ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Осторожный Иосиф Виленович прикинул, что общий вес клада был не менее трех килограммов. Он прекрасно понимал, что начинать реализовывать эти вещицы в России рискованно, а надежного канала переправить сокровища за рубеж в то время не было. Потому Баскин надежно перепрятал находку в надежде на лучшие времена. Теперь же, когда у «Капители» начали налаживаться тесные связи с «финиками», можно было продумать вариант вывоза ценностей через Финляндию в Швейцарию и потихоньку перебираться туда самому.

Только радужные мечты об открытии собственного торгового дома, которые так и не смог осуществить предок Баскина, во-первых, отодвигала ссора с Азартовой, а во-вторых… Во-вторых, Иосиф Виленович панически боялся, что какой-нибудь умник из любителей находить сокровища, прочитав публикацию во «Вне закона», не поверит, что в далеком сорок втором чекистам удалось изъять все ценности, вырученные за поддельные карточки. Дальше, рассуждал он, вычислить родственников покойного Баскина большого труда не составит. А когда, как нынче говорят, «сделают предъяву», отдавать придется все.

Он, зная собственный характер, не питал иллюзий, что сможет промолчать, если ему покажут раскаленный утюг. Но расставаться с мечтой о спокойной жизни не собирался и, тем более, не испытывал угрызений совести, думая о происхождении клада. «Другие были времена, каждый крутился как мог, — рассуждал Иосиф Виленович, — а если бы не всякие сержанты Михайловы, да их родственницы Азартовы, глядишь, уже жил бы я спокойно где-нибудь на альпийских лугах. И при этом никого не интересовало бы, нашел ли я клад за печкой или удачно провернул операцию с поставкой оружия…

* * *

…- Видишь, — заметил однокласснику Том, развалившись в «Ниве», направлявшейся к заветному экс-рыбосовхозу, — хорошо, что ты уже придумал, как занять вечер. Я сейчас еще немного подремлю, потом тоже чего-нибудь придумаю. И он демонстративно захрапел, не обращая внимания на ругательства, доносившиеся с переднего сидения…

Павел в детстве пару раз был в питерском порту. Поэтому, увиденное на берегу Копорской губы его немного удивило и озадачило. В море уходил один-единственный причал, на берегу которого стоял одинокий грузовой кран. Неподалеку от причала торчало несколько строений, явно нежилого вида. Одно из них, самое высокое, имело балкон. К нему-то и направилась машина.

Сергея Ивановича они обнаружили сразу. Шагах в пяти от здания располагалась клумба, которую, судя по всему, забывали регулярно поливать, а подле, под сенью чахлой сирени, детская висячая скамейка. В ней покачивался полуголый жирный мужчина, с синей татуировкой на плече, правда, не флотской, а лагерной. Неподалеку от мужчины стоял ящик, над которым поднимался пар.

— Здорово, ребята, — сказал он. — Счас, пойдем в контору. Только докурю. Присоединяйтесь.

— Спасибо, — давно его не курил, — ответил Тим, вынимая из протянутой пачки беломорину. Том последовал примеру друга.

— Молодцы, мужики, — сказал Сергей Иванович. — Эти суки, ну мои постоянные спонсоры, смолят только свой «Кэмел». А насчет «Беломора», они скорее х… моржовый в рот возьмут, чем папиросу. Я раньше тоже этого американского дерьма накурился вдоволь. Видно стар стал, на родное потянуло.

Все трое закурили. Над причалом носились чайки, солнце то и дело проглядывало сквозь редкие облака, настроение было почти пляжным.

— Пивка со льда хотите? Берите. Это хоть и «Жигуль» Волосовского завода, но когда холодный, не хуже «Балтики». Знаете, откуда лед? А чего не спрашиваете? Вот там, рефрижератор, на три тонны рыбы. В простое, гад, но я, его все равно не отключаю. Пусть от него хотя бы лед будет.

Когда папиросы были докурены, а пиво допито, Сергей Иванович с кряхтением поднялся и направился в контору. Там не было никого, кроме женщины лет сорока, в бесцветном платье, то ли секретарши, то ли уборщицы.

— Сергей Иванович, можно домой идти? — сказала она.

— Ишь, разбежалась. Смотри, гости у нас. Сауну надо разогреть, пыль там смахнуть.

