ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Анжела Перес вышла вперед.

— Постойте. Вы говорили, что Панси обладала магией и что она, вероятно, была ведьмой. Может быть, она предусмотрела это. Может быть, нужно применить магию, чтобы вызвать другую магию.

Она разместила вершину своего посоха напротив эльфийского символа Готринов, и ее темные черты напряглись от концентрации. Руны, вырезанные на ее посохе, начали пылать, становясь все ярче от огненного света. Почти сразу же символ откликнулся; он тоже начал пылать.

Затем глубокий звук скрежета взорвал тишину ночи, тяжелый скрежет камня о камень, и весь участок земли, менее чем в десяти футах от того места, где они стояли, пришел в движение. Огромная плита, скрытая под слоями грязи и мусора, медленно ушла под землю и исчезла из вида, оставив зияющее отверстие.

Четверка подступила к его краю и посмотрела вниз. Оно было черное, как смола, однако они смогли увидеть, что плита образовала платформу со ступеньками лестницы, ведущей вниз.

— Что нам делать? — спросила Симралин.

Анжела Перес покачала головой, руны ее посоха снова потемнели. Эриша начала было говорить, но остановилась. Именно Кирисин сказал те слова, которые остальные не могли произнести.

— Спускаться, — сказал он.

* * *

У западного входа в могильник, скрытая в тени деревьев, Эйли ощутила внезапное дуновение запаха демона. Оно походило на ночной бриз, пришедший из темноты с севера вдоль насыпи, которая определяла границы Ашенелла. Секунду спустя, она увидела, как длинная, жилистая фигура выпрыгнула из темноты, перемахнув глиняную насыпь, и беззвучно опустилась на землю. Эйли сразу ее узнала; это было существо, которое преследовало их весь путь из Калифорнии, существо, которое дважды билось с Анжелой и оба раза неудачно.

Теперь оно было здесь.

Эйли не удивило, что оно нашло их. Оно было опытным охотником, диким животным, которое могло выследить кого угодно или что угодно. Что ее удивило, так это время. Как этому существу удалось найти их сейчас, в середине ночи?

Что–то в этом было не так. Эйли наблюдала, как зверь пригибался к надгробиям, обнюхивая землю, его большая голова поворачивалась туда–сюда, выискивая более сильный запах. Она не боялась быть обнаруженной. Бродяжки не оставляют запаха, и она была намного быстрее и неуловимее демона. Она могла улететь из своего укрытия в любое время, как только пожелает. Но ей было любопытно увидеть, что тот будет делать.

У него есть цель в уме, но блуждание среди надгробий казалось бесцельным.

Она все еще наблюдала, когда почувствовала второе присутствие, этот намного сильнее и ближе, сзади нее. Только миг потребовался ей, чтобы вспомнить, что был еще один демон, из палат Совета, замаскированный под эльфа.

У нее было время для единственной мысли.

Бежать!

А затем не стало времени вообще.

* * *

Деллорин приблизилась к месту, где уже исчезали останки создания Волшебства, погружаясь в землю, из которой оно было образовано, оставив только тонкий белый лоскут одежды, которую оно носило. Деллорин лизнула ткань, пробуя на вкус ее сырость, а затем посмотрела туда, где второй демон вытирал свои руки о траву могильника.

— Помни, что я тебе говорил, — сказал он, брезгливо очищая то, что осталось от Эйли. — У нас есть план, и этот план нельзя изменить. Убей только одну. Других оставь на потом. Сможешь запомнить?

Деллорин раскрыла пасть, показывая все свои зубы. Она могла запомнить столько, сколько ей нужно.

Голова прижалась к плечам, тело вытянулось так низко, что почти касалось земли, она ползла к темным теням и ничего не подозревающей жертве.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Пока Кирисин и его компаньоны вглядывались в черную яму, открытую каменной плитой, произошли два последовательных события. Во–первых, факелы, вставленные в железные подпорки, закрепленные на стенах лестницы, вспыхнули, дав им возможность увидеть, что сама лестница уходила так глубоко под землю, что ее конец был невидим.

