ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

За время, прошедшее со дня исчезновения Марины, Нертов то и дело пытался заново просчитать ее поведение. Он уже не был столь уверен в искренности девушки в ночь их близости.

— Чего она тогда добивалась? — Думал он — Может просто нашла единственный логичный выход, дабы предотвратить расплату, а самой продолжить игру?

Не случайно Алексей внутренне похолодел, услышав от Раскова об убийстве Тишко. Как бы выглядел начальник службы безопасности, найди оперативники рядом с трупом табельное оружие Нертова? — Ни один прокурор не стал бы долго раздумывать, давая санкцию на задержание и арест владельца орудия убийства. Пришлось бы нынче лично беседовать с опальным Никитиным, сидя с ним на одних нарах. «Короче, — подвел черту Алексей, — никаких марин. Чем меньше чувств — тем крепче спишь. А вот найти ее надо как можно быстрее. Хотя бы для того, чтобы отобрать собственное оружие».

В то же время в Нертове начинал говорить несостоявшийся оперативник: «А тебе что, не важно, каким образом сумел зацепить девчонку этот Шварц-Тишко? Почему именно она? Откуда бывший прапорщик узнал о существовании Марины и ради каких целей не поскупился потратить несколько тысяч долларов? Исходя из ориентировочной стоимости киллерского заказа, ставки в игре были очень высоки. Только я этих правил, к сожалению, пока не знаю».

Нертов понимал, что вербовка Шварцем Марины не была спонтанной — за ней стоял очень трезвый расчет. Только вопрос: какой? И еще один вопрос, на который Алексей не мог найти ответ: кто стоял за самим Тишко? Было очевидно, что у него не могло быть собственных интересов организовывать убийство директора завода — не того полета птица, просто исполнитель. Следовательно, где-то неподалеку ходит довольный заказчик. Сбежала одна исполнительница и погиб другой? — Это не означает невозможность найти третьего. А первой жертвой опять же будет Нертов-старший. То есть, Марину обязательно придется разыскать. Хотя бы для того, чтобы попытаться с ее помощью вычислить пресловутого заказчика.

Алексей поймал себя на мысли, что думал о «первой» жертве. «Правильно, — решил он, — жертв должно быть больше. Судя по количеству вбуханных в девушку денег, у заказчика неплохой аппетит. Кто подходил для роли заказчика Алексей знал почти что наверняка. Только сегодня проверить свои знания не было никакой возможности — у Шварца уже не уточнишь — какой с покойников спрос? У самого заказчика поинтересоваться: «А не вы ли, уважаемый, мечтаете убить моего папу?» было явно глупо. Больше никто ничего подсказать не мог.

«Стоп! — Оборвал себя Алексей, — почему никто?» И он начал накручивать номер телефона отца, чтобы предупредить того о приезде…

* * *

Неизвестно, чем бы могла закончиться вся история, не прибеги к нему домой взбалмошная Светлана с чемоданом компроматов от собственного мужа. Не разругайся она с благоверным, не доведи его до сердечного приступа (а в причине Алексей практически не сомневался, неоднократно испытав на собственной шкуре Светкины фортели), не узнал бы Нертов о записной книжке чиновника. Именно благодаря Светлане удалось ознакомиться с затейливой монограммой «С.Б.Ц.» на золотых часах, которая и стала, по сути, ключом к разгадке истории с отцом Алексея.

Нертов усмехнулся, вспомнив гнев своего родителя, проведавшего, что сынок по возвращении из армии не к родным пенатам сразу направился, а провел некоторое время с бывшей женой. «Знал бы отец, какую услугу экс-невестка ему оказала»!…

Заводскую проходную удалось миновать, даже не предъявив документов. Областной городок — не Питер, тут все друг дружку знают в лицо, тем более, директорского сына. И секретарша лишь утвердительно кивнула головой, когда Алексей, направляясь в кабинет генерального, попросил, чтобы того ни с кем пока не соединяли.

Чтобы не затягивать разговор, Нертов-младший сразу же положил на стол перед отцом записную книжку Лишкова, раскрыв ее на нужной странице. Генеральный директор, едва взглянув на записи, поднял на сына глаза. Алексею стало неуютно — слишком жалким и затравленным показался взгляд обычно уверенного в себе и не терпящего возражений родителя.

— Это что? — Почти беззвучно шевеля губами, переспросил Нертов-старший, надеясь, что ошибся.

Но Алексей уже справился со своей слабостью и сухо констатировал:

— Это? — Все просто: стрелка справа — ты одолжил, стрелка слева — тебе денег ссудили. Объяснять дальше?..

