ЛитМир - Электронная Библиотека

Сумеет ли она устоять перед ним? Захочет ли устоять? Хватит ли у нее силы воли? Ах, все это так похоже на…

Как темно! Ее глаза еще не привыкли к темноте, хотя она и просидела в музыкальной гостиной с полчаса, даже дольше. А он и во мраке двигался быстро и уверенно.

– Как темно! – проговорила Кэтрин. И тут же с досадой отметила, что голос ее дрогнул.

Виконт остановился, повернул ее лицом к себе и поцеловал. Поцелуй был долгий и страстный.

– С вами ничего не случится, – сказал он. – Я славился в армии своей способностью видеть в темноте. Кроме того, я часто приезжал сюда, когда был мальчишкой. И отыскал бы здесь дорогу даже с закрытыми глазами.

С вами ничего не случится. Она едва удержалась от смеха.

Когда они шли среди деревьев, стало еще темнее. Если вытянуть перед собой руку, то не увидишь ее, – подумала Кэтрин. А земля под ногами была очень неровной. Но виконт заботливо привлек ее к себе и чуть замедлил шаг. Он, кажется, и в самом деле знает, куда идти. И все же она ждала, когда он остановится. Ждала... что он попытается овладеть ею. Впрочем, Кэтрин не была уверена, что это случится. Она ни в чем не была уверена.

– Ну вот и пришли, – сказал он после долгого молчания. – Я знал, что не забыл дорогу.

Теперь она действительно видела почти все. Видела слабый отсвет пламени между стволами деревьев, на щеколде калитки. И видела ограду и дорогу, пролегавшую всего в нескольких шагах от ее жилища. Значит, он и в самом деле вывел ее прямо к дому. Кэтрин вздохнула с облегчением. Это ведь гораздо лучше, чем идти по подъездной аллее и потом через деревню. Хотя уже и поздний час, все равно в деревне их могли увидеть.

Ужасно неприлично находиться наедине с виконтом в такое позднее время.

Он подошел к калитке и открыл ее. Внимательно осмотрелся.

– Никого. – Он протянул ей руку. Теперь она уже отчетливо все видела. Калитка была открыта, а за ней виднелся кусочек неба. – Пойдемте.

Но Кэтрин отступила.

– Теперь я и сама дойду. Благодарю вас. Было очень любезно с вашей стороны проводить меня, милорд. Он усмехнулся.

– Что ж, настала моя очередь отвесить вам самый изящный из моих поклонов и произнести блестящую речь по поводу того, какое я испытал удовольствие и какую честь вы мне оказали. Пойдемте. Я провожу вас. Вдруг здесь, у самого дома, вас поджидает шайка или даже две шайки разбойников? Как же я смогу простить себе, если с вами что-то случится?

Через открытую дверцу в ограде на его лицо упал отсвет звездного неба. Он смеялся над ней. И был очень красив. Сегодня она с ним танцевала вальс – два раза. Сначала – в бальном зале, потом – в музыкальной гостиной, где вальс превратился в танец сладострастия. Музыка явилась лишь поводом для того, чтобы их тела, соприкасаясь, двигались в едином ритме. Роули поцеловал ее сегодня вечером, и она его поцеловала.

Если до этого еще и оставались какие-то сомнения, то теперь все они исчезли. И рухнули все стены, все бастионы, которые Кэтрин возводила вокруг себя последние пять лет. Кэтрин больше не могла делать вид, будто она не молодая женщина со всеми естественными желаниями. И наверное, эти желания не проходят сами по себе. Глупо было с ее стороны убеждать себя в обратном.

– Пойдемте, – повторил виконт, и она не смогла отказать ему.

Не замечая его протянутой руки, она проскользнула мимо него и вышла на дорогу, В этот момент все происходящее с ней казалось нереальным. Виконт шагнул следом за Кэтрин, закрыл, калитку и снова обнял ее за талию, укутав своим плащом.

Они подошли к коттеджу. Когда она взялась за ручку двери, залаял Тоби. Его лай, нарушивший ночную тишину, показался оглушительным. Кэтрин, поспешившая успокоить собаку, даже забыла повернуться к лорду Роули, пожелать ему спокойной ночи и закрыть дверь.

– Молчать, сэр, – проговорил виконт негромко, но твердо, и Тоби тотчас замолчал, завилял хвостом и потрусил на кухню – без сомнения, в свое уютное кресло-качалку.

Потом входная дверь закрылась, прихожая погрузилась в темноту, и Кэтрин оказалась в объятиях виконта. Он снова прикрыл ее плащом, и они снова целовались.

Однако этот поцелуй совершенно не походил на предыдущие. Во всяком случае, Кэтрин так казалось. Это было нечто невыносимо сокровенное, почти как… Его руки скользнули под ее плащ и коснулись груди, соски тотчас же набухли и отвердели, а все ее тело охватили дрожь и томление.

