ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Со стороны Анатолия Семеновича составление такого завещания было шагом крайне непорядочным: ведь все члены совета, где он председательствовал, договорились составить свои завещания именно в пользу друг друга. Впрочем, что еще можно было ожидать от генерального директора «Транскросса»? — Даже на фоне не очень разборчивых в средствах российских бизнесменов, Даутов выделялся особой нестандартностью в разрешении трудных проблем.

Еще свежа в памяти была история, когда, после приватизации фирмы ее работники вдруг прониклись такой любовью к своему руководителю, что стали повально дарить или продавать за бесценок свои акции лично генеральному директору. Никто тогда не обратил внимания, что люди, расставшиеся с ценными бумагами, также чуть ли не «рядами и колоннами» стали уходить из фирмы «по собственному желанию». В результате у Даутова в руках сосредоточилось более трети всех акций фирмы. Практически никто не знал, каким образом генеральный директор умудрился прикупить еще двадцать процентов акций на конкурсе-тендере, проводимом несколько позднее в Фонде госсобственности. Некогда об этом мог бы поведать один из чиновников этого учреждения, ныне покойный Владимир Иванович Лишков, но на то он и покойный, чтобы больше никому не рассказывать лишнего.

И вот эти-то акции, в совокупности с миллионами долларов, припрятанных где-то в западной Европе, не давали возможности членам совета директоров «Транскросса» спокойно обсудить ситуацию. Судьбу контрольного пакета следовало решать немедленно, пока государство не додумалось само наложить руку на столь аппетитный кусочек.

Казалось, дело могло дойти до рукопашной, когда, грохнув об стенку хрустальный фужер, поднялся кругленький и розовощекий Виталий Самуилович Михин. Но от такой экстравагантной выходки присутствовавшие примолкли, а Михин безапелляционно заявил: «Господа, если дело так дальше пойдет — мы все останемся, извините, в глубокой заднице». И, стараясь прекратить начавшийся ропот, заторопился: «Мы, кажется, совсем забыли, что падчерица Даутова погибла. Ведь наш незабвенный Генеральный скончался, после того, как получил известие, что она разбилась на лазурном побережье в автокатастрофе. А это значит, что именно мы должны вступить в права наследования. Ведь в завещании об этом прямо сказано: «Если ко времени смерти завещателя наследницы первой очереди не будет в живых»…

Присутствующие принялись горячо обсуждать высказанную Михиным идею и в конце концов, догадавшись созвониться с юристом, обслуживающим фирму, двинулись к нотариусу, чтобы подать заявления о вступлении в права наследования.

* * *

Государственный нотариус, Софья Михайловна Зимина, страдала от городской духоты и мечтала сейчас лишь о том, как бы хорошо поехать в выходные к внукам на дачу, отдохнуть на свежем воздухе и подсадить под окнами изумительные астры, семена которых ей по случаю подарила одна из клиенток. Будучи юристом старой закалки Зимина могла принять от клиента только такой садоводческий презент. Однако, несмотря на жаркое лето, граждане все шли и шли. И добро бы им надо было, скажем, просто какую-нибудь доверенность оформить или подпись на заявлении удостоверить, так нет же: буквально каждый норовил то паспорт забыть, то свидетельство о рождении, да еще назадавать кучу глупых вопросов.

В общем, Софья Михайловна чувствовала себя неважно и с нетерпением ждала конца приема, когда в кабинет ввалилась толпа сытых господ, начавших требовать, чтобы им немедленно передали права на какие-то акции. Неважное настроение Зиминой не помешало ей, кое-как успокоив этих нуворишей, видящих в каждом нотариусе потенциального взяткополучателя, выяснить суть дела. После этого женщина, удовлетворенно откинувшись на спинку стула, ледяным голосом заявила наглым толстосумам, что никакого наследства она оформлять им не будет.