Во–вторых, как только они сделали первые осторожные шаги вниз по лестнице, оставляя за собой Ашенелл, каменная плита скользнула назад на свое место с очередным скрежетом, заставив их застыть. Никакого времени вернуться, никакого шанса убежать.

Плита снова заполнила пустоту, скрыв ночное небо, и они остались запертыми под землей.

— Однако, не нравится мне все это, — сказала Симралин.

— Мы не намеревались возвращаться, — произнесла Анжела. — Это точно.

Они посмотрели друг на друга. Затем, достигнув невысказанного общего согласия, возобновили спуск. Кирисин оказался впереди, но Симралин быстро обогнала его, бросив предупреждающий взгляд, проходя мимо. Этот взгляд говорил, что если возникнут какие–нибудь проблемы, то она лучше подготовлена с ними справиться. Он посчитал, что с этим трудно спорить, и пристроился позади Эриши. Он подумал, что они не захватили почти никакого оружия, которым можно защищать себя.

— Нам нужно держаться поближе друг к другу, — Анжела присматривала позади них.

Кирисин оглянулся на нее. Руны, вырезанные на посохе, слабо пылали в темноте, мягко пульсируя. Ее лицо было сконцентрировано, глаза с беспокойством осматривали все вокруг в процессе спуска, ее шаги не издавали ни звука в окружающей тишине.

Возможно, в компании Рыцаря Слова им не нужна другая защита.

Он слышал свое собственное дыхание, которое казалось ему самым громким звуком на лестнице. Он попытался успокоить его, но не добился успеха. Удары его сердца устойчиво пульсировали в ушах, и он также не смог успокоить и его. Воздух становился все более холодным по мере их спуска, изменяющийся от сухого лесного аромата до запаха влажного камня и пропитанных дождем листьев. Где–то дальше внизу он мог слышать сочащуюся по камням воду. Это напомнило ему о горных пещерах, которые он исследовал будучи мальчиком, и о могилах, когда похороны проходили под дождем.

Лестница спускалась вниз в течение долгого времени прежде, чем закончиться узким коридором, который выводил к отверстию естественного происхождения. Горящие факелы продолжали отмечать их путь, маленькие мерцающие точки, исчезающие в темноте. Они осторожно продвигались вперед, прислушиваясь к тишине, которая заполнялась звуками их дыхания и шагов, их чувства были напряжены, а ожидание усилились. Что–то здесь было, что–то, что они намеревались найти, когда приняли решение войти. Безответный вопрос, служивший топливом для их сомнений и страхов, состоял в том, окажется ли это что–то опасным.

Внезапно Симралин подняла руку, призывая их остановиться.

— Стойте.

Они стояли молча, прислушиваясь. Спустя какое–то время, они смогли определить слабый звук откуда–то впереди, мягкий, свистящий шепот. Кирисин попробовал, но не смог его идентифицировать. Инстинктивно и по необъяснимым причинам, он почувствовал, что это было предупреждение, но не мог сказать, от чего оно предостерегало.

Симралин еще немного продержала их на месте, оглядела их, убедившись, что они предупреждены странным звуком, а затем снова повела их вперед. Проход резко повернул налево и снова выпрямился. Он начал расширяться, потолок становился выше, а стены расходились в стороны. Появились сталактиты, сначала маленькие, затем достаточно большие, чтобы раздавить проходящих под ними людей, огромные каменные копья, с которых падали капли воды, обжигая холодом, когда попали на лицо Кирисина.

Он поглядел вверх и засмотрелся на лес конических каменных спиралей, скученных настолько плотно, что он вообще не смог увидеть потолок.

Проход закончился пещерой, большую часть которой занимал бассейн черной воды, заполнившей обширную впадину в ее центре. Поверхность воды была плоской и спокойной, как будто это была не жидкость, а непрозрачное стекло. Сама камера была настолько огромна, что ее стены отступали в темноту, невидимые, кроме тех случаев, когда крошечными уколами вспыхивали факелы в кромешном мраке.

33
{"b":"545052","o":1}