1
2
3
...
10
11
12
...
86

Александра сложила руки перед собой, высоко подняла голову и перевела взгляд на отца.

— Позволь мне представить тебе лорда Идена, Александра, — произнес лорд Бекворт.

Она поглядела на гостя и кивнула головой.

— Мисс Парнелл, — поклонился он в ответ.

— Лорд Иден просит разрешения переговорить с тобой наедине, Александра, — продолжил отец. — У него есть десять минут. Надеюсь, ты внимательно выслушаешь его и примешь верное решение. Через десять минут удалишься в гостиную своей матери.

— Да, папа, — ответила она.

Но не успел отец закрыть за собой дверь, как Александра поняла — это вовсе не повторение вчерашнего дня. Лорд Иден в отличие от своего брата не остался стоять у окна, заложив руки за спину. Он поспешил к ней, на лице — живое участие и тревога.

— Представляю, как вы ненавидите меня, мисс Парнелл! — горячо воскликнул он. — Должно быть, сгораете от желания пустить мне пулю в лоб. Я ужасно виноват перед вами и понятия не имею, с чего начать, как вымолить у вас прощение. Сказать, что я сожалею, конечно же, недостаточно, но никаких других подходящих слов мне просто в голову не приходит.

Александра заглянула в его по-мальчишески искреннее лицо. Он вряд ли старше ее самой, этот монстр — воплощение греха и порока, которого она нарисовала себе за ночь пережитого ужаса и следующую — тоскливого заключения.

— Вам не стоит больше волноваться об этом, милорд, — сказала она. — Я уже простила вас. Разве лорд Эмберли не передал вам?

— Он действительно сказал, что вы повели себя на удивление благородно, учитывая все произошедшее. Но я поверить не могу, что вы в состоянии извинить меня, мисс Парнелл. Вряд ли можно придумать нечто более непростительное.

— Мы все нуждаемся в прощении, — заметила Александра. — Как мы можем надеяться получить его, если сами не готовы простить?

— Вы слишком добры ко мне. Я этого не заслуживаю. Я пришел все уладить, если это возможно. Знаю, вы вряд ли захотите выйти за меня. Наверняка желаете увидеть меня на дне самого глубокого океана. Я слышал о вашей предстоящей помолвке с герцогом Петерлеем и понимаю, что не могу соперничать с ним. Но в одном вы можете быть абсолютно уверены — став вашим мужем, я всю оставшуюся жизнь положу на то, чтобы искупить свою вину.

Александра удивленно распахнула глаза.

— О! Вы тоже пришли сделать мне предложение? В этом нет никакой необходимости, милорд, я еще вчера сказала об этом лорду Эмберли. Я благодарна вам за ваши извинения, хотя я уже простила вас.

— Но вы должны выйти за меня! — по-детски простодушно заявил он. — Я же скомпрометировал вас! Мне ужасно жаль, что у вас не осталось выбора, но это действительно так.

— Людям не обязательно знать о том, что произошло, — пожала плечами Александра. — К тому же это просто нелепая ошибка, не более того. Я искренне верю, что она заставит вас задуматься, милорд.

Лорд Иден потянулся к ней и схватил за руку. Александра смущенно уставилась на их сомкнутые ладони, не представляя, надо ли вырвать свою руку или можно оставить все как есть. Похоже, посетитель не отдает себе отчета в своих действиях.

— Все уже в курсе, — известил он ее. — Разве вы этого не знали? А я и не подозревал. Похоже, зря мы понадеялись на благоразумие слуг, не настолько они честны, как нам казалось. Эмберли уже уволил не в меру говорливого лакея, но дело-то сделано, ничего не поправить. Боюсь, ваша репутация сильно пострадала.

— Какая нелепица! — Александра отвернулась от него и, воспользовавшись этим, осторожно высвободила свою руку. — Моей вины в этом нет. Это любой поймет. А вы просто-напросто допустили ошибку. Это тоже каждому понятно. Люди наверняка сочтут происшествие забавной шуткой и от души посмеются, только и всего. Конечно, дня два-три мне будет неприятно появляться на публике, но смех еще никому не повредил. Хуже мне от этого не станет.

Лорд Иден провел рукой по волосам, взъерошив прическу.

— Не в моих правилах спорить с женщиной, но хорошо ли вы знакомы с нравами нашего общества, мэм?

