ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ненадолго уединиться, – ответил он. – Снаружи. Сейчас.

Изабелла оценивающе посмотрела на него.

– Хорошо, – наконец произнесла она низким уверенным голосом, повернулась и спустилась по лестнице, не дожидаясь его.

Старший лакей его деда всегда хранил пару плащей, спрятанных где-то в глубине холла. Сейчас он держал один из них в руках и предложил его Джеку, когда тот подошел. Джек взял плащ и небрежно накинул его на плечи. Он так разозлился, что был способен на убийство.

Глава 5

Они молча прошли вдоль террасы и, обогнув розарий, оказались на газоне, спускавшемся к деревьям, реке и болотистым озерам. Джек не подал ей руки. Изабелла не сделала попытки прикоснуться к нему.

– Итак? – произнес он звенящим от гнева голосом. – Объяснитесь, мадам!

Ее голос в ответ прозвучал безмятежно спокойно.

– Прошу прощения? – переспросила она.

– Не притворяйся, что не поняла, Красотка, – сказал Джек. – Что ты здесь делаешь? Как ты посмела сюда явиться?

– Я нахожусь здесь по приглашению герцога и герцогини Портлендских, – ответила она. – По их просьбе я покажу на Рождество представление для гостей. В остальное время мои дети и я воспользуемся на праздники их гостеприимством.

– Сколько они тебе заплатили? – злобно спросил Джек. – Не сомневаюсь, тебе предложили прекрасные условия.

– Герцог и герцогиня слишком хорошо воспитаны, чтобы поднимать вопрос об оплате, – в конце концов произнесла Изабелла. – В отличие от их внука.

Уже лучше! Джек слышал, как ее голос задрожал от гнева.

– Вот именно, их внук, – напомнил он. – Рад, что ты не забыла об этом, Красотка. И кому бы говорить о хороших манерах? Как ты могла принять приглашение? Ведь на протяжении целого года ты была шлюхой их внука.

После произнесенных слов он фыркнул. Джек лишь однажды, обидевшись, назвал ее так. Про тот случай он вспоминал меньше часа назад.

Изабелла слабо улыбнулась. Джек подумал, что в профиль, с гордо откинутой головой и легкой улыбкой на губах, она выглядит божественно прекрасной.

– Ну да, – сказала Изабелла. – Как же я могла забыть, что ты не раз называл меня так на протяжении того года? Значит, твой' лексикон не изменился.

– А как ты сама себя величаешь? – пренебрежительно поинтересовался Джек.

– Как? – Она подняла брови и секунду размышляла. – Вдовой. Матерью. Актрисой. Женщиной, Да, и твоим словом тоже, Джек. Без сомнения, я была для тебя шлюхой, правда? Ты щедро платил мне и достаточно пользовался мной.

Каким-то чудом она смотрелась значительно. Глупо, что в памяти боль способна причинять те же страдания, что и в действительности. Даже по прошествии девяти лет Джек ощутил, что рана вновь открылась и болит. Его гнев остыл.

– Тебе не следовало приезжать, Красотка, – устало заметил он.

– Верно. – Изабелла никогда не могла противиться его взгляду. – Не следовало, но я приехала и останусь. Мои дети нуждаются в подобном доме и обществе, которое собралось здесь на празднование Рождества.

– Твои дети, – задумчиво произнес Джек.

Он увидел мрачный огонь, вспыхнувший в ее глазах, и припомнил, что она вступила в брак и стала матерью после того, как побывала его… любовницей.

– Они невинны, Джек, – произнесла Изабелла. – Они еще не знакомы с изнанкой жизни, которая так быстро осваивается взрослыми и куда так часто вовлекаются дети. Они еще малы. Если потребуется, я огражу их от всего постыдного, что было в моей жизни. Не смей называть меня шлюхой в их присутствии.

Они остановились так, чтобы их не было видно из дома,

– Теперь ты – графиня де Вашерон, – сказал Джек с горечью, – и одна из популярнейших актрис в Англии. Тебе больше ничего не требуется, не так ли?

– Нет, – ответила Изабелла.

– Он подходил тебе, Красотка?

Ему не хотелось этого знать, Джек не понимал, зачем вообще задал такой вопрос.

– Да, – кивнула она.

– Сколько лет твоим детям?

