ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Склероз, рассеянный по жизни
Тот, кто приходит со снегом
Девятая могила
Континентальный сдвиг
Не молчи
Сказки
Пламя
Зверинец. Суд над драконом
Перерожденная
Содержание  
A
A

- И всё это только из-за того, что я упомянул его имя всуе, – Грешник поднёс руки к груди. – Друзья, мне нужно помолиться...

Баюн фыркнул.

Астрофизик прислушался.

- Вы слышите?

- Он просто хочет сказать, что нужно поторапливаться, – объяснил Олег реакцию друга.

- Нет-нет, я вовсе не о коте! Голоса. Я слышу детские голоса!

Баюн вскочил, как по команде. Выгнул спину. Шерсть на его загривке встала дыбом. Острые когти впились в горный массив, а из открытой пасти неслось то, что они все уже когда-то слышали:

- Маю! Мяу! Спасаю!.. Мяу!..

Олег соскочил с тропы.

- Внизу кто-то попал в беду!

Грешник с астрофизиком переглянулись.

Олег пронёсся мимо взрослых, как маленький ураганчик.

- Скорее! – кричал он на бегу, буквально седлая ревущего, точно серена кота. – Дядя Грешник, им нужно помочь!

- Я ничего не слышу, кроме внутреннего голоса, – растянуто проговорил Грешник. – И единственное, что он советует мне – это не спускаться вниз.

Астрофизик глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. Потом кивнул и сказал:

- Оставайся тут. Может Подорогин вернётся. А мы – мигом. Оценим ситуацию, если удастся – поможем. Потом сразу назад! – Последние слова астрофизик выкрикнул уже на бегу, силясь не потерять из виду умчавшего далеко вперёд Баюна.

- Подожди! – Грешник кинулся следом, но тут же затормозил и подобрал порядочный булыжник. – Какое-никакое оружие...

Он добежал до края плато и, не глядя вниз, принялся перескакивать с камня на камень. На середине спуска остановился передохнуть. Попутно оценил обстановку. Астрофизик оторвался метров на тридцать по прямой. Олег с котом были уже внизу, у основания маяка, а им навстречу...

(Грешник с трудом устоял на ногах)

... Навстречу этим двоим со всех ног нёсся незнакомый мальчишка, размахивая руками над головой и что-то пронзительно крича, силясь привлечь внимание.

- Когда же всё это закончится? – прошептал Грешник, возобновляя спуск. – Когда же снизойдёт забвение?

ГЛАВА 33. ЗАБЫТОЕ...

- Скажите, у вас не случались размолвки с сыном?

- Простите, что? – Холмин выронил ложку, которой насыпал сахар в чашку с кофе.

Участковый, скучая, надул пухлые щёки.

- Нередко в семьях случается так, что с взрослеющими детьми не сразу получается найти общий язык. Ну, переходный возраст там, половое созревание, тяга к противоположному полу... всё такое... У вас же высшее образование – вы писатель, – наверняка и сами понимаете все эти подростковые нюансы. Чего я буду распинаться почём зря.

Холмин кивнул, поднимая чайный прибор.

- Признаться честно, – начал он, – Димка пока и думать не думает о девочках...

- Так он вам и признался! – Участковый придвинул к себе чашку и принялся дуть на пар. – А вот отсюда и недопонимание произрастает. Вы со своими проблемами к нему, а у него – свои. Так и назревает в семье раздор.

- Да бросьте, – нервно улыбнулся Холмин. – Ничего своего мы на Димку не вешаем, уж поверьте.

- Так и ничего? – лукаво подмигнул участковый.

- Ну, если только по хозяйству что. Просто переезд, дело такое... Муторное. Да, возможно, погрузившись в него с головой, мы что-то и упустили... в плане взаимопонимания. Но ведь не мы первые...

- Это уж точно. Как, скорее всего, и не последние.

- Простите, что?

Участковый отхлебнул из чашки. Поморщился.

- Вот ложка, – засуетился Холмин. – Вы размешайте. Я её вытер.

- По имеющимся у меня сведениям, у вас есть ещё один сын, – участковый отодвинул чашку. – Ничего, пусть поостынет.

Холмин глупо кивнул.

- Так что скажите на этот счёт?

- Да, есть. Старший. Олег. Он сейчас в больнице с Галиной – это моя жена, – Холмин присел. – Олег попал в аварию. Лежит – в коме. Врачи ничего не обещают.

