ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Можно сказать, что «еврейский заговор» оказывается удобным и для самих КС, которые, во-первых, прикрывают им свою деятельность, тем более что еврейский след (финансовый капитал и т. д.) есть; во-вторых, сознательно делают это, чтобы легко обвинить идущих по следу в антисемитизме и таким образом обрубить концы и спрятать их в воду, и для тех, кто отказывается по тем или иным причинам признавать существование КС и их историческую роль: обвиняя любого аналитика тайной политики и связанной с ней каузальности в «поисках жидомасонского заговора» такие «деятели» блокируют и анализ реальной истории, и роль в ней еврейского капитала и еврейских организаций, жульнически сводя вопросы власти и экономики к национальному вопросу. Им бы почитать Маркса, писавшего о том, что еврейский вопрос — не национальный и даже не религиозный, а остросоциальный. Повторю: это не значит, что «еврейского заговора» («еврейских заговоров») в вековой борьбе за власть, информацию и ресурсы не было — был (были). Как были венецианский, английский, немецкий, американский и т. п. заговоры (русского, по-видимому, не было — к сожалению). Но этот заговор (заговоры) всегда был частью более крупного (крупных), ячейкой более широкой сети. Даже создание Израиля — это далеко не только «еврейский заговор», это намного более крупная игра с участием США, Германии, Великобритании и СССР, как и неолиберальная контрреволюция 1980–2010 гг., Тридцатилетняя война — финансово-экономическая — банкиров против мира.

Другое дело, что «еврейский заговор» выталкивают (кстати, активны в этом представители масонства Шотландского обряда и те, кто «поет» с их голоса) на первый план как главный, а то и просто единственный и всеохватывающий, как ложный след. Делается это, повторю, с умыслом: чтобы, вызвав реакцию на антисемитизм, скомпрометировать и заблокировать изучение и этого узкого заговора самого по себе, и того более крупного, элементом которого он является, т. е. перенаправить ход работы в тупик, где ожидает обвинение в антисемитизме. Жизнь, а также природа заговора (жизнь-как-заговор и заговор-как-жизнь) слишком сложны и многоуровневы, чтобы быть представлены одним единственным заговором, тем более национальным/этнорелигиозным. Мир заговоров (и жизнь) — это tangled hierarchy, лучше всего иллюстрируемая картиной М. Эшера «Относительность». Это не значит, что отдельными заговорами надо пренебрегать — пренебрегать ничем не надо: в нашей работе, в следствии по особо важным историческим делам, мелочей нет.

Итак, на рубеже XVII–XVIII вв. в Англии формируется социальный блок, комбинирующий политическую, торговую (в мировом масштабе), финансовую (ростовщическую) и научно-идеологическую деятельность. Это было не характерно для предшествующей европейской традиции, где экономические, политические и духовные функции были разведены институционально, социально и зафиксированы в качестве таковых (а ростовщичество так просто, мягко говоря, не поощрялось и презиралось). Однако указанная комбинация была типична для древнего Востока; идя от Вавилона через финикийцев и Карфаген, она «заземлилась» в Венеции, а уже оттуда попала в Англию, став фактором переформатирования этой страны и сборки нового исторического субъекта, вставшего в конечном счете над реальной экономикой и над национальными сообществами, и неудивительно, что этот субъект начал создавать свои КС, первыми из которых были масонские, и свою систему — капитализм.

XVI–XVII вв. — период генезиса новой социальной системы на Дальнем Западе, на западной (североатлантической) окраине Евразии. Возникнув по законам длинных циклов Евразии, эта система и создавший ее субъект вступили в противоречие с Евразией и начала подминать под себя, ломать ее циклы. Произошел перелом в развитии больших циклов Евразии: Северная Атлантика выломилась из них и начала не только развиваться по своей логике, но и навязывать ее всему миру. Главным персонификатором североатлантического развития с XIX в. стали англосаксы, евразийского — русские. На больших циклах Евразии и североатлантическо-евразийской схизме, сыгравшей намного большую роль в истории, чем откол Рима от Константинополя, имеет смысл остановиться подробнее.