— Откуда это у тебя? — Юрий Алексеевич дрожащими руками пытался извлечь из пачки сигарету.

— Наследство. Одного из твоих подельников, ныне покойного, вслед за которым тебя чуть было не отправили… Но, отец, меня сейчас больше интересует эта страница, — Алексей перелистнул книжку до буквы «Ц», — мне нужно знать всю правду. Хотя бы для того, чтобы моя мать не осталась завтра вдовой…

Нертов-старший как-то обреченно махнул рукой и начал говорить.

— Понимаешь… Тут были сложные обстоятельства… У человека возникли серьезные проблемы, и я не смог ему отказать… Да, пока у него нет возможности вернуть эти деньги. Но он обещает… — Генеральный директор вдруг словно спохватился и начал говорить быстрее. — Он обещает все вернуть. С процентами. В самое ближайшее время…

— Здесь все записано? — Алексей кивнул в сторону книжки. — Или еще какие-нибудь операции были?

Юрий Алексеевич лишь неопределенно пожал плечами. Ему было трудно достойно объяснить сыну, откуда появились все эти цифры с большим количеством нулей, которыми кредитовался человек с инициалами «С.Б.Ц.», значащимися на часах с монограммой и в записной книжке Лишкова.

— Отец, ответь еще на один вопрос. Только честно: этот человек мог быть заинтересован в смерти Лишкова?

— Естественно, — вырвалось у Нертова-старшего, но он тут же попытался защитить своего компаньона, — только не мог он пойти на это. Мы уже несколько лет работали вместе… Подожди-ка, а ты что думаешь, не было никакого инфаркта?

— Был. Я сам читал заключение паталогоанатомов. Там все чисто. Тем не менее, у меня есть основания полагать, что все произошло не без хотя бы косвенного участия твоего знакомого. Кстати, что бы он выиграл от смерти Лишкова? — Поинтересовался Алексей, помня о том, что лишь минуту назад отец с уверенностью говорил о выгоде смерти чиновника для «С.Б.Ц.».

— Деньги. Со смертью все долги «черным налом» списываются.

— И которые должны тебе тоже? — Зло переспросил Алексей.

Нертов старший грузно навис над столом: «Ты что, хочешь сказать, что… думаешь, это он меня заказал»?

— Практически не сомневаюсь, — глядя прямо в глаза отца, ответил Алексей, — только сейчас тебе все-таки придется сидеть спокойно. А работать буду я. Это не твоя игра и не твои правила. На сколько я понимаю, других заинтересованных людей в твоей смерти не существует. Или у тебя еще какие-нибудь идеи есть? Так ты скажи лучше сейчас. Пока не поздно.

Юрий Алексеевич угрюмо промолчал.

— Слушай, а тебе о чем-нибудь говорит имя — Марина Андреевна Войцеховская?

Нертов-старший почти не раздумывая, ответил, что слышит об этой барышне впервые, и осведомился, какое отношение она имеет ко всей истории.

— Да так, — уклонился от прямого ответа Алексей, — просто к слову пришлось. Не забивай себе голову.

Вскоре, простившись с отцом, он уже ехал обратно, в сторону Петербурга, где теперь следовало бы плотнее заняться обладателем инициалов «С.Б.Ц.»

* * *

Для следствия никаких улик против «С.Б.Ц.» не было. Одна записная книжка Лишкова для правосудия еще ничего не доказывала и, кроме того, подводила под удар Нертова-старшего. О том, чтобы вывезти злодея куда-нибудь за город и там тихонечко похоронить Алексей даже не думал — бандитские методы ему претили. Рассчитывать же на «чистосердечное раскаяние» заказчика убийства было бессмысленно, поэтому срочно следовало придумать какую-то комбинацию, после которой «С.Б.Ц.» вынужден был бы заговорить или, во всяком случае, отказаться от своих планов. Оптимальным было бы, конечно, накопать на злополучного заказчика компромат и «слить» его в милицию или в прокуратуру, чтобы «С.Б.Ц.» надолго оказался за решеткой. Только вся загвоздка заключалась в том, что нужного компромата не было. Даже материалы наружного наблюдения за киллером и Мариной тоже были бесполезными — любые доказательства, полученные с нарушением требований УПК — Уголовно-процессуального кодекса, судом будут отвергнуты. Кроме того, ни Шварц, ни, тем более Марина, ни разу не упоминали имени заказчика.

72
{"b":"544998","o":1}