ЛитМир - Электронная Библиотека

– Но больше этого не будет, – сказал он, касаясь губами ее руки. – Я не позволю ему причинять вам боль, Сибилла.

* * *

Флер сидела у себя в комнате; миссис Лейкок, очень уставшая, не пригласила гувернантку провести вечер в ее гостиной.

Девушка вздохнула, когда миссис Клемент неожиданно позвала ее в детскую и, поджав губы, сообщила, что ее светлость приказала ей привести леди Памелу в гостиную после обеда.

– Но почему так поздно?

– Лорд Томас Кент вернулся, – сказала миссис Клемент. – Ее светлость хотела, чтобы леди Памела познакомилась со своим дядей.

Флер полагала, что лорд Томас Кент мог бы зайти в детскую на следующее утро, однако спорить не стала. Вернувшись к себе, она надела свое лучшее платье и привела в порядок прическу.

Она очень волновалась, когда вела свою ученицу в гостиную. Ведь лорд Томас Кент когда-то был другом Мэтью – Флер знала об этом. Конечно, лорд Томас не знал ее, но его появление в Уиллоуби являлось угрозой… Остановившись у двери. Флер потупилась; она надеялась, что никто не обратит на нее внимание. К тому же она полагала, что леди Памела надолго в гостиной не задержится: девочка очень устала за день.

Когда герцогиня повела дочь к лорду Томасу, Флер наконец-то подняла голову. Лорд Томас и герцог Риджуэй были очень похожи, правда, младший брат в отличие от герцога казался весьма добродушным джентльменом, во всяком случае, он постоянно улыбался.

Взглянув на герцога, Флер заметила, что он хмурится: было очевидно, что его светлость не рад приезду брата.

И вдруг она увидела светловолосого, чуть полноватого джентльмена, стоявшего за спиной герцога. Этот джентльмен.., он смотрел прямо на нее, смотрел с удивлением и торжеством.

Флер тотчас же опустила глаза и почувствовала, как гулко забилось ее сердце. А потом почувствовала, что ей не хватает воздуха, казалось, она вот-вот задохнется.

Флер протянула дрожащую руку к дверной ручке и рывком распахнула дверь. С облегчением вздохнув, она переступила порог и побежала по коридору. У лестницы перевела дух, потом выскочила в холл и, не обращая внимания на слуг, выбежала из дома.

Свежий воздух. И темнота.

Она бросилась бежать.

Флер была уже в липовой роще, когда вновь почувствовала удушье и боль в боку. Остановившись, она прислонилась к стволу дерева и попыталась восстановить дыхание.

«О Боже! О Господь милосердный, не допусти этого! Пожалуйста, о Боже!»

Мэтью. Он нашел ее. И приехал, чтобы увезти отсюда.

Но когда он приехал? Почему ее сразу же не вызвали и не арестовали? Почему никто в гостиной не посмотрел на нее с осуждением, когда она привела леди Памелу? Что за игру Мэтью затеял?

Она обхватила ствол руками и прижалась щекой к шершавой коре.

Что же теперь будет? Он один ее повезет или кто-то еще будет стеречь ее? Ее закуют в цепи? Флер понятия не имела о том, как все это происходит. И долго ля ее продержат в тюрьме? Когда состоится суд? А потом, после суда…

«О, пожалуйста, милосердный Боже! Прошу тебя. Боже!»

Но ведь теперь уже нет смысла бежать. Он нашел ее. И ей уже не спастись, ей некуда бежать.

Флер еще долго стояла у ствола дерева. Потом вздохнула и медленно пошла обратно. На мосту остановилась и, перегнувшись через перила, стала смотреть на освещенный лунным светом искусственный водопад.

В какой-то момент она вдруг поняла, что кто-то идет к ней. Но кто? Наверное, Мэтью. Он думает, что она снова станет бороться с ним. Он идет один? В последний раз он был не один. И она убила его спутника.

А может, там, в гостиной, он по выражению ее лица понял, что она больше не в силах бороться? Может, понял, что она устала от борьбы, устала скрываться?

Кто-то остановился у самого моста.

– Что случилось? – раздался мужской голос.

Но это не был голос Мэтью. Герцог Риджуэй… Флер вдруг подумала о том, что при других обстоятельствах ее бы охватил ужас: ведь она оказалась с герцогом наедине так далеко от дома… Но теперь… Теперь она уже не боялась его, ей угрожала совсем другая опасность.

– Ничего не случилось, – ответила она. – Мне просто захотелось подышать свежим воздухом.

– И поэтому вы оставили Памелу в гостиной?

Она наконец-то посмотрела на него.

– Сожалею, что не подумала об этом.

– И все-таки… Кого вы испугались? Может быть, моего брата? Вы встречали его прежде?

– Нет, – ответила она.

– Значит, лорда Броклхерста?

– Нет.

Герцог ступил на мост и направился к Флер.

– Может, кто-то из них был вашим клиентом?

– Нет! – Ее глаза расширились от ужаса.

– Я был вашим единственным мужчиной? – допытывался герцог.

Она отвернулась.

– Значит, я был единственным, и только меня одного вы боитесь, не так ли?

– Я ничего не боюсь. Просто устала, ужасно устала. Мне нужно побыть одной.

Герцог внимательно на нее посмотрел.

– Вы странная женщина, – улыбнулся он. – Я вас совсем не знаю, мисс Гамильтон.

Флер судорожно сглотнула.

– Вам и не надо знать меня, ваша светлость, – проговорила она с дрожью в голосе. – Я была вашей шлюхой, а теперь гувернантка вашей же дочери. Зачем вам знать обо мне что-то еще? Ведь я справляюсь со своими обязанностями.

– Я хочу, чтобы вы знали: я не враг вам. Мне кажется, вам нужен друг.

– Мужчины никогда не становятся друзьями своих шлюх и служанок, – возразила Флер.

– Но если вы – шлюха, то я – прелюбодей, изменивший жене. Мы оба грешны. Но вас еще можно понять, вас вынудили обстоятельства… Вам нужно было выжить.

– Да, выжить, – проговорила Флер.

Она почувствовала, как его пальцы коснулись ее руки, лежащей на перилах. Флер вскрикнула в испуге, она хотела отдернуть руку и убежать, но вдруг, вспомнив о Мэтью, поняла, что уже не боится герцога так, как прежде.

Более того, ей почему-то захотелось приблизиться к нему вплотную и положить голову на его широкое плечо.

Флер прикрыла глаза и тотчас же почувствовала, как его пальцы обхватили ее запястье. Это были те же длинные и изящные пальцы, которые когда-то касались ее тела… При этой мысли Флер вздрогнула, но все же не отстранилась, не отдернула руку. Она по-прежнему стояла с закрытыми глазами, вспоминая, как они недавно танцевали вальс.

И вдруг она почувствовала, как герцог поднимает ее руку… и прикасается к ней своими теплыми твердыми губами.

«Боже! О милосердный Боже!»

Затем он приложил ее ладонь к своей щеке и негромко проговорил:

– Я знаю, я совсем не тот человек, который мог бы успокоить вас. И понимаю, что вы должны меня бояться. Но если так получилось, Флер, что вам не на кого опереться, то доверьтесь мне, не бойтесь меня.

– Я всегда сама справлялась с трудностями. Я всегда была одна.

– Всегда одна? Даже после смерти ваших родителей, когда вам было всего восемь лет?

Флер промолчала. Неужели она не ослышалась, неужели герцог назвал ее по имени?

– Идемте в дом. Вы замерзнете.

– Да, идемте, – сказала она.

Герцог взял ее под руку, и они молча направились к дому.

Флер с грустью думала о том, что нынешняя ночь – скорее всего ее последняя ночь на свободе. О, как бы ей хотелось, чтобы рядом с ней в эти минуты был Дэниел…

У ступеней, ведущих к верхней террасе, герцог остановился. Положив ладонь на руку Флер, он тихо проговорил:

– Я хотел сказать вам, что очень сожалею… Я поддался слабости в ту ночь. Я был с вами груб и жесток. Флер, и хочу искупить свою вину. Мне хотелось бы.., что-нибудь сделать для вас.

– Вы уже сделали, что могли. Вы накормили меня и заплатили больше, чем я заслужила. К тому же предоставили мне место гувернантки.

Он пристально посмотрел на нее, и Флер снова охватил страх: все-таки она по-прежнему боялась этого человека.

Герцог наконец выпустил ее руку, и Флер молча, не оглядываясь, стала подниматься по ступеням. Она даже не знала, последовал за ней герцог или нет.

Несколько минут спустя Флер вошла в коридор и побежала к своей комнате. Она бежала так, словно за ней гнались все дьяволы ада.

22
{"b":"5443","o":1}