1
2
3
...
54
55
56
...
66

Лорд Пелем несколько минут виновато извинялся, пребывая в явной растерянности.

– Это мне урок. Вот что значит быть остроумным и оказаться жестоким по отношению к людям, которых я даже не знаю, – сказал он. – Я тогда не понял, Кеннет, что она может что-то значить для тебя. Я думал, это просто соседка. Но даже если бы она действительно была: просто соседкой, с мрей стороны было зло высмеивать ее за глаза.

– Все же лучше, чем делать это прямо в глаза, я полагаю, – сказал мистер Гаскон.

– Не говори мне, Идеи, – лорд Роули состроил гримасу, – что ты упражнялся в остротах насчет леди Хэверфорд. Это случилось до того, как вы узнали о ее отношениях с Кеннетом? Вам страшно повезло, старина, что вас не вызвали на поединок.

– Майра в то время была в положении, она не сказала мне правды и все еще была помолвлена с другим, – сказал Кеннет. – Эти времена позади. Забудем об этом, Иден.

– Помолвлена с другим? – удивился лорд Роули. – Ух! Но как бы ни выглядела она в то время, сейчас она изумительно хороша собой. Сегодня утром, попозже, Кэтрин и Дафна берут се с собой в парк. Могу спорить, что после этого они отправятся по модным лавкам. Вам повезет, Кен, если ваше состояние не будет съедено за ближайшие недели, а вам удастся видеть свою жену – хотя бы для того, чтобы пожелать ей доброго утра и доброй ночи.

– Вы жалуетесь, Рекс? – засмеялся мистер Гаскон.

– Я жалуюсь? – переспросил виконт. – Нет, жена у меня не мотовка. Она слишком привыкла экономить. Но светские развлечения разлучают мужей и жен. Я буду счастлив вернуться на лето в Стреттон, а может быть, и на осень, и на зиму.

– Нельсон! – закричал Кеннет, потому что его собака заметила двух детей, гуляющих с нянькой, и помчалась за ними с веселым лаем. Услышав голос хозяина, пес перешел с галопа на ленивый бег вприпрыжку, а потом внезапно остановился. Но младшая девочка, бросив няньку, подошла к Нельсону, погладила его по голове, назвала славной собачкой. А Нельсон лизнул ее в лицо.

– И это боевая собака! – с насмешкой сказал мистер Гаскон. – Ей-богу, никак не привыкну к его нраву.

– Нрав как и у всех нас, Нэт, – сказал лорд Пелем. – У всех бойцов. Не буду утверждать, что сожалею о том, что эта глава нашей жизни прочитана.

Однако Кеннет думал о последних словах лорда Роули. Это верно: Лондон в период сезона не очень подходящее место, где можно проводить время с женой. Приглашая ее сюда, он этого не понимал. Он тоже был бы счастлив уехать домой на лето, но ведь это не входит в их договор. Этот новый пункт придется еще обсудить с ней. И для него эта идея нова – лето в Данбертоне. С Майрой.

Соблазнительно!

Ему всегда нравилось проводить первую половину дня с друзьями. Он с удовольствием побывал днем па скачках с мистером Гасконом и несколькими новыми знакомыми. Лорд Роули с женой был приглашен на пикник, а лорд Пелем собирался провести вторую половину дня со своей новой любовницей. И все же весь день Кеннета терзала мысль о том, что у него есть только две недели, чтобы убедить Майру сохранить их брак, и вот прошел день, а он ее еще и не видел.

* * *

Возвращаясь к вечеру домой, он вдруг осознал острое желание убедить Майру остаться с ним. Разве эксперимент, которым они заняты, не их общее дело? Разве оба они не решили использовать эти две недели, чтобы определить, могут ли они выносить друг друга, могут ли превратить свой брак из формальности в потребность?

Мысли его постоянно возвращались к прошедшей ночи. Майра очень удивила его. Он никак не предполагал, что она согласится спать с ним, в особенности если учесть, что на протяжении всего дня между ними то и дело возникали трения и день этот никак нельзя было назвать удачным. Однако он получил огромное удовольствие, и это еще слабо сказано. И она тоже. Она вела себя пассивно, высот страсти не достигла, хотя он и пытался дать ей нужное время. Но легла она так, чтобы полностью раскрыться ему навстречу, и была расслаблена и восприимчива. Если бы ей было неприятно, он заметил бы это. Ей понравилось.