8. Большие циклы Евразии, или Маятник Старого Света

Евразия делится на две части — Прибрежный пояс, окоем, который тянется от Охотского и Японского морей по побережью Индийского океана и Средиземноморья до Атлантики, и глубинную часть — Хартленд; в основном это Россия плюс Центральная Азия. Прибрежный пояс — зона возникновения и существования крупнейших цивилизаций, Хартленд, точнее, его восток и центр — зона жизни кочевых народов, их империй. В течение двух с половиной тысячелетий — с XII в. до н. э. до XIII в. н. э. доминирующей силой в Евразии были кочевники. Зона их жизни была эпицентром, откуда расходились волны крупнейших демографических и социальных изменений, в результате которых рушились и возникали новые социальные системы и империи. Каскадные события жизни номадов Хартленда, прежде всего образование и распад степных племенных держав, которые по сути были военными мегамашинами, играли роль спусковых крючков: они вызывали сход людских лавин, которые, проносясь с Дальнего Востока на Дальний Запад Евразии, сметали многое на своем пути, резко меняя исторический ландшафт.

У движения этих людских волн, антропотоков были своя логика и свои особенности[110].

Первое. Исходный импульс великих миграций зарождался в Центральной Евразии, точнее, в ее восточной, азиатской кочевой части, и распространялся оттуда в западном направлении.

Второе. Эти экспансии в западном направлении вызывали реакции в виде контрэкспансий с запада в восточном направлении, т. е. последние носили реактивный характер. Чередующиеся движения с востока на запад и с запада на восток напоминают действие маятника, и я так и называю этот феномен — Маятник Старого Света.

Третье, наиболее интригующее. Колебания Маятника Старого Света носили циклический характер — 700–800 лет; в результате возникало то, что я называю Большими циклами Евразии. Приглядимся к ним повнимательней.

В XIII–XII вв. до н. э. в Северное Причерноморье, на Дальний Запад великой евразийской степи, ворвались на своих колесницах индоевропейские племена. По-видимому, это была миграционная волна, зародившаяся на 100–200 лет раньше в Центральной Азии в результате острой межплеменной борьбы. С юга Восточноевропейской равнины индоевропейцы двинулись на Балканы, дав старт процессу, именуемому историками «кризис XII в. до н. э.». По сути это было первое крупное переселение народов, древний Volkwanderung. Оно разрушило старый средиземноморский мир, открыв эпоху «темных веков», предшествовавших Античности, — так же, как переселение народов IV–VI вв. открыло эпоху «темных веков», предшествовавших Средневековью. Даже Египет — североафриканская, а не евразийская часть Старого Света — подвергся нападению и разрушениям «народов моря». Аргонавты, подвиги Геракла, Троянская война — все это происходило в период затухающей фазы кризиса XII в., было его элементом. Кризис XII в. ударил по восточному Средиземноморью, однако бикфордов шнур подожгли на востоке Центральной Евразии.

Прошло 800 лет, и Маятник двинулся на Восток: Александр Великий начал свой Drang nach Osten; за ним последовали римляне. Греко-римская (западная того времени) экспансия достигла предела при императоре Траяне (98-117 гг. н. э.). В течение почти столетия римляне пытались удерживать limes, однако после смерти Марка Аврелия стало ясно: сил не хватит, и хотя до захвата Рима Аларихом оставалось 230 лет, а до падения Вечного города и конца его вечности — 286 лет, тенденция, пусть пунктиром, уже наметилась, а на Дальнем Востоке Евразии «Аннушка макроистории» уже купила масло и не только купила, но и пролила.

Марк Аврелий умер в 180 г., а в следующем году в монгольских степях умер Таньшихай, великий хан квазиимперии Сяньби. Именно сяньби сокрушили великую державу Хунну (конец III в. до н. э. — II в. н. э.), современницу китайской династии Хань, а затем нанесли ей смертельный удар. Союз Сяньби по сути не пережил смерти своего великого хана, в степи начался очередной виток борьбы — и очередная миграция на запад. В III–IV вв. н. э. хунну смерчем пронеслись по евразийской степи, превратившись в гуннов — конгломерат разных народов и племен различного этнического происхождения. Столица, Гуннигард, находилась где-то в районе нынешнего Киева.

вернуться

110

Подробнее см.: Фурсов А.И. Срединность Срединной Азии. Долгосрочный взгляд на место Центральной Азии в макрорегиональной системе Старого Света // Русский исторический журнал. М., 1998. T. I, № 4. С. 165–185; его же: Русская власть, Россия и Евразия: Великая Монгольская держава, самодержавие и коммунизм в больших циклах истории (très-très grand espace dans une très-très longue durée) // Русский исторический журнал. М., 2001. T. IV, № 1–4. С. 25–34.

20
{"b":"543820","o":1}