ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Первоначально монголы отказались было от услуг конфуцианства; государственной религией в Юаньской империи признавался только буддизм, хотя и допускалось одновременное существование также ислама, христианства и конфуцианства.

Особенно большую поддержку и покровительство буддизм получил после похода Хубилая в Тибет и установления вассальной зависимости Тибета. Буддийскому духовенству предоставлялись обширные земельные владения, оно было свободно от налогов и повинностей.

Хубилай вознамерился было обойтись без китайской письменности. С помощью верховного буддийского владыки была сделана попытка заменить иероглифику особым квадратным письмом. Государственным языком был монгольский язык.

Несмотря на огромные разрушительные последствия монгольских походов торговые связи Китая не прерывались. Торговля велась с 20 с лишним странами на западе, юге, востоке и севере, прежде всего по сухопутью (через Восточный Туркестан). Большой размах приобрела также заморская торговля — с Индией, Сиамом, Явой, Суматрой, Малайей и Филиппинами. Ее значение возросло после распада Монгольской империи (1260), когда были затруднены отношения с Средней и Передней Азией. Главными внешнеторговыми центрами были морские порты Гуанчжоу, Цюаньчжоу, Ханчжоу и Янчжоу.

Развертыванию внутренней торговли способствовали упорядочение путей сообщения, создание почтовых служб, расширение сети каналов. Устройство дорог и почтовой связи требовалось монголам главным образом по соображениям военно-стратегическим. Но этими дорогами пользовалось и купечество. При Хубилае была начата реконструкция Великого канала. Пекин стал речным портом.

Со времени установления монгольского владычества в Китай хлынули арабские, персидские, среднеазиатские, индийские, европейские купцы, дипломаты, путешественники, проповедники и всякого рода авантюристы. Так, в течение 17 лет в Китае находился знаменитый венецианский путешественник Марко Поло (1254–1323). Он посетил различные части страны и области, пограничные с Китаем. Первым из европейцев Поло описал Китай. «Книга» Марко Поло сыграла большую роль в развитии географии XIV–XV вв. Она была в свое время настольной книгой для многих выдающихся мореплавателей, в том числе для Христофора Колумба. «Книга» и поныне возбуждает интерес географов, историков, этнографов и филологов.

В 1294 г. в Пекин прибыл посол римского папы монах Иоанн Монте Корвино. Он построил в Пекине католическую церковь, перевел на монгольский язык Новый завет.

Первым европейским путешественникам, побывавшим в XIII–XIV вв. в Китае, страна эта показалась краем чудес. Они описывали Китай с почтительным удивлением. Венеция — Жемчужина Адриатики — казалась Марко Поло жалким захолустьем в сравнении с цветущими приморскими городами Фуцзяни и Гуандуна. Его описание Ханчжоу — города «самого лучшего и величавого на свете» — перекликается с восторженными отзывами Одорика Порденоне, жившего в Китае в 1318–1325 гг.

Хубилай почти не выпускал металлические деньги. На первых порах выпуск бумажных денег жестко контролировался, что поначалу обеспечило их довольно устойчивый курс. Но с течением времени картина резко переменилась. Взамен серебра стали выпускать непомерное количество бумажных и кожаных денег, которые наводнили страну. В 1296 г. бумажных денежных знаков было выпущено примерно в 12, а в 1312 г. — в 25 с лишним раз больше, чем в 1260-х гг. Деньги насильно навязывались крестьянам, ремесленникам и купцам.

В городской ремесленной промышленности по-прежнему господствовал феодальный цеховой строй. Монгольские завоевания не остановили роста торгово-ремесленных объединений. В Ханчжоу, например, по свидетельству Марко Поло, имелось 15 таких объединений. В цеховом ремесле большим влиянием пользовались купцы-скупщики. Цеховые организации обязаны были почти бесплатно поставлять свои изделия монгольским захватчикам. С них взималась вначале натуральная, а в дальнейшем взамен нее денежная подать соответственно имуществу мастерового.

На государственных ремесленных предприятиях были заняты крепостные и рабы. Они работали, будучи закованными в кандалы, и жили взаперти.

В юаньский период продолжался дальнейший рост городов как центров товарного производства и торговли. Изготовление тканей, фарфора и иных изделий было сконцентрировано в Чанчжоу, Сучжоу, Ханчжоу, Сиани, Тайюани и других городах. По своим размерам и численности населения некоторые из них намного превосходили европейские города того времени. Великий арабский путешественник Ибн-Баттута, посетивший Китай в 40-х гг. XIV в., с восторгом описывал колоссальные корабли, которые строились на верфях Цюаньчжоу для дальних плаваний в открытых океанских водах. «Каждый из них имеет на борту тысячу человек… На больших кораблях четыре палубы и от трех до двенадцати парусов из тростниковых циновок».

ИЗГНАНИЕ МОНГОЛЬСКИХ ЗАВОЕВАТЕЛЕЙ В РЕЗУЛЬТАТЕ ВСЕНАРОДНОГО ВОССТАНИЯ

В XIV в. власть монгольских завоевателей в Китае ослабела. Вместо единой Монгольской империи в это время существовали четыре государства чингисидов. Упадок политического могущества усугублялся ожесточенными распрями среди монгольской знати.

Главным фактором, обусловившим шаткость политического господства Юаньской монархии, была героическая борьба китайского народа против иноземных поработителей. Эта борьба не прекращалась ни на один год. На юге Китая одно за другим вспыхивали восстания. Повсюду собирались отряды беглых крестьян, солдат, ремесленников и рабов. Даосы, тайные даосские и буддийские секты вербовали сторонников среди крестьян и горожан. Вступившие в секты давали клятву не щадить сил и жизни для борьбы с иноземцами.

Монгольские власти стремились террором предотвратить возникновение очагов народных брожений и вооруженных выступлений. Но никакие репрессии не могли остановить роста антимонгольских настроений и патриотических восстаний.

История антимонгольской борьбы китайского народа в XIV в. связана с тайным обществом «Белый лотос». Общество возникло как религиозная секта еще в IV–VI вв. на северо-востоке Китая (прежде всего в Шаньдуне). Это тайное братство имело свой устав и ритуал. Руководители «Белого лотоса» провозгласили борьбу против чужеземного ига, и общество приобрело большую известность в массах.

Год за годом нелегальная деятельность «Белого лотоса» принимала все более широкий размах. В одном только Шаньдуне его члены участвовали в 300 выступлениях. В сферу влияния общества входила огромная территория от северо-восточных провинций до Сычуани.

Главной движущей силой антимонгольской борьбы было крестьянство. К крестьянам все чаще примыкали горожане, мелкие торговцы, чиновники, представители ученого сословия и др. Они нападали на монгольские гарнизоны, открывали городские ворота крестьянским отрядам, готовили им оружие.

В 20—30-х гг. XIV в. «Белый лотос» организовал восстания в Сычуани, Шэньси, Гуандуне, Цзянсу, Аньхуэе, Хубэе, Хэнани, Хэбэе, Шаньдуне. В борьбу включились яо, мяо и другие некитайские народности. Эти восстания «Белого лотоса» подготовили почву для последующего широкого освободительного движения против иноземных поработителей.

Толчком к массовым восстаниям послужило стихийное бедствие (разлив Хуанхэ), которое разразилось в 1350–1351 гг. на территории Хэнани, Хэбэя и Шаньдуна. Чаша народного терпения была переполнена. В 1351 г. крестьяне восстали в Шаньдуне, Хэнани, Хэбэе, Цзянсу и Хубэе.

Главной силой широкого антимонгольского движения были массовые вооруженные отряды, известные под названием «красных повязок», или «красных отрядов». Ядро этих отрядов составляли члены «Белого лотоса» во главе с Лю Фу-туном и Хань Линь-эром. Повстанцам удалось овладеть огромной территорией на юге и севере, а также в Центральном Китае. В их руки перешел ряд городов, в том числе такие крупные, как Цзинань, Баодин, Датун, Кайфын, Ханчжоу и др. Не раз они наносили поражение войскам монголов и китайских предателей.

45
{"b":"543812","o":1}