ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Удачи, Анжела, беззвучно прошептал он губами.

Он поднял глаза, увидел, что Симралин смотрит на него, и покраснел, несмотря на свои усилия.

Они проплыли по воздуху через Редоннелин Дