ЛитМир - Электронная Библиотека

– Прошу простить меня, мисс Гамильтон, но не могли бы вы отпустить вашу ученицу пораньше? Пусть поиграет с моей троицей, – добавил мистер Чемберлен с улыбкой. – Я думаю, что завтра она позанимается подольше, верно, Памела?

– Да-да, лучше завтра! – радостно закричала девочка, вскакивая из-за стола.

– Маленькая проказница. – Взглянув на Памелу, гость снова улыбнулся. Затем повернулся к Флер:

– Я полагаю, мисс Гамильтон, что нам следует уйти отсюда, пусть дети вволю порезвятся на свежем воздухе.

– Да, конечно, – кивнула Флер.

Спустившись по лестнице, они вышли из дома и направились к ближайшей рощице. Дети со смехом и криками бежали впереди.

Флер смутилась, когда гость предложил ей руку, – ведь она была гувернанткой, прислугой…

– Если мы пойдем немного помедленнее, – проговорил мистер Чемберлен, – то дети убегут далеко вперед и нам не придется слушать их крики и споры. Лучше всего обращаться с детьми так, будто вы глухи, немы и слепы, мисс Гамильтон, это я знаю по собственному опыту. Но, конечно, при детях должна находиться опытная няня. Пожалуйста, расскажите немного о себе. Что привело вас сюда?

И Флер снова пришлось лгать и говорить полуправду.

– Вы будете на балу? – спросил мистер Чемберлен, когда они уже возвращались к дому. – Мне хотелось бы потанцевать с вами, мисс Гамильтон.

Ей тоже очень хотелось этого…

Флер отвела леди Памелу в детскую. Затем зашла на минуту в классную комнату – забрать учебник арифметики.

Возвращаясь к себе, она мысленно улыбалась. Как приятно снова почувствовать себя молодой и счастливой… И как хорошо, что такой привлекательный джентльмен пригласит ее потанцевать на балу.

Конечно, она не обольщалась… С мистером Чемберленом у нее не может быть ничего, кроме легкого флирта. И, конечно же, не могло быть и речи о том, чтобы выйти за него замуж. О замужестве Флер даже не мечтала.

Несколько дней спустя ей сообщили новость. Леди Памела, ворвавшись в классную комнату, прямо с порога закричала:

– Папа возвращается! Мама только что получила от него письмо. Он может появиться даже завтра! Папа приедет до того, как начнут собираться мамины гости.

Флер улыбнулась:

– Я вижу, вы очень рады, что ваш папа возвращается.

– Нет, совсем не рада, – заявила девочка. – Я очень сержусь на него.

– Вот как?! Почему же? – спросила Флер.

– Потому что он всегда уезжает. И еще потому, что он прислал вас.

Флер невольно улыбнулась.

– Может, почитаем немного? – предложила она.

– У меня болит голова. – Леди Памела скорчила гримасу. – Я хочу рисовать, – добавила она.

– Хотите что-нибудь нарисовать для вашего папы? Прекрасная мысль. Но все-таки сначала немного почитаем.

Девочка нахмурилась.

– Я скажу папе, чтобы од отослал вас ©братию, – заявила она.

– Вот как? – Флер села рядом с девочкой и, взяв ее руку, раскрыла книгу. – Скажите, вы помните эту букву?

– Это буква А – апельсин, – ответила леди Памела, заглянув в книгу. – А вот остальные я не помню. У меня голова болит.

Флер тихонько вздохнула. Было очевидно, что ей так и не удалось приохотить леди Памелу к чтению. А что, если хозяева ее уволят? Ведь она не справляется со своими обязанностями.

Но ей не хотелось думать об увольнении и о том; что за ним последует. Флер знала: если ее уволят, ей придется возвратиться в Лондон, придется снова выходить к театру…

* * *

Мистер Хаутон служил у его светлости уже более пяти лет, и герцог ценил своего секретаря за ум, трудолюбие и исполнительность. К тому же Питер Хаутон, человек очень осторожный, всегда чувствовал настроение хозяина. Если герцогу хотелось побеседовать, секретарь становился прекрасным собеседником, если же его светлость вдруг мрачнел, секретарь тотчас умолкал.

И сейчас, сидя в экипаже рядом с герцогом, мистер Хаутон молча смотрел в окно. Они уже были в Уиллоуби и проезжали мимо каменной стены, за которой находился парк.

«Интересно, все ли люди скучают по дому так же, как я?» – думал герцог. Он вспомнил, как шесть лет назад вернулся домой после долгого отсутствия. Жена привратника, увидев его, заплакала и поднесла к глазам кончик фартука.

