ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Я никогда не обещала тебе сад из роз
День Нордейла
400 страниц моих надежд
15 минут, чтобы похудеть! Инновационная книга-тренер
Кровь деспота
Дори и чёрный барашек
Из ниоткуда. Автобиография
Девочки
Реплика

— Да, — ответила Шерон. Она берегла в памяти каждое мгновение, проведенное с ним. Она всегда будет помнить об этом.

— Я хочу, чтобы ты осталась. — Он положил руку ей на плечо, легонько сдавив его.

— Нет. — Она знала, что случится, если она останется. Она знала, что слаба перед ним. Нет, она уедет. Завтра же. А лучше было бы уехать еще на прошлой неделе.

— Шерон, — сказал Алекс, — я не знаю, захочется ли мне что-то делать, если рядом не будет тебя. Я не представляю себе жизни без тебя. Я не смогу жить без тебя.

Шерон так верила в его благородство. Даже когда они возвращались из Ньюпорта и она почти ждала, что он возобновит свое предложение, какая-то часть ее все же надеялась, что он останется честным и благородным, что он позволит ей уехать.

— Не надо, — сказала Шерон и, не в силах справиться с собой, положила голову ему на плечо. — Я не могу пойти на это, Александр. Может быть, какое-то время мы и могли бы радоваться нашему счастью, но лишь какое-то время. Люди отвергнут меня, если я стану твоей любовницей. Не проси меня об этом. Я знаю, что я не поддамся искушению, но я не хочу вспоминать тебя как искусителя. Я хочу вспоминать о тебе как о честном и благородном человеке, который достоин любви и уважения.

— Шерон… — выдохнул он. Его губы были в дюйме от ее губ. Она не дала ему договорить.

— Люби меня, — сказала она, закрывая глаза и обнимая его за шею. — Пусть это будут наши последние минуты любви. Но потом разреши мне уйти. Разреши мне быть свободной. — Из глаз у нее текли слезы.

Он стиснул ее плечи и повернул к себе.

— Я не прошу тебя стать моей любовницей, Шерон, — произнес он. — Я прошу тебя стать моей женой.

Шерон ощутила, как остатки воздуха толчками вырываются из ее груди.

— Нет, — прорыдала она. — Нет! — Это было так сладко и настолько несбыточно, что она боялась поверить своим ушам.

— Я люблю тебя, — сказал Алекс, — и ты знаешь об этом, Шерон. И я знаю, что ты любишь меня.

Шерон уткнулась лицом ему в плечо, беззвучно рыдая.

— Александр, — наконец выговорила она, — Александр, это невозможно! Мы не можем… Прошу тебя… Я ведь уже смирилась с тем, что это невозможно. Я завтра уеду. Позволь мне уехать, пожалуйста, позволь мне уехать!

Алекс молча качал ее в своих объятиях. Она знала, что он ждет, когда она успокоится. Знала, что он не позволит ей уехать. Знала, что он не захочет смириться с несбыточностью, как смирилась она. «Я прошу тебя стать моей женой». Неужели он действительно сказал это? Женой. Она будет женой Александра? Его другом и товарищем? Его любовницей? Матерью его детей? Его женой?

Она обмякла в его руках.

— Мы оба вдовцы, — заговорил он. — Мы не связаны никакими обязательствами. Мы любим друг друга, и мы любовники. Так что же может помешать нам стать мужем и женой?

На секунду ей показалось, что действительно нет никаких препятствий их браку, но только на секунду.

— Ты граф Крэйл, — сказала она. — А я никто, да еще и незаконнорожденная. Обязательно найдутся люди, которые скажут, что я не заслуживаю быть даже твоей любовницей.

— А я объясню им, что это не их дело, — ответил Алекс.

— Александр. — Она глубоко вздохнула. — Все это не так просто. Ты ведь знаешь, что это непросто.

— Конечно, непросто. — Он приподнял за подбородок ее лицо и поцеловал в губы. — Очень непросто. Тебе будет непросто жить той жизнью, которой живу я, не говоря уже о жизни в Англии. Я прекрасно понимаю, что тебя не сразу примут в том кругу. Я знаю, что тебе будет трудно принять на себя обязанности хозяйки замка. Я знаю, что, когда наши дети вырастут, им придется столкнуться с плохо скрываемым презрением отпрысков аристократических семей. Я знаю, что на твою долю выпадет немало обид и страданий и что я никогда не смогу забыть, что причина этих страданий — я. Но подумай, Шерон, неужели ты действительно хочешь другой жизни? Что тебя ждет, если ты не выйдешь за меня?

И в самом деле — что? Месяц или даже два ей придется жить в том самом доме, где она жила девочкой с матерью. А потом чужие люди, незнакомое место и новая работа. Новая жизнь. И никакого Александра.

