыми древними являются песни «Юэфу» эпохи Хань.

Основное содержание лирических песен — любовь, разлука с близкими, скорбь. В песнях поется и о труде простых людей и жестоких войнах ханьских императоров. Мотивы этих песен перекликаются с песнями «Шицзина». Так в песне «К югу от города» поется: [1]

В годы войны подневольных сгоняют
С севера, с юга для тяжких работ.
Хлеб созревает, колосья упруги —
Жатвы не будет, и голод придет.
Долг свой готовы мы честно исполнить,
Мудрый правитель, подумай о нас.
Войско скорей отозвав из похода,
Много б людей ты от гибели спас.

Песни «Юэфу» в отличие от «Шицзина» собирали вместе с мелодией, которая хотя и утрачена, но сохранилась в самом звучании стиха. Песни обрабатывали поэты и композиторы «Юэфу», но можно смело утверждать, что до наших дней сохранились древние песни китайского народа. Лаконичные стихи «Юэфу» полны глубокого содержания. Вот одно короткое стихотворение:

вернуться

1

1. Песни «Юэфу» даны всюду в переводах Б. Б. Бахтина.

21
{"b":"543812","o":1}