Участковый заворочался.

- Сочувствую. А что случилось, простите? Можно поподробнее?

- Да, конечно, – вздохнул Холмин. – Олег просил на день рождения мотоцикл. Мы с Галиной всё откладывали покупку, хотя и решили, что купим. Олег хорошо учился, занимался в спортивной секции, в свободное время даже книжки пытался писать... Вечно носился с блокнотом.

- Хм... По стопам отца?

- Вовсе нет. Писателем он себя не видел. Так просто, баловался... – Холмин помассировал виски. – Даже не верится, что весь этот кошмар случился взаправду. Так вот, купили мы этот треклятый мотоцикл... Олег сразу же на права выучился – хотя и без того ездить умел. Но он хотел, чтобы всё было по-настоящему... Господи! Какими же мы были тогда дураками! – Холмин ухватился за голову. – Галина звонила утром. У Олега отказало сердце. Врачам пришлось подключить сына к аппарату искусственного кровообращения...

Какое-то время молчали.

Участковый двигал по столу чашку, изредка поглядывая на серость за окном. По стеклу сползали капли дождя. Солнца с утра не было.

- Вы думаете, что Димка сбежал из-за Олега?

- Понимаете, – тут же оживился участковый. – Я не могу исключать эту версию. Ведь наверняка вы с женой с головой погрузились в это несчастье. И думаете вы только об одном: лишь бы выкарабкался Олег. В такой ситуации, поймите меня правильно, невольно утрачиваешь концентрацию. Кажется, что второму сыну оказывается не меньшее внимание, как и прежде. Однако на деле... На деле ребёнок остаётся брошенным один на один с собственными мыслями. А какие в таком возрасте, скажите мне, могут быть мысли?

Холмин произвольно пожал плечами – мозг отказывался работать, когда этого требовали обстоятельства.

- В основном, страхи. Вот от них-то ребёнок и бежит, – участковый поёрзал, видимо удовлетворённый собственной речью. – Но это уже психология, понимаете?

Холмин отрешённо рассматривал линии на ладонях.

- Да, Димка болезненно переживал случившееся с Олегом. Но нет, он не был один. Мы постоянно разговаривали с ним о проблеме и... временами, Димка вёл себя как взрослый – по крайней мере, рассуждал здраво, чего и говорить, – Холмин вздрогнул. – Записка!

- Какая ещё записка? – насторожился участковый.

Холмин порылся в карманах пиджака, протянул измятый тетрадный лист.

- Вот. Димка, как только мы переехали, уже пропадал целый день невесть где. Когда вернулся, я его наказал. Запретил выходить. А наутро он пропал снова.

Участковый читал текст записки и кивал.

- Ну вот, видите. Всё же что-то грызло его душу. Причём не он сам это выдумал, а скорее всего, вы...

Холмин потупил взор.

- Я просто боялся потерять ещё и второго сына. А что бы вы сделали на моём месте?!

Участковый сложил записку.

- Пока оставлю у себя. Улика. И ещё, на будущее: давайте, оставаться каждый на своём месте – ещё неизвестно, где мёд слаще.

Холмин пропустил фабулу мимо ушей.

- Так вы найдёте Димку? Я вас умоляю!

Участковый надулся, как жаба.

- Учитывая местные порядки, искать начнём незамедлительно.

- Какие ещё порядки? – Холмин почувствовал озноб.

- Как давно вы переехали? – прищурился участковый.

- Вчера... То есть, позавчера! Простите. Не помню. Со всем этим просто утратил ход времени. Так какие порядки?

Участковый поднялся из-за стола, оправил форму, залпом выпил кофе, проглотил осевший на дне сахар.

Холмин поморщился.

- Вы, наверное, в курсе, что рядом с городом располагается топь?

- Я думал, болото.

- Нет, топь.

- Разве есть разница?

- Хм... Колоссальная, – участковый гадко облизался. – Прежде чем везти сюда сына, вам не мешало бы почитать в прессе статистику пропаж детей в Нижней Топи за всё время существования городка.

- О чём это вы? – Холмин почувствовал, как шевелятся на затылке волосы.

- Я о статистике, – хмуро повторил участковый, направляясь к выходу. – Топь – не место для игр. Она – обитель зла. Однако местную ребятню, как магнитом притягивает туда. А топь, это помимо мистики и всевозможных сказаний, ещё и трясина... Вы ведь понимаете?

82
{"b":"543830","o":1}