ЛитМир - Электронная Библиотека

— Совершенно верно. Половину.

Валло открыл ящик, достал чек, положил его на полированную поверхность стола и карандашом подвинул ко мне.

— Вот вторая половина.

— При условии, что я отвезу деньги, так?

— Да.

Я посмотрел на чек. Потом на Валло.

— Вы не хотите пропустить развязки, не так ли?

— Если это развязка, — ответил Валло. — Если нет, первый номер нашего журнала вызовет определенный интерес.

— О чем он говорит? — спросил Гэллопс.

— О заговоре, — пояснил Ловкач.

— Черт, конечно, тут заговор. Арча похитили, и тот, кто это сделал, хочет получить за его освобождение два миллиона. Это заговор.

— Вы правы, — кивнул я, — но, по моему убеждению, мистер Валло рассчитывает на что-нибудь более пикантное.

Гэллопс повернулся к Ловкачу.

— А о чем говорит он?

— Точно не знаю, — ответил Ловкач, — но могу предположить, что Харви и мистер Валло ожидали иного развития событий.

Я тоже решил внести свою лепту.

— Мне кажется, многое изменится, если они отпустят Микса и он узнает, какую вы заварили кашу.

Гэллопс некоторое время изучал мою физиономию.

— Мне позвонили вчера вечером, — наконец выдавил он. — Поздно вечером. Из Сент-Луиса. И сказали, что ты и Мурфин суете нос в чужие дела.

Я кивнул.

— Мы узнали немало интересного.

— Так позволь сообщить тебе нечто еще более интересное, Лонгмайр. Когда Арч исчез, я стал президентом и теперь руковожу профсоюзом так, как считаю нужным. Если Арч вернется и ему не понравятся мои методы, что ж, мы выясним это между собой. Арч и я, понятно? И никого это не касается. Только меня и Арча, — он взглянул на Ловкача. — Напрасно мы это затеяли. Мне не нужны их поганые деньги. Мы достанем их где-нибудь еще.

Ловкач попытался охладить страсти.

— Мы должны учитывать фактор времени.

— Но мне все равно не хочется иметь с ними дело. Я не люблю людей, которые суют нос в чужие дела.

— Мистер Гэллопс, — вмешался Валло, — я уже согласился, что фонд даст вам взаймы требуемый выкуп. Я пошел на это, исходя из того, что возвращение мистера Микса и его рассказ о случившемся позволят ответить на вопрос, является ли его похищение результатом заговора или нет? Однако, если вам кажется, что мы занимались не тем, чем следовало, я могу забрать свое предложение назад.

— То есть вы хотите поговорить с Арчем, когда его отпустят, так?

— Совершенно верно.

Гэллопс пожал плечами.

— Мне наплевать, будете ли вы с ним разговаривать или нет. Это решит Арч. Захочет он говорить с вами — отлично. Не захочет, черт, это ваши заботы.

Ловкач решил, что пришло время действовать. Он взглянул на часы.

— А теперь, когда мы поняли друг друга, я думаю, что нам с Харви пора трогаться, — он встал и посмотрел на меня.

— К сожалению, я пас, — ответил я.

— Дерьмо, — пробурчал Гэллопс.

Во взгляде Роджера Валло читались любопытство и интерес.

— Могу я спросить почему?

— Разумеется. Я считаю, что кто-то должен поставить в известность полицию или ФБР. Они справятся с этим лучше, чем мы.

— Ты же слышал Арча, — взорвался Гэллопс. — Его убьют, если вмешается полиция.

— Так говорят все похитители.

— И многих действительно убивают, — напомнил Ловкач.

— Мистер Лонгмайр, — сказал Валло, — мы договорились о том, что вы потратите две недели, выясняя, что произошло с мистером Миксом, а затем представите мне отчет. Мне кажется, что выводы вашего отчета будут зависеть от того, выпустят похитители мистера Микса или нет. От вас не требуют освобождать мистера Микса. Вас просят лишь отвезти выкуп в назначенное место. В обмен на эту услугу я готов выплатить вам остаток гонорара, — он наклонился вперед и постучал карандашом по чеку.

Я посмотрел на чек. И не сразу оторвал от него взгляд. А затем взял чек и сунул в карман.

— И все-таки кто-нибудь должен позвонить в полицию, — сказал я.

