ЛитМир - Электронная Библиотека

– Очаровательная леди, – добавил маркиз. – Надеюсь, мы ее не смутили, как, помнится, Кору, когда впервые встретились с ней.

Лорд Фрэнсис улыбнулся.

– Я все еще временами вижу панику в глазах Коры, когда она слышит очередной титул, – сказал он. – Ей очень нравится мисс Грей, Бридж. Твоя невеста составила компанию Коре и детям несколько раз по утрам в парке, пока я был отослан наслаждаться жизнью к Уайту. Дети зовут ее тетей Стефи, и мне было велено не ругать их за фамильярность. Кажется, тетя Стефи сама настояла на подобном обращении.

Остаток вечера прошел столь же оживленно, пока они беседовали, играли в карты и пили чай в гостиной.

Но герцог Бриджуотер весь вечер ощущал какую-то неловкость. По правде говоря, он чувствовал себя неловко весь день. Он задел и оскорбил ее в тот вечер на балу у сестры, и он знал, что она не забыла об этом, хоть он попросил прощения – очень искренне – и она это прощение дала. Но с того вечера между ними возник барьер, который оказался непреодолимым.

Не то чтобы она замкнулась в молчании. Напротив. Она не давала разговору затихнуть ни на минуту. Он не мог укорить ее ни в одном промахе, когда она общалась с ним или в обществе.

Но в их отношениях не осталось и намека на что-то личное. Теплота и улыбки, которые он помнил со времени их совместного пути – как давно это было! – ушли. Неуверенное смущение тех первых дней в Лондоне, отблеск чувства, почти страсти – исчезли.

Он постарался сделать беседы более личными, когда они оставались вдвоем. Он попытался заговорить с ней о детстве. Но потерпел полное поражение. Она всегда меняла тему разговора. Он надеялся, когда они встретили ее друзей в Королевской академии – он был покорен живостью ее манер, – что, возможно, удача улыбнулась ему. Он надеялся, что она заговорит о них, предложит нанести им визит в гостиницу. Но ничего этого не произошло.

Она закрыла от него свой мир. Он был наказан, думал он, за то, что критиковал ее поведение на балу у сестры. Как страстно он желал, чтобы она снова повела себя так, как в тот раз! И теперь, когда было уже слишком поздно поворачивать назад и что-либо исправлять, он пытался понять, что его тогда так напугало и заставило устыдиться. Она была, как верно сказала тогда, его невестой. Можно было только надеяться, что как муж и жена они будут желанны друг для друга, поскольку остаток жизни они могли получать подобное удовольствие только друг от друга, либо же совсем отказаться от него. Они обнаружили, что желанны друг другу за три недели до свадьбы – и он обвинил ее в распущенности, а себя – в непростительной утрате контроля.

Но было слишком поздно поворачивать назад. И не было возможности повторить то объятие и сделать все по-другому. Она не давала ему ни единого шанса. Она вела себя так безупречно, что иногда ему казалось, что она окружила себя клеткой изо льда.

Снова встретившись с друзьями, он ощутил всю безнадежность собственного брака. Все три пары выдержали выпавшие на их долю испытания и пришли к покою и даже счастью. Кажется невозможным, слишком хорошим, чтобы быть правдой, что подобное может случиться и с ним. И все же вид его друзей заставил его понять, как отчаянно он желает, чтобы воплотилась в жизнь мечта его юности.

Ему хотелось любить ее. И чтобы она любила его. Стать ее самым близким другом. И чтобы она стала его лучшим другом. Прожить в покое и близости остаток своих дней.

Он вспоминал то непонятное ощущение, будто она – потерянная половинка его души, возникшее, когда он обнимал ее. Он, конечно же, ошибался. Они были двумя чужаками, которым придется провести вместе всю жизнь. Они происходили из двух миров, которые лишь изредка соприкасались, но никогда не пересекутся.

Но, возможно, ему удастся облегчить хотя бы ее положение, думал он. Ей, похоже, нравятся его друзья, и те отвечают ей взаимностью. У нее возникла дружба с леди Фрэнсис. Она, должно быть, полюбила детей, раз позволяет им называть себя тетей. И она родилась в деревне. Она должна тосковать по привычной обстановке, проведя три недели в Лондоне, переходя из одной гостиной в другую, из одного бального зала в другой.

– Вы присоединитесь ко мне и мисс Грей на пикнике завтра после обеда в Ричмонд-парке? – спросил он перед тем, как покинуть дом Торнхила. – Вместе с детьми, конечно. Я велю повару приготовить что-нибудь особенно вкусное.