Ее морщинистое лицо расплылось в улыбке, и она присела в реверансе. Он помахал ей рукой. И все слуги высыпали на верхнюю террасу, чтобы приветствовать его; они громко кричали, и он готов был поклясться, что их радость не была притворной.

И Томас.., память многого не сохранила. Но герцог напрасно не подумал о том, что значил для Томаса тот год, в течение которого он, сэр Адам, считался погибшим. Томас побыл немного герцогом Риджуэем, а теперь снова стал просто лордом Томасом Кентом.

Герцог всегда считал, что брат хорошо к нему относится, а теперь? Возможно, лишившись титула и собственности, Томас охладел к нему, забыл…

Он вспомнил, как впервые после долгой разлуки увидел Сибиллу. Сибиллу, о которой он мечтал… Адам до сих пор не забыл, как держал ее тогда в объятиях. В те мгновения она казалась ему еще прекраснее, чем прежде.

Но теперь не стоит о ней думать. Он снова дома, и это – главное, пусть даже в этом же доме находится его жена.

Миссис Лейкок и Джарвис, дворецкий, стояли на ступенях и смотрели на него с обожанием. Он выбрался из экипажа, и миссис Лейкок присела в реверансе, Джарвис же склонился в поклоне. Герцог улыбнулся своим слугам, осмотрелся… Но герцогиня не вышла его встречать, даже в холле не появилась. Вдруг миссис Лейкок доложила, что ее светлость ждет в своей гостиной.

Прошел почти час, прежде чем он увиделся с женой. Сибилле бы не понравилось, если бы любящий муж приветствовал ее в измятом, пусть и дорогом костюме. Пришлось сначала принять ванну и переодеться.

Герцогиня лежала на диване в своей гостиной и не поднялась при его появлении.

– Адам… – проговорила она слабым голосом.

Да, перед ним была все та же красавица, хрупкая, большеглазая Сибилла, которую он когда-то безумно любил.

– Путешествие вас не утомило? – спросила она.

Он наклонился, чтобы поцеловать ее, и она подставила ему щечку.

– Как вы здесь, Сибилла?

Она покраснела:

– Хорошо. Но скучно. Сэр Сесил вчера пригласил меня на обед и ужасно утомил всех рассказами о своей новой лошади и охотничьих собаках. Я уехала очень рано. С трудом сдерживала там зевоту.

– Боюсь, что сэр Сесил – типичный провинциальный джентльмен, – проговорил Адам с улыбкой. – Не устаете ли вы от ребенка?

Герцогиня пожала плечами:

– Почему это вас интересует? Нэнни прекрасно справляется со своими обязанностями.

– Я очень ей благодарен. А как Памела?

– Неплохо. Вот только эта гувернантка… Бедная малышка… Адам, нельзя ли обойтись без нее? Зачем вы ее сюда прислали?

– Она плохо справляется со своими обязанностями?

– Памеле еще рано проводить столько часов в классной комнате. И ей не нравится эта гувернантка. Мне хотелось бы знать, почему вы ее взяли, Адам.

– Ее нанимал Хаутон, – ответил герцог. – А кого вы сюда приглашали?

– Кое-кого из знакомых. Здесь так скучно… Особенно без вас.

– Вы же знаете, что могли поехать со мной. Можно было взять с собой и Памелу. Я показал бы ей Лондон.

– Но вы сами знаете, что произошло бы в таком случае.

Стоит только мне кому-нибудь улыбнуться, как вы сразу начинаете ревновать. Вы всегда такой, Адам. Вам ужасно не нравится, когда я чему-то радуюсь. Вы приехали домой, чтобы снова портить мне настроение? Будете коситься на моих гостей?

– Каких гостей?

– Вы просто несносны… – Голубые глаза Сибиллы наполнились слезами. – Вы узнали про бал?

– Про бал? – переспросил герцог.

– Он состоится после того, как приедут все приглашенные. А я пригласила всех, Адам, никого не забыла.

– Вы задумали устроить бал в мое отсутствие? А нашим соседям это не покажется странным, Сибилла?

– Что же мне остается? Ведь вы сбегаете от меня в Лондон и там развлекаетесь в свое удовольствие. Вот я и решила устроить бал. Бал под открытым небом. Музыкантов можно расположить в павильоне. Площадку для танцев устроят на западном берегу озера, где обычно. И повсюду развесят фонари. Кроме того, гостям будут подавать прохладительные напитки. Надеюсь, что дождя не будет.

8
{"b":"5443","o":1}