ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Опешившему адвокату хватило сообразительности сменить тон, промямлить что-то о недоразумении, а Латышев, весьма довольный замешательством правоведа, порекомендовал ему «раз так вышло» пойти и проводить женщину до дома. «Ведь у вас, кажется, есть ордер на ее защиту»? — Ехидно осведомился следователь…

Когда явно недовольный адвокат с подзащитной удалились, Латышев крепко призадумался. Ему в голову пришла очень простая мысль: а не было ли, как говорят юристы, ошибки в объекте? Не хотел ли неизвестный убить именно ребенка, как там говорила свидетельница, — Климовой?

Эту мысль следовало хорошенько обдумать и обязательно отработать в качестве версии. Оснований к тому, как решил Латышев, было более чем достаточно. Ведь просто так адвокат, стоимость услуг которого исчисляется тысячами долларов, не станет помогать простой безработной. К тому же оперативность, с которой правозащитник явился в прокуратуру, тоже настораживала. Как бы то ни было, следователь сел писать отдельное поручение в уголовный розыск, чтобы проверили Климову, а главное, ее окружение на причастность к преступлению.

* * *

Нина, действительно, в этот злополучный день забирала Митю, отвозила его к найденному с помощью связей Нертова профессору-педиатору, который осматривал мальчика в профилактических целях. Результатами осмотра молодая мама осталась довольна не меньше, чем медицинское светило полученным гонораром и на обратном пути Нина вместе с Митей заехала ненадолго в фирму, чтобы подписать там срочные бумаги…

Нертов, узнав от журналистки о нападении на ребенка, попытался сразу же связаться с охранниками Нины, но телефон оказался занят и он решил поехать к врачу, у которого должна была находиться Нина с сыном. Но уже в машине ему удалось дозвониться до коллег. Они сообщили, что с Климовой и ребенком все в порядке. Тогда он предупредил их о возникшей опасности, ни минуты не сомневаясь, что нападению должен был подвергнуться не чужой ребенок, по чистой случайности оказавшийся в Митиной коляске, а сам Митя. Поэтому Алексей немедленно направился к месту происшествия, предварительно договорившись с Арчи, чтобы тот помог няне с адвокатом…

А «Посланник Высшего разума» после торжественного обеда в ресторане вернулся в «Транскросс». Там он и увидел живого и невредимого мальчика на руках счастливой мамаши. «Посланник» чуть не закричал от ненависти, но усилием воли сдержал себя и улыбнулся: «Какой у вас славный и веселый малыш, Нина Анатольевна и как он похож на вас».

— Спасибо, — поблагодарила его счастливая Нина, ласково прижимая к себе малыша. Трое ее охранников, не считая контакт опасным, спокойно стояли поодаль.

Глава 2. Большой наезд

Евгению Машкину дорога между Хельсинки и Петербугом была столь же привычна, как шоссе Питер-Москва. Причем, трасса «Скандинавия» короче, приятней и безопаснее. Ибо он здесь работал шесть лет, перевозя четыре раза в неделю груз из хельсинкского терминала. Прежде, когда «Транскросс» был еще обычным советским предприятием, Машкин повидал все крупные города европейской части СССР. Приезжал он туда на своем «КАМАЗе» и знал дороги категории «Е» как таксист знает городские проспекты. Теперь он мог сказать уверенно: «Скандинавия» — лучшая трасса в пределах бывшего Союза. Или, хотя бы, СНГ. Прекрасное покрытие, никаких поворотов, деревушек на каждом шагу, где из-за заборов то и дело выскакивают ребятишки и собаки. Лишь под конец, после Большой развилки, когда Черная речка, Сертолово, Парголово шли один за другим, приходилось снижать скорость.

«Вольво» Машкина уже прошла половину пути. По обеим сторонам трассы белел снег, но сама дорога выглядела идеально, как на буклете строительной фирмы. В десять часов утра машин было немного. Это же не дачный сезон, когда в направлении садоводств из Питера тянется целый караван. Сейчас на дороге были только грузовики и легковушки менеджеров, спешащих в Выборг или Финляндию по неотложным делам. У одного из таких деятелей случилась небольшая проблема. Его «Форд-экскорт» стоял у обочины. Парень равнодушно проводил взглядом автомобиль Машкина отлично понимая: такой большегруз, похожий на самолет, так и не взлетевший с полосы, ради него не остановится. «Ничего, парень, кто-нибудь тебя вытянет», — подумал Машкин.

