ЛитМир - Электронная Библиотека

— У тебя был тяжелый день? — участливо спросила Мерели.

Кен плюхнулся на софу и закинул голову назад.

— Что-то вроде того. После того как ты ушла, к нам привезли парочку подростков, под завязку накачавшихся ЛСД.

— О, дорогой, — сокрушенно произнесла она, садясь рядом. — И кто они?

— Непонятно. Никто не смог их опознать, а сами были не в состоянии сказать что-либо вразумительное. Ты ведь знаешь, на то, чтобы выйти из наркотического опьянения, надо не меньше десяти часов.

— И все, что ты можешь, — это привести их в чувство и отпустить на все четыре стороны, — сочувственно продолжила девушка.

— Боюсь, что так. — Он повернулся и обнял ее. Мерели обвила его руками за шею. — Ты хоть поспала, как пришла домой?

Ее руки напряглись.

— Нет. Я уезжала… ненадолго.

Он нежно поцеловал ее в губы:

— Куда?

Мерели склонила голову ему на плечо.

— Я ездила в Черри-Ридж.

Доктор Бартон опустил руки и чуть отодвинул девушку:

— К Тексу Ховарду?

Она кивнула:

— Он позвонил. Хотел показать мне своих лошадей.

— Этот предлог ничем не хуже любого другого. У кого-то есть гравюры, чтобы их показывать, у него — лошади.

Мерели поднялась и прошла на кухню.

— Я сварю кофе! — крикнула она оттуда.

Кен ничего не ответил. Просто сидел на софе, напряженный и задумчивый.

— Ну что в этом такого страшного, — продолжала девушка. — У него красивый дом. Обстановка — сплошь антиквариат. А лошади — такие великолепные! У него на конюшне стоит даже Грозовое Облако, тот самый, что снимается в сериале.

Кен молчал, пока она собирала на поднос все необходимое для кофе.

Мерели принесла поднос в гостиную. Он по-прежнему сидел на софе, запрокинув назад голову и закрыв глаза. Мерели поставила поднос на столик и разлила по чашкам кофе. Не открывая глаз, он произнес:

— А я все пытался дозвониться до тебя около четырех.

— Ой, прости, пожалуйста.

— Я заключил договор на покупку дома доктора Грейсона. Хотел, чтобы ты поехала со мной его посмотреть.

Она поставила его чашку так, чтобы он смог до нее дотянуться, взяла свою и села в кресло.

— А нельзя съездить завтра?

Он открыл глаза, сел прямо и взял чашку.

— Возможно, после того, как ты посмотрела дом Текса Ховарда, тебя не заинтересует такое прозаическое сооружение, как дом простого врача.

Она сделала глоток кофе.

— Ну что ты как ребенок, в самом деле?

Кен одним глотком осушил половину чашки и поставил ее на блюдце. Вытянул, скрестив, длинные ноги и принялся внимательно разглядывать шнурок на ботинке.

— Может, и как ребенок, — задумчиво согласился он. Потом, после довольно продолжительной паузы, добавил: — Мебель купим новую. Придется брать ссуду.

— Для начала мы вполне можем обойтись тем, что есть. Кроме того, у меня отложены кое-какие деньги. Около тысячи долларов.

Он заложил руки за голову.

— Я не хочу, чтобы ты тратила свои сбережения. Я хочу сделать все своими силами, поскольку дело касается денег. Ну а мебель для начала пригодится и эта, да еще кое-что оставит доктор Грейсон.

— Но я ведь только хочу помочь. Я ведь собираюсь жить в этом доме с тобой. Или нет?

Он молчал и не смотрел на нее — все изучал шнурок на ботинке. Потом спросил:

— А ты собираешься?

Мерели взглянула на Кена расширенными от удивления глазами:

— Хорошенькое дело! А разве мы не обговорили все? Разве мы не собираемся пожениться?

— Я думал, что да, — выдавил он. — Но ты в последнее время изменилась.

— Ничего я не изменилась.

— Изменилась. Ты уже вовсе не та девушка с тех самых пор, как к нам в больницу привезли Текса Ховарда.

— Не будь глупым!

— Я не глупый. Я… ну, одинок. Полагаю, именно это слово подходит. — Он все смотрел ей в глаза, и она заметила усталые морщинки на его лице. — Даже когда мы вместе, я чувствую себя одиноким. И я соскучился по тебе.