Потом его руки скользнули ниже и легли на ее ягодицы. Виконт крепко прижал Кэтрин к себе, и она ощутила, как он возбужден.

Наверное, так чувствует себя утопающий, подумала Кэтрин. Утопающий, отчаянно пытающийся выбраться на поверхность и глотнуть воздуха, хотя больше всего ему хотелось бы сдаться, прекратить борьбу, – и пусть случится то, что должно случиться.

– Кэтрин, – прошептал виконт с хрипотцой в голосе. – Кэтрин, какая вы красивая!

Мысли ее путались, и она никак не могла привести их в порядок. Она машинально ерошила пальцами его волосы, такие густые и шелковистые.

– Проведите меня наверх, – проговорил он ей в ухо. – Полагаю, там нам будет удобнее.

Удобнее… Там будет удобнее отдаться наслаждению. Хотя это никогда не доставляло ей наслаждения, она знала, что с ним его испытает. Сейчас. Сегодня ночью.

Она уже не помнила, почему прежде противилась желанию стать его любовницей. Ей так хотелось принадлежать этому мужчине… Именно этому. Он нужен ей.

Стать его любовницей? Надолго ли? На неделю-другую, пока он в Боудли? За это время она ему надоест. Виконт не возьмет ее с собой, хотя и предлагал это недавно. И она опять останется одна. Каково это будет – чувствовать одиночество и пустоту, побыв недолгое время его любовницей?

А может, она не останется совсем одна? Может, забеременеет?

Виконт целовал ее в шею, в подбородок, поцеловал в губы.

– Идемте, – сказал он.

– Нет. – В ее голосе не было уверенности. Но она знала, понимала, что должна отказать. – Нет, – повторила она.

Виконт чуть отстранился. Интересно, видит ли он ее в темноте? Его лицо казалось просто тенью.

– Вы ведь не собираетесь упрямиться, не так ли? – спросил он.

– Собираюсь. – Голос ее окреп. – Я упряма. И хочу, чтобы вы сейчас ушли. Прошу вас.

– Господи! – Она прижалась к стене, и он снова к ней приблизился. – Неужели я так глуп? Неужели у меня настолько разнузданное воображение, что я неверно истолковал вашу отзывчивость? Когда мы вальсировали в первый раз. И в музыкальной комнате. И по дороге домой. И здесь. Не мог же я вообразить все это. Вы пылаете так же, как и я.

– И поэтому мы с вами должны лечь в постель? Очень логично.

– Да, должны, – сказал он с раздражением в голосе. – Да, логично. Кэтрин…

– Я не стану вашей любовницей.

– Почему же? Почему же нет? Вы думаете, я буду плохо с вами обращаться? Но подобное не в моих правилах. Даже в этот момент ее пронзило предательское желание.

– Я не стану вашей любовницей. Ни за что! – заявила Кэтрин. – И я вовсе не должна объяснять почему. Я уже говорила вам об этом. Я пыталась скрыться от вас в музыкальной гостиной. Пыталась отговорить вас, когда вы хотели проводить меня домой. Хотела остановить вас, когда вы последовали за мной, выйдя из парка. Совершенно очевидно, что я вам отказывала.

– И столь же очевидно, что вас влекло ко мне, – проговорил виконт с досадой. – Вы хотите выйти замуж, не так ли, Кэтрин? Вы высоко цените ваши прелести. Что ж, я готов заплатить. Выходите за меня.

Потрясенная его словами, Кэтрин молчала.

– Вы готовы жениться на мне, – проговорила она наконец, – ради того, чтобы лечь со мной в постель?

– Вот именно, – ответил виконт. – Если нет другого способа. Вы удовлетворены?

– Да, удовлетворена, – сказала Кэтрин, внезапно успокоившись: теперь она уже не чувствовала прежнего желания. Он протянул к ней руки, но она отстранила их. – Я удовлетворена тем, что сохраняла здравомыслие на протяжении этих двух недель. Я, милорд, не просто привлекательная женушка. Не игрушка. И я никак не могу согласиться с вашими высокомерными утверждениями, будто несколько поцелуев – это вполне достаточно, чтобы закрепить за вами право пользоваться моим телом. С тех пор как я впервые обозналась, приняла вас за вашего брата и улыбнулась, вы только и делаете, что преследуете меня. Хотя я вполне ясно сказала вам “нет”, когда вы в первый раз приходили ко мне. Вы просто не в состоянии поверить, что найдется безумная женщина, которая вам откажет. Так вот, эта женщина предпочитает быть безумной, но не станет вашей собственностью.

28
{"b":"5446","o":1}