— Спасибо, Сергей Иванович, — нам сейчас уже пора в Питер. Сауна будет в другой раз, — сказал Том.

— Что за деловой народ пошел? В баню ему сходить некогда. Ладно, Люся, сауну не включай. Но пыль все же протри, надо же раз в неделю баню убирать. И с билиардного стола смахнуть не забудь, — велел директор, внимательно взглянув на Люсю. Та молча вышла.

— Ладно, мужики, — махнул рукой Сергей Иванович. — Накладных мы заполнять не будем, договоров подписывать тоже. Все, как договорились: завтра приезжайте хоть в полночь, бригада стоит на причале. Только смотрите, каждому премию. А меня на причале не будет. Так я еще с теми ребятами решил, которые приезжали и платили.

— Бригаде премия за сверхурочные? — спросил Том.

— И за сверхурочные, и за то, чтобы мужики раньше конца работы ее бы не отметили.

— Сергей Иванович, — как вас найти, если что? — поинтересовался Тим. При этом он как бы нечаянно расстегнул верхние пуговицы рубашки, позволив директору разглядеть два шрама от осколков вражеской мины полугодовой дальности. — Конечно, я уверен, все будет нормально, но так, на всякий случай.

Сергей Иванович улыбнулся, но поймал резкий взгляд собеседника и буркнул: «ул. Ленина, дом восемь, здесь, в поселке».

— И еще, передай бригаде, — добавил Тим, — до конца работы будет сухой закон. Мы сами специалисты широкого профиля, поэтому можем сесть за кран. А бухарика скинем с причала. Ясно?

— Ну, мужики, не надо так, мы же тут люди деловые, знаем, когда надо пить, когда не пить — чуть нервно сказал Сергей Иванович.

— Значит, будет порядок, — подвел черту Том. — Ладно, счастливо оставаться, нам пора.

Люська, бывший бухгалтер развалившегося совхоза, нынешняя уборщица, так и не дошла в этот вечер до сауны. Она закинула ведро со шваброй в свою каморку, после чего потрусила на поселковую почту, откуда с некоторым напряжением можно было дозвониться до Питера.

Сергей Иванович не зря упомянул билиардный стол. Пять лет назад, когда Люся точно так же убирала сауну, в ожидание какой-то важной иностранной делегации, директор совхоза повалил ее на упомянутый предмет интереьера и овладел, проявив неожиданную ковбойскую прыть. Как и полагается образцовой секретарше, Люська не кричала, и уж тем более, дело обошлось без заявления в милицию.

Но Люська не забыла билиардный стол и мечтала отомстить. Возможность представилась полтора года назад. Тогда Сергей Иванович качался на скамейке, еще более пьяный, чем сегодня, а один из его новых партнеров, прибывший в сопровождении охраны, пообещал Люське платить триста тысяч рублей в месяц только за то, что она будет слушать все разговоры, которые ведет ее начальник. Если же Люська узнает Конкретную информацию, то получит за нее сразу же в три раза больше. Партнер даже объяснил ей, о какой информации идет речь.

И этот день настал. Люська почти неслась на почту, зная, что наконец-то сможет отомстить и получить при этом такие деньги, какие в виде зарплаты она не смогла бы принести из кассы за год.

Везение продолжалось. Никого в зале не было, кроме одинокой пожилой операторши, оказывавшей жителям поселка все возможные коммуникационные услуги. Люська кивнула старой знакомой, забралась в душную кабинку и быстро набрала номер телефона, тот самый, с началом на «9», который она имела право набрать лишь в экстренном случае.

— Алле, — почти крикнула она и, даже, забыла на минуту, как зовут партнера ее начальника. — Алле, я узнала, завтра через порт пойдет «левый» груз…

* * *

…Так и не найдя заложенной под «Капитель» бомбы, взрывотехники уехали. Но через несколько часов в приемную снова позвонил террорист. На этот раз он прямо заявил Сашеньке, что теперь и ее жизнь находится в опасности. «Ты зачем вызвала легавых, дура? — Проорал он в трубку. — Хочешь, чтобы тебе ножки повыдергивали по дороге домой?.. В общем, слухай сюда, коза: передай Тимуру, что за ним долг. Даю тебе еще час. Последний. И нехай потом контора ваша живет спокойно. Если гроши, конечно, будут. А нет — в ту же годину взорву!»…

27
{"b":"545002","o":1}