– Будем играть в крикет, – сказал лорд Фрэнсис. – Я захвачу биты, мячи и воротца. Прекрасная идея, Бридж.

– Там много деревьев, чтобы лазать, – добавила леди Фрэнсис и сделала вид, что хмурится. – Особенно для младших, которые смогут забраться на дерево, но вот слезть у них не получится.

– Мы позволим тебе, Кора, спасти их всех, – сухо сказал лорд Торнхил.

Все знали, что леди Фрэнсис боится высоты, но ни это, ни ее страх перед водой никогда не останавливали ее перед тем, чтобы спасти любого, кто, по ее мнению, находился в беде.

– Снова оказаться на природе после того, как мы перебрались в город, – восхитилась леди Керью. – Блестяще. Что за чудесная мысль, Алистер. Спасибо.

– Мы будем там, – сказала графиня Торнхил. – Надеюсь, вы понимаете, мисс Грей, что окажетесь в окружении не менее девяти детей. И все они, кроме Розамунды, маленькой дочери Саманты, не страдают от излишней застенчивости.

– Ни от недостатка воображения, – добавила маркиза со смехом.

– С нетерпением жду того момента, когда встречусь с ними завтра, – сказала Стефани. – Я люблю детей.

– Это я могу подтвердить, – сказала леди Фрэнсис. – Значит, пикник. С каким нетерпением мы будем его ждать. Верно, Фрэнсис? Хотя это отвлечет тебя от столь любимых тобой лондонских развлечений.

Лорд Фрэнсис усмехнулся и подмигнул герцогу Бриджуотеру, как только жена отвернулась.

Значит, все устроилось, думал герцог. Пикник с друзьями, с детьми, в окружении прекрасной природы Ричмонд-парка – это то, что надо. Возможно, ему удастся преодолеть этот барьер. Возможно, он сможет придать их отношениям более плодотворную основу.

Осталось так мало времени. Всего пять дней.

Его желудок сжался при этой мысли. Через пять дней они станут мужем и женой. Их свяжут неразрывные узы. Но они и так связаны. Помолвка – состояние такое же нерасторжимое, как и брак.

ГЛАВА 12

Ричмонд-парк. Он находился неподалеку от Лондона, но являл собой кусочек настоящей сельской местности. Среди огромных дубов иногда можно было заметить изящные силуэты оленей. Трава была густой и высокой. Стефани там сразу понравилось. С погодой тоже повезло – после целого месяца дождей солнце сияло с безоблачного небосвода.

Она чувствовала себя расслабленной и счастливой с самой середины дня. Маркиз и маркиза Керью со своими двумя детьми поехали вместе с ними в карете герцога Бриджуотера. Несмотря на громкие титулы, они еще накануне вечером произвели на Стефани впечатление людей милых и добрых. И маркиза сразу повела себя так, что Стефани почувствовала себя легко и свободно.

– Ох, – сказала она сразу после того, как Стефани поприветствовала их, – неужели мне весь день придется пробыть «светлостью»? Звучит несколько напыщенно для пикника. И Гартли ожидает та же участь? Я – Саманта, мисс Грей. А вы – Стефани? – Она улыбнулась. – Как вы еще услышите, Дженни зовет меня Сэм, но Гартли предпочитает более женский вариант сокращения моего имени.

Так же было решено с графом и графиней Торнхилами – Габриелем и Дженнифер – и с лордом Фрэнсисом Неллером, что все они будут называть друг друга по именам. Стефани была растрогана тем, что ее приняли в свой круг люди, которые были ближайшими друзьями ее будущего мужа. Но она также ощущала легкое затруднение. Его светлость однажды предложил ей обращаться к нему по имени, но она этого не делала. Он несколько раз назвал ее Стефани, но – ни разу за последние две недели. Неужели только они двое сохранят друг к другу формальное обращение?

Маленькая дочь маркизы, трехлетняя Розамунда – прелестное светловолосое создание, вылитая мать – была крайне застенчива. Но Стефани придвинулась к ней ближе и вскоре настолько завоевала доверие девочки, что та перебралась к ней на колени. Они играли, считая пальчики на руке малышки, пока пятилетний Джеймс рассказывал герцогу, насколько далеко он продвинулся в верховой езде с того времени, как герцог уехал из Гаймура. Его отец ласково теребил левой рукой волосы на макушке у мальчика. Он мягко улыбался.

30
{"b":"5439","o":1}