Сердце ее затрепетало от нежности. Она торопливо поставила свою чашку на блюдце, отодвинула столик и села рядом с ним.

— Прости меня, Кен. Не позволяй мне уйти. — Девушка доверчиво приникла к нему. — Я боюсь. В последнее время у меня появились какие-то странные чувства, словно внутри меня что-то оборвалось.

Он обнял ее, и Мерели прижалась к нему еще крепче.

— Я знаю, что не должна была ездить в Черри-Ридж сегодня, но… как бы то ни было, я все равно поехала.

Он не поцеловал ее, просто держал в объятиях, прижавшись щекой к ее щеке.

— Возможно, ты не вполне уверена в своих чувствах ко мне, — тихо произнес Кен.

Она раздумывала над его словами.

— Нет, вовсе нет, — возразила наконец Мерели. — А возможно любить двух человек одновременно?

Она почувствовала, как Кен весь напрягся. Его объятия ослабли.

— Для меня это невозможно, — с трудом вымолвил он. — А для тебя — может быть. Как знать…

Она не нашлась что ответить.

Кен поднялся:

— Что ж, лучше я поеду. Я сильно устал сегодня. — И прежде чем она успела остановить его, он ушел.

На следующий день они работали вместе, но все разговоры носили сугубо профессиональный характер — ничего личного. И Мерели не посмела спросить, увидятся ли они вечером. Вечером Кен так и не приехал, и у нее было очень пусто и одиноко на душе. Читать Мерели не могла, по телевизору ничего интересного не показывали. Сериал «Оседлай своего коня» шел только раз в неделю — очередная серия была предыдущим вечером. Мерели задумалась: интересно, как коротает вечера Текс у себя в Черри-Ридж. Может, отправился на скачки в Саратогу, а может, в Грин-Маунтин, что в Вермонте. Туда не так уж долго добираться — всего час-полтора на машине.

Кен уже несколько дней избегал ее. Она понимала, что сама виновата, но ей не хотелось признать это и обещать, что она больше не станет видеться с Тексом. Мерели была решительно настроена отправиться на шоу на ярмарке тем вечером, когда он собирался петь.

Текс сказал, что планирует появиться на ярмарке в четверг вечером, и Мерели спросила Сью Хастингс, не пойдет ли она с ней.

— Конечно. Почему бы нет? — с радостью согласилась Сью.

Мерели не стала объяснять, по какой причине она хочет отправиться на ярмарку именно в этот день. Сказала только, что хочет посмотреть гонки в упряжках и послушать, как поет звезда телевидения Текс Ховард.

Девушки решили отправиться на ярмарку без машины — там всегда возникали проблемы с парковкой, а от дома Мерели идти было всего-то минут пятнадцать.

Когда они прошли через ворота, то увидели, что народу собралось очень много. Громкая музыка смешивалась с гулом голосов и смехом людей. Многие участвовали в немудрящих развлекательных соревнованиях, пытаясь заполучить яркие безвкусные призы. Расхваливали свой товар продавцы хот-догов, сладостей и поп-корна. Над толпой витала смесь специфических ароматов, создавая непередаваемую ярмарочную атмосферу. Мерели противно было даже думать, сколько вредных веществ сейчас носится в воздухе. Она поймала себя на том, что непроизвольно старается задержать дыхание.

И тем не менее, это был чудесный теплый вечер, и ветерок приятно освежал. Чуть позже на небе взойдет луна, пусть даже она будет выглядеть бледновато на фоне ярких неоновых ярмарочных огней.

Побродив вокруг и полюбовавшись на призовых цыплят и коров, на огромные овощи, поделки, изготовленные руками почтенных дам, а также на громадного откормленного быка, девушки присели на трибуну, которая располагалась с одной стороны овального гоночного круга, где должны были проходить гонки в упряжках. Некоторые уже начали тренировочные забеги. Быстроногие иноходцы и рысаки словно летели по дорожке. Их длинные хвосты развевались, едва не касаясь лиц кучеров. А те, казалось, этого даже не замечали. Посередине трека, напротив трибуны, возвышалась крытая сцена, где сидели музыканты, держа инструменты наготове, чтобы в надлежащее время, когда завершатся гонки, начать концерт.

9
{"b":"543836","o":1}