ЛитМир - Электронная Библиотека
Владимир СИМАКОВ
ДВА СНИМКА
Не снимок, а картина Гойи:
В пыли полей издалека
Бредут советские изгои,
Как полноводная река.
Красноармейские шинели
В поток бесформенный слились…
Не одолели, не успели
С врагом сойтись в бою за жизнь.
Их жарит солнце, треплет ветер
И добивает конвоир…
Такое было ли на свете,
И видел ли такое мир?
А вот они в полувагонах –
И только головы поверх…
Какой концлагерь или зона
Отныне ожидает всех
Ступивших на дорогу к аду
В железной поступи войны?
Смерть принимали как награду
Во искупление вины.
Нацист снимал людское стадо:
Россия, сорок первый год…
Но: «Вспоминать о том не надо, –
Сказали позже, – все пройдет…»
Иван СТРЕМЯКОВ
ДВЕ КАТЮШИ
Укрепленья бетонные руша
И железо сгибая в дугу,
Знаменитая наша «катюша»
Заступала дорогу врагу.
И другая Катюша, девчонка,
Выходила на берег реки
И нехитрою песенкой звонкой
Поднимала в атаку полки.
И была в этой песенке сила,
Что бросала на доты парней.
Две Катюши спасали Россию –
Неизвестно, какая сильней.
Екатерина ШАНТГАЙ
ВЕТЕРАН
Он из стакана воду пил.
Не потому, что не любил
Весенних струй игру живую.
Не потому, что страсть земную
Высоким разумом смирил.
Не потому, что птичья песнь
Его не трогала нимало.
Не потому, что не хватало
Желанья или было лень
Дойти до мшистых берегов,
Склониться, опустить ладони,
И зачерпнуть воды бездонной,
И пить, и пить… Он был готов
Остаток дней отдать за это.
Он вспоминал: в тот день пекло
И жарко разгоралось лето,
Пылало русское село.
Он полз к ручью сквозь дымный смрад –
За метром метр по дну оврага.
Овраг простреливался с фланга,
И враг стрелял не наугад.
Стонал комбат сквозь гром и вой.
Невероятно изувечен,
Он тихо бредил Черной речкой,
Ее светящейся водой.
За нею надо доползти,
Обратно двигаться с опаской,
Чтоб воду не пролить из каски,
Во что б ни стало – донести.
Вот берег, и не видно дна,
И сразу гул, глухой и грозный,
И кто-то звонко крикнул: «Воздух!» –
И взрыв, и тьма, и тишина…
И в этой тихой темноте
За годом год и раз за разом
Он повторяет, что обязан
Прийти к намеченной черте.
А вдоль оврага пушки бьют,
От пороха чернеют лица,
И влага светлая струится,
И он опять ползет к ручью.
Ползет по выжженной траве,
Ползет упрямо, молчаливо –
И, как тогда, грохочут взрывы
В седой усталой голове…

СБЕРЕЧЬ НАШ МИР

Татьяна АЛЕКСАНДРОВА
СИЛА ДУХА
Софии Александровне Ямновой
Сила духа… Сила духа?..
А враги-то обступают!..
Украинская старуха:
«Мой Господь, опять пугают!
Пережили в детстве голод,
Ленинградскую блокаду…
А теперь мы здесь – кацапы…
Нет с бандеровцами сладу –
Угрожают флагом черным
С ощетинившимся знаком.
У фашистов нынче праздник –
Из могил восстали прахом…
Защити, спаси, помилуй!
Уповахом, уповахом…
Мой отец был ветераном,
Муж – военным инвалидом.
Защити нас здесь, архангел,
Порази могучим видом!»
К силе Господа взывает
Та, советская старуха.
Ко святым, в ком пребывает
Сила духа, сила духа.
Мария АМФИЛОХИЕВА
ФЕВРАЛЬСКИЙ МАЙДАН
Переведи меня через майдан…
На майдане строят баррикады,
На майдане «Молотов» гремит.
Только гады истинные рады
Дыму, что закрыл привычный вид.
Началось с романтики: свобода,
Воля, независимость… Но вот
Здесь пошли дела иного рода –
Пули в ногу, в голову, в живот!
Страсти злы. Темны умы в тумане.
Кто сюда забрел – совсем пропал.
На майдане, братцы, на майдане
Кровь течет и мечется толпа.
Дни бесчеловечны нелюдские.
Чад стоит – как будто бы в аду.
Силы где найдутся и какие,
Что через майдан переведут?
Все пройдет. И время смуты тоже.
Час придет – рассеется дурман.
Но поймем ли, беды подытожив,
Для чего был дан такой майдан?..
Евгений АНТИПОВ
РУССКАЯ ВЕСНА
Дивные замки и билль об идиллии,
Камни Бастилий – мы все проходили.
Все это мы проходили пешком
С песнями и вещмешком.
Фрау Европа, а Шпенглер вам в дышло!
Вы нас учили манерам? Не вышло.
Тут надо коротко, тут вам не там –
В шахтах гремучий метан.
Как вы твердили про билль, про идиллию
(Сколько пародий, поди, породили).
Всюду, мадам, знают вас по плодам:
Вы – заварили майдан.
Вам и расхлебывать. Мало не будет.
Вышли из шахты угрюмые люди –
Дружба с Брюсселем и прочими геями
Кончилась: вы обнаглели.
О, вы решали, кто прав, кто неправ,
Нормы свои же немного поправ.
Гладко стелили, сулили свобод
Неимоверных. И вот
Воплем натуженным «Хватит терпеть!»
Вы разбудили стихию – теперь
Те пирожки, что несли на майдан,
Кушайте сами, мадам.
24
{"b":"543834","o":1}