Глава 22

Я не стал пересчитывать деньги. Даже не взглянул на них. Просто взял один из чемоданов и поставил его в багажник черного «форда», стоящего в подвальном гараже здания, где размещался Фонд Валло. Чемодан оказался тяжелым. Он весил не меньше сорока фунтов. Ловкач поставил рядом с ним второй чемодан и захлопнул крышку багажника.

— Ты сядешь за руль? — спросил он.

— Конечно.

На углу М-стрит и Коннектикут-авеню мы остановились перед красным светом. Я воспользовался этим, чтобы свернуть сигарету. Зажегся зеленый свет, я повернул за угол, закурил и сказал:

— Я думал, он мертв.

— Микс?

— Да.

— Я тоже, дорогой мальчик, до сегодняшнего утра.

— Но оставалась вероятность того, что его не убили. Ты сам говорил мне об этом. Кажется, ты сказал, крошечный шанс. Что произошло, тебе намекнули об этом?

— Больше чем намекнули.

— Ты расскажешь сам или хочешь, чтобы я попросил тебя?

— Мне позвонили по телефону. Мне показалось, что звонила негритянка. Во всяком случае, она старалась говорить как негритянка.

— Что она сказала?

— Ее интересовало, сколько заплатит профсоюз, чтобы узнать, что произошло с Арчем Миксом. Ну, я не стал скрывать от нее, что профсоюз назначил награду в сто тысяч долларов, но она заявила, что этого недостаточно.

— Сколько она хотела?

— Двести тысяч долларов. Я сказал, что это большая сумма и я должен согласовать ее с профсоюзом. Она спросила, сколько мне потребуется времени. Я ответил: четыре или пять часов. Но оказалось, что она спрашивает, когда сможет получить деньги. Я сказал, что через двадцать четыре, возможно, через сорок восемь часов. Я точно повторю тебе ее ответ: «К тому времени он уже умрет». Потом она пообещала, что позвонит мне еще раз, и повесила трубку. Второго звонка не последовало.

— Когда это было?

Ловкач задумался, словно вспоминая точное время.

— Утром того дня, когда мы устроили пикник на Дюпон Сэкл. Примерно в половине одиннадцатого.

— В этот день застрелили Салли Рейнс.

— Да.

— Это и был тот крохотный шанс, о котором ты мне говорил?

— Совершенно верно.

— Полиция знает об этом телефонном разговоре?

— Да. Вчера я им все рассказал.

— И каково их мнение?

— Они полагают, что звонила какая-нибудь сумасшедшая. Их сейчас полным-полно.

— Это занятно.

— Что именно?

— Они упоминали одну и ту же сумму.

— Кто?

— Звонившая тебе женщина и Макс Квейн. Макс сказал жене, что проворачивает большое дело, которое принесет ему двести тысяч. Макс черпал информацию от Салли Рейнс. Перед тем как его зарезали, он позвонил мне, напуганный до полусмерти. По его словам, он узнал, что произошло с Арчем Миксом. Тебе позвонила женщина и сказала то же самое, за исключением известия о том, что Микс еще жив. Ей тоже требовались двести тысяч. Но второй раз женщина не позвонила. Скорее всего потому, что это была Салли, которую застрелили в тот же день. Но она успела написать половину слова, которая всем показалась важной уликой.

— Чем? — переспросил Ловкач.

— Важной уликой. Обычно ее находит кто-то из полицейских, но тут их опередил Уэрд Мурфин. Улика эта согласуется с тем, что я называл «версией желтого билета Лонгмайра», хотя, возможно, это уже и не версия.

— Может быть, ты сначала скажешь мне об этой важной улике, дорогой мальчик?

— Это смятый листок бумаги, найденный в комнате Салли сразу после того, как ее убили. На нем было написано одно слово. Чад. Я думаю, что оно означало Чадди Джуго.

— О! — воскликнул Ловкач.

— Ты помнишь Чадди?

— Еще бы.

— Ведь это ты свалил Чадди, не так ли?

— Дорогой мальчик, ты, как всегда, преувеличиваешь.

— Но идея принадлежала тебе.

— Я лишь участвовал в начальной стадии планирования операции.

— Поэтому ты и предложил мне работу у Хандермарка.

— Которая стала первым шагом твоей блестящей карьеры.

— Несомненно. Так вот, Арч Микс однажды обмолвился при Одри, что он не позволит им повторить фокус с Чадди Джуго или что-то в этом роде. Одри помнит, что сказала об этом Салли, а та, соответственно, Максу Квейну. Я и подумал, что Макс, а возможно, и Салли догадались, кто убил Арча Микса и почему.

38
{"b":"543883","o":1}