Он не видел, что лишь только «Вольво» скрылась из виду, парень схватил рацию и что-то сказал.

Минуты через три Евгений увидел машину ГАИ. Перед ней стоял офицер, приказывая остановиться. Удивленный Машкин взглянул в зеркало — не обгоняет ли его какая-нибудь легковуха. За последние шесть лет вне пределов города его не тормозили ни разу. Но сзади никого не было. Приказ относился к нему и только к нему. Происходящее огорчило Машкина. Он уже давным-давно привык вести машину как поезд, по расписанию и не любил непредвиденных задержек. К тому же, будучи профессионалом, он прекрасно знал, к чему может придраться дорожная милиция. Сейчас его машина была в полном порядке. Может, его надо отбуксировать? Или хочет закурить? Думая так, Машкин остановил «Вольво» в десяти метрах от гаишника. Офицер неторопливо направился к машине. Машкин открыл дверцу, но вниз не спрыгнул. Зачем мельтешиться? Закурить можно дать и из кабины, а другого повода для остановки Евгений придумать не мог.

— Ты на левое заднее колесо посмотри. — Укоризненно кивнул головой гаишник.

«Что он такое нашел на заднем колесе»? — подумал Евгений, вылезая из кабины.

В этот момент Машкин сделал два наблюдения и один вывод. Вывод был следующим: офицер, приказавший машине остановиться, с расстояния в полтораста метров не мог заметить чего-либо предосудительного на любом из задних колес, даже если его бы и не было вовсе. Указательный палец гаишника украшал массивный золотой перстень-печатка. По размеру его можно было смело сравнить с головкой одного из болтов, закрепляющих колеса остановленного грузовика. Что же касается второго наблюдения, то Машкин наконец-то разглядел за кустами вторую машину. Никакого отношения к ГАИ она, явно, не имела.

Тот, кто проработал дальнобойщиком двенадцать лет, умеет себя контролировать. Машкин спокойно сделал два шага вдоль белой стены своего автомобиля (офицер следовал за ним) и потом, столь же спокойно развернулся и рванулся к кабине. Сзади послышался мат, крик «Стой…ля!». Машкин уже схватился за ручку двери, когда что-то двинуло его в плечо. «Каблуком меня пнул, что ли»? — Подумал Машкин, хотя уже понял: это был не каблук.

Затем, когда его с простреленным плечом стащили со ступенек, били уже каблуками. Теряя сознание, он успел заметить нависшие над ним ноги ребят в черных кожанках, выскочивших из той, затаившейся машины. Но он уже не видел и не помнил, как его тащили к кустам и, обыскав карманы, швырнули в углубление между заснеженными кочками. Не видел он, так же, как один из бандитов влезает в кабину его автомобиля, пару минут матерится, пытаясь разобраться с управлением и, наконец, трогается с места. Путь трейлера был недолог. Он углубился в лес по еле различимой дорожке, которой воспользовался бы не всякий тракторист. Дорожка спускалась в болото. Парень в кожанке выскочил из кабины, машина проехала еще метров пятнадцать и завалилась набок, ломая двухлетние сосны.

Двое бандитов садились в подъехавший «Форд», рассовывая по карманам небольшую добычу, взятую в кабине. Остальные же, вместе с «гаишником» срывали с «жигуля» фашьшивые номера, синие пластиковые полосы и отвинчивали мигалку. Позже наклеить это обратно и опять превратить обычную машину в гаишный милиции хватило бы пяти минут.

* * *

Прежде Нина не могла представить, что газета, прочитанная утром, может испортить настроение на целый день. Уже шла вторая неделя, как ей хотелось выбрать из толстой пачки, оставляемой на столе секретаршей, лишь конверты, а прессу и питерскую, и московскую, разом засунуть в мусорную корзину. Но хозяйке «Транскросса» не хотелось сознаться самой себе, что она просто трусит, боится обычного листа, покрытого печатными буквами. Поэтому, она опять раскрывала газету. Сегодня отличился «Петербугский делец». Статья, занимавшая добрую четверть третьей полосы, называлась кратко и емко:

34
{"b":"545000","o":1}