— Ты будешь стыдиться меня, — слабо возразила она.

— Никогда! — горячо воскликнул Алекс. Он все еще держал ее за подбородок и смотрел ей в глаза. — Вот этого не будет никогда, Шерон. Запомни это раз и навсегда. Выходи за меня замуж, Шерон. В нашей жизни так много правил, законов, предписаний! Пока я шел сюда, я спрашивал себя, почему люди должны жить в соответствии с какими-то неизвестно кем придуманными предписаниями? Шерон, неужели мы сейчас расстанемся, чтобы никогда больше не увидеть друг друга, только потому, что кому-то может не понравиться наш союз? Мы ведь нарушим даже не закон, а лишь перешагнем через нелепую условность. Неужели мы всю жизнь должны прятаться друг от друга только потому, что родились на разных ступеньках общественной лестницы? Я не вижу другой причины. Или я ошибаюсь?

Она не могла и не хотела придумывать никаких причин. Если бы она могла сейчас видеть что-то другое, кроме его небесно-голубых глаз, она, возможно, смогла бы поразмышлять над этим. Но Алекс крепко держал ее за подбородок, и в ее силах было только зажмуриться, чтобы не видеть их, но и этого она не хотела делать.

— Александр, — прошептала она. Но вдруг как бы опомнилась: — А как же Верити?

Он улыбнулся:

— Ты хватаешься за соломинку. Да когда Верити узнает, что ты станешь ей матерью, то от восторга дня три будет скакать по окрестным холмам!

Шерон рассмеялась.

— Скажи, ты не могла забеременеть в прошлый раз? — вдруг спросил он.

Она пожала плечами и почувствовала, что краснеет.

— Могла, — ответила она, — хотя у нас была только одна ночь.

— Но зато я четырежды атаковал тебя, — с улыбкой сказал Алекс. — Если бы знать наверняка, Шерон, мы бы уже давно отбросили ненужные споры. Надеюсь, ты понимаешь, что я желаю, чтобы все мои дети были рождены в законе. — Его улыбка потеплела. — Я хочу, чтобы у нас были дети, любимая. Я хочу дать тебе сына, чтобы ты не горевала о смерти Дэффида, хотя наш ребенок никогда не сможет занять его места в твоей душе. Он навсегда останется твоим первенцем, как Верити для меня. Но я хочу, чтобы у нас с тобой были и сыновья, и дочери. Как по-твоему, это не слишком?

Все ее тело, вся ее женственность пульсировали от желания, от желания иметь их общего ребенка. Шерон покачала головой.

Алекс заглянул ей в глаза.

— Что означает твой ответ? — спросил он. — Не слишком? Или, наоборот, ты не хочешь иметь от меня детей?

— Александр, — прошептала она.

Он положил ее голову себе на плечо, крепко обнял ее и замер. Он ждал ответа. Она знала, что он исчерпал все аргументы. Кроме одного, который пока оставался в запасе и который, несомненно, должен был сработать. Но она знала, что он не использует его, пока она не даст ему ответ.

В конце концов, он оставлял ей свободу выбора. Свободу принять решение. Именно поэтому он заставил ее положить голову ему на плечо. Он даже взглядом не хочет подталкивать ее к ответу. Это должен быть только ее выбор.

Она так хорошо себя чувствовала с ним, прильнув к его плечу, вдыхая его запах.

— Мы будем все время жить в Англии? — спросила она.

— Вряд ли, — сказал он. — Скорее наоборот — мы будем бывать там очень и очень редко. Еще до того, как я чуть-чуть узнал Кембран, Шерон, у меня появилось странное чувство, что я приехал домой. И я вновь остро почувствовал это сегодня, когда принял решение уехать в Англию, чтобы ты могла остаться здесь. У меня появилось чувство, что я не возвращаюсь домой, а, наоборот, уезжаю из дома.

— Ты был готов уехать, чтобы я могла остаться? — переспросила Шерон.

— Я и сейчас готов, — сказал Алекс. — Если кому-то из нас обязательно нужно уехать, то это сделаю я. У тебя гораздо больше прав на то, чтобы остаться здесь. И ты гораздо больше потеряла бы, уехав отсюда.

Шерон задумалась.

— Нет, — наконец сказала она, — мы потеряли бы одинаково много, Александр. Мы потеряли бы друг друга.

90
{"b":"5445","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Мир внизу
Охота на охотника
Страсти по Адели
15 минут, чтобы похудеть! Инновационная книга-тренер
Приморская академия, или Ты просто пока не привык
О чем весь город говорит
Игра мудрецов
Не дыши!