Этого он тоже не желал знать. Он не желал слышать о том, что она была беременна от другого мужчины, была тяжела от него, как в данный момент Лиса тяжела от Перри. Только не Красотка. Он не мог представить, что это происходило с ней.

– Моей дочери семь лет, – ответила Изабелла. – Она родилась через девять месяцев после нашей свадьбы.

Граф де Вашерон дожидался свадьбы, чтобы уложить ее в постель, зато потом не терял времени. Джек подумал, что слушать об этом невыносимо, повернулся и пошел назад к дому,

– Марселю пять лет, – сказала Изабелла, подстраиваясь под его шаг. – Он очень похож на Мориса и унаследовал его добрый нрав.

Морис – она произнесла имя на французский манер. Имя мужчины, который был ее мужем и отцом ее детей. Джек вспомнил, что прошло девять лет с тех пор, как он знал ее. Слишком много времени прошло. Он больше ничего не значил для нее.

Джек пытался убедить себя, что и она больше не волновала его.

– Держись от меня подальше, Красотка, – сказал Джек. – И не приближайся к мисс Джулиане Бекфорд, Мы с ней поженимся. О нашей помолвке будет объявлено на Рождество. Я люблю ее и хочу, чтобы ты держалась подальше от нас. Понятно?

– Не я вызывала тебя на прогулку этим утром, если ты помнишь, – холодно произнесла Изабелла. – Зачем мне мешать тебе, Джек? Что я могу сказать о годе, который я забыла и не хочу вспоминать? Моя жизнь продолжается, у меня есть дети, ради которых я живу. Буду только рада выбросить из головы сам факт твоего существования.

– Мы договорились, – натянуто произнес Джек. ~ Чудесно.

– Да, – ответила Изабелла. – Чудесно.

Джек смотрел прямо перед собой, пока они в тишине шли кдому. Он опять сжал челюсти, охваченный воспоминаниями. Джек не мог сказать, когда в последний раз плакал. В любом случае сейчас ему не следовало этого делать.

И из-за чего, собственно?

Она избегала вспоминать об их любви.

Ах, Красотка.

Джек справился с подступившими слезами и продолжил прогулку с незнакомкой, в которой когда-то заключался весь его мир.

* * *

– Привет, – произнес светловолосый мальчик, мило улыбаясь. – Я – Марсель Желле. А кто ты?

Джулиана скрестила руки и улыбнулась в ответ. Должно быть, это сын графини. Мальчик говорил с очаровательным французским акцентом.

– Джулиана Бекфорд, мистер Желле, – ответила девушка, протягивая ему правую руку. – Счастлива познакомиться с вами.

Она пришла в детскую, так как Энн и Гортензия – она потихоньку заучивала имена – проводили большую часть утра здесь. А еще она любила детей, с ними не нужно было притворяться.

– Это моя сестра Джеки, – произнес Марсель, указывая на тоненькую черноволосую девочку, которая читала книгу малютке Кэтрин, дочери Энн. – А вот мой друг Кеннет. Ему хочется покататься на качающейся лошадке, но я не могу поднять его так высоко, а няни заняты.

Кеннет Стюарт сосал большой палец и разглядывал ее. Джулиана подумала, что он очень напоминает своего отца, а следовательно, и мистера Фрейзера. Она представила, что ее дети будут выглядеть так же, и смутилась. Взяв ребенка на руки, она пересекла вместе с ним комнату и приблизилась к лошади-качалке. Марсель прыгал рядом и болтал без умолку.

Заметив мать, вошедшую в детскую, он устремился к ней.

Джулиане всегда казалось, что знаменитости должны отличаться от остальных, как и их жизнь. Графиня де Вашерон выглядела обычной женщиной, когда, улыбаясь сыну, взяла его за руку и провела по комнате к лошади-качалке.

– Марсель заговорил вас? – спросила она. – Он имеет такую склонность. Я полагала, что переселение в Англию на время снизит скорость его болтовни, но он за невероятно короткий срок выучил английский.

На щеках графини играл румянец, а прическа была слегка растрепана.

– Бы уже выходили на прогулку, – заметила Джулиана. – Как бы мне хотелось присоединиться к вам. Видите, я встаю не поздно, потому что всю жизнь провела в деревне.

– Я бы тоже была рада этому, – улыбнулась графиня. Марсель раскачивал лошадку, а Кеннет визжал от восторга.

10
{"b":"5442","o":1}