На недоуменные восклицания прибывших нотариус заметила, что никаких доказательств смерти наследницы первой очереди она не видит, смерть девушки — вещь спорная, так как ее тело не найдено…

— И не перебивайте меня, пожалуйста, — пресекла Софья Михайловна попытку одного из визитеров рассказать, что при падении автомобиля с двадцатиметровой скалы и взрыва шансов остаться в живых нет, — Лучше проконсультируйтесь с юристами. И если вы вправду деловые люди, то после этого сомнений у вас не останется. Да, еще: поскольку уж вам известно, что Даутов составлял завещание именно здесь, почитайте этот документ внимательно — если его падчерица жива — вы ни копейки не получите. А пока нет подтверждения иному — она, как это не печально для некоторых, так и будет считаться здравствующей. Не нравится — идите в суд и возвращайтесь с соответствующим решением…

Несмотря на безуспешные попытки посетителей выпытать что-либо более вразумительное, Софья Михайловна еще раз предложила обратиться им в юридическую консультацию, а на предложение тут же оплатить ее услуги просто выгнала этих сытых нуворишей из кабинета. Захлопнув дверь, нотариус грустно подумала, что, наверное, она похожа на какой-нибудь реликт — кто же в нынешнее время отказывается от легких денег?

— Впрочем, — оборвала она себя, — за то я внукам смогу честно в глаза смотреть. И если уж за всю жизнь я не получила ни одной взятки — лучше и не начинать. С этими мыслями женщина начала собираться домой.

* * *

Акционеры «Транскросса», выставленные с позором от нотариуса, здраво рассудили, что проконсультироваться с юристом все же необходимо. Но, естественно, в обычную консультацию они не пошли, а, немного посовещавшись, вызвали «домашнего» адвоката Дениса Петровича.

Адвокат прибыл уже через полчаса. Благосклонно испив минералки из запотевшего фужера и отказавшись от чего-нибудь покрепче он, выставив на всеобщее обозрение палец, упакованный в аляповатый золотой перстень, поведал компаньонам несколько любопытных вещей.

Оказывается, по общему правилу эту, как ее там зовут, Климову? — Можно объявить умершей по суду только через пять лет после дня исчезновения. Но самое неприятное в этой ситуации, что днем смерти будет считаться день вступления судебного решения в законную силу. То есть, окажется, что Климова скончалась позднее отчима. Значит, наследовать по завещанию должна была именно она, а не компаньоны Даутова. И все имущество, даже, если суд решит, что девушка погибла, перейдет в собственность государства.

Такая мрачная перспектива не устраивала несостоявшихся наследников, и они попытались выяснить у адвоката, нельзя ли как-нибудь обойти эту ситуацию.

— Если нужны будут деньги — нет проблем, — заверил юриста Михин, главное, чтобы дело решить. Вы, главное скажите, кому и сколько надо дать «на лапу». Кстати, надеюсь, этой суммы будет достаточно за нынешнюю консультацию? — Он достал из кармана пятьсот долларов, положив их на стол перед правоведом.

Адвокат чуть не поморщился, подумав: «Ох уж эти клиенты, им бы только «дать на лапу». Нет бы самим, хотя бы интереса ради, почитать Гражданский кодекс, да немного мозгами пошевелить. Впрочем, чем больше дилетантов, тем лучше юристам». Вспомнился анекдот, рассказанный недавно одним из американских коллег, с которым они встречались на каком-то симпозиуме по очередной защите прав человека.

Американец сказал тогда:

— Приходит клиент к адвокату и спрашивает: «У меня есть пятьсот долларов, но я хотел бы получить ответ на два вопроса. Скажите, мне хватит этих денег, чтобы оплатить ваши услуги»?

«Конечно хватит, — заверил адвокат, — переходите ко второму вопросу»…

— Ладно, перейдем и мы «ко второму вопросу», — юрист задумчиво пожевал губами и, как бы озаренный гениальной идеей, поправив золоченые очки, изложил возможный вариант выхода из сложившейся ситуации.

Суть варианта сводилась к следующему: Из общего правила об объявлении человека умершим есть исключение. Если исчезновение человека произошло при обстоятельствах, позволяющих предположить его гибель (например, взрыв дома, машины, кораблекрушение и тому подобные) — объявить лицо умершим можно уже через шесть месяцев. Причем, самое главное, днем смерти будет считаться не день вступления решения суда в законную силу, а день, когда человек исчез.

26
{"b":"544999","o":1}