— Всю жизнь я провела в поместье своего отца, — сказала она, — но уверяю вас, лорд Иден, мое воспитание позволяет мне судить о том, что хорошо и что плохо. И я полагаю, любой, кто претендует называться леди или джентльменом, тоже понимает разницу. Вряд ли эти люди обделены здравым смыслом.

— О Господи! — вырвалось у Идена.

— Стало быть, сами видите, — вынесла Александра окончательный вердикт, — вам не о чем тревожиться, милорд. Но все равно спасибо за визит и за предложение. А теперь позвольте пожелать вам всего хорошего. Отец отвел на разговор десять минут, а он не терпит непослушания.

— Мисс Парнелл! — Иден снова протянул ей руки, стиснул ее маленькие ладошки. — Я умоляю вас передумать! Вы даже не представляете, с чем вам придется столкнуться, когда вы переступите порог своего дома. И виной всему я! Выходите за меня. Обещаю вам, я не буду суровым мужем. Я стану относиться к вам со всем уважением и любовью. Прощу вас, выходите за меня! Разрешите мне взять вас под свою защиту!

Его слова тронули Александру до глубины души.

— Спасибо, — произнесла она. — От всего сердца благодарю вас. Но я должна выйти за его сиятельство герцога Петерлея. Договоренность эта заключена меж нами давно, я тогда еще была совсем ребенком. А теперь мне пора, милорд. Отец будет сердиться, если я ослушаюсь.

Сама того не замечая, она пожала в ответ его пальцы и выскочила из комнаты, не дав ему шанса продолжить свои настоятельные просьбы. Девушка побежала наверх, в гостиную своей матери, благодаря Бога за то, что этот унизительный инцидент наконец-то исчерпан.

Лорд Эмберли сидел в покоях миссис Борден и слушал ее. Или, лучше сказать, делал вид, что слушает. Она рассказывала ему о сборнике стихов, который ее последняя протеже презентовала накануне вечером. Он улыбался, кивал головой, не сводил с нее глаз, но в то же время никак не мог сосредоточиться на ее словах.

— Как странно, что ты пришел ко мне днем, Эмберли, — неожиданно сказала она, прервав свой рассказ на полуслове.

— Что? — переспросил он. — О да, наверное. Ты против, Юнис? Я отрываю тебя от какого-нибудь важного дела?

— Вовсе нет, — заверила она его. — Я хотела почитать, но с удовольствием заменю книгу разговором с тобой. Что-то случилось?

Лорд Эмберли покачал головой и улыбнулся:

— Нет, ничего не случилось, просто мне захотелось побеседовать со здравомыслящим человеком.

Миссис Борден внимательно посмотрела на него.

— Если хочешь, мы можем перебраться в спальню. День не слишком подходящее время для подобного рода занятий, но это не имеет особого значения, если тебе это действительно нужно.

— Тебе будет неловко заниматься любовью при свете дня, Юнис? — спросил он, усердно растягивая губы в улыбке.

— Думаю, да, — откровенно призналась она. — Хотя в конце концов какая разница, когда это происходит, днем ли, в темноте ли. Глупо стесняться. Пошли, Эмберли, я вижу, тебе этого хочется.

Он поднялся на ноги и виновато взглянул на нее.

— Ты очень добра ко мне, Юнис. Читаешь меня словно открытую книгу, так ведь?

— Я прекрасно вижу: тебя что-то беспокоит, и я нужна тебе. Может, потом мы сможем обсудить это. Но если только ты захочешь. Я не собираюсь совать нос в твои дела.

Вскоре Лорд Эмберли убедился, что на деле она оказалась так же хороша, как и на словах. Если Юнис и было неловко, она ничем не выдала своего стеснения, позволив ему насладиться постельными утехами гораздо дольше обычного, а затем провалиться в благословенное небытие. Проснувшись, он увидел, что она лежит в привычной позе — на спине, ноги сомкнуты и вытянуты, руки сложены на одеяле, глаза открыты. На мгновение он ощутил укол раскаяния за то, что не мог дать ей наслаждения. Но похоже, она не искала услады, и когда однажды он попытался приласкать ее, открыто заявила, что в этом нет никакой необходимости.

Он высвободил руку и провел согнутым пальцем по ее щеке.

11
{"b":"5449","o":1}