Не тогда ли он решил, что хочет прожить с ней всю жизнь? Не было ли это просто результатом постельного удовольствия? Однако ведь с самой удачной любовницей он никогда не думал ни о каком постоянстве. В постели нужно разнообразие, постоянная новизна. Нет, не нужно быть несправедливым к самому себе, воображая, будто весь его интерес к Майре сводится к вожделению. Кроме того, столь неумелой любовницы у него еще не было.

Нет, подумал он не без облегчения. Существует только одна причина, по которой можно желать постоянства в отношениях с женщиной, по которой можно даже расстаться со склонностью к разнообразию. Это не похоть, а нечто другое. Ему страшно не хотелось подыскивать нужное слово. Но ничего не поделаешь. Можно запретить себе произносить это слово, но нельзя не думать о нем.

Потому что он любит ее. Пусть она и несносна, и упряма, и резка на язык, а если вспомнить о событиях девятилетней давности – нечто и похуже. А он ее любит.

Немного погодя он поспешно направился в дом, поручив свою лошадь попечениям конюха. Дома ли она? Он не видел ее с тех пор, как оставил в постели незадолго до рассвета-с величайшим нежеланием. Однако ему не хотелось воспользоваться ее великодушием и остаться спать у нее. Конечно, сейчас она уже дома, ведь довольно поздно.

– Ее сиятельство в гостиной, – доложил дворецкий.

Граф поднялся наверх, перешагивая через две ступеньки, а потом сообразил, что глупо выглядит в глазах слуг, наблюдающих за ним и обменивающихся понимающими ухмылками.

Майра сидела у камина очень прямо, в изящной позе. Когда он открыл дверь, она отложила рукоделие в сторону. Кеннет вдруг оробел. Как глупо! Он дошел до середины комнаты и поклонился.

– Надеюсь, вы хорошо провели день? – спросил он.

– Вы сильно опаздываете, милорд, – сказала она. – Вы, вероятно, забыли, что мы приглашены на обед? Он выгнул брови и взглянул на часы.

– Опаздываю, сударыня? – удивился он. – Вряд ли. И это единственное приветствие, которое меня ждет? Сердитое, с холодным взглядом и поджатыми губами?

Его хорошее настроение мгновенно сменилось раздражением. Какую волшебную сказку для детей придумывал он за последний час? Вот она, подлинная Майра. Вот что она чувствует на самом деле.

– Я полагаю, что опоздать – значит поступить невежливо с мистером и миссис Эдамс, – проговорила она. – А вы весь в пыли, милорд. Вам нужно принять ванну.

– Можете быть уверены, сударыня, – отозвался он, – что слуги это тоже заметили и что уже сейчас в мою туалетную несут горячую воду. Прошу прощения, что оскорбил вашу чувствительность, появившись перед вами в таком виде.

Она ничего не ответила. Взяла было в руки рукоделие, но передумала и положила его снова себе на колени.

– Что случилось? – спросил он. – Ведь дело вовсе не в моем воображаемом опоздании и не во вполне реальной пыли, не так ли?

Она задумчиво посмотрела на него, взгляд ее был враждебен.

– Это вы настроили матушку таким образом? – спросила Майра. – Она говорила согласно вашим указаниям? Я возмущена до глубины души. Вы обманули меня, заманив сюда под ложным предлогом!

Он подошел и стал рядом с ее креслом, заложив руки за спину.

– А я до глубины души возмущен вашим поведением, сударыня. Если бы у меня было что сказать вам, я сказал бы сам. Что же такое сказала моя мать, из-за чего вы так расстроены?

– Она все время делала словесные выпады против меня, когда мы находились в обществе других леди, прекрасно зная, что я не могу ответить ей тем же. Судя по всему, мне придется приложить множество усилий, чтобы преодолеть свои деревенские привычки. А это означает, что по возвращении в Данбертон я должна тщательнее выбирать знакомства. Я не должна приглашать к себе кого попало и сама не должна принимать любое приглашение. Я больше не должна дружить с Хэрриет Линкольн. Я должна пригласить в Данбертон гостей на лето, чтобы общаться с теми, кто больше соответствует моему положению графини Хэверфорд. Я должна отучить свою мать то и дело приезжать ко мне и уезжать из Данбертона. Я должна как можно скорее подарить вам сына. Продолжать?

55
{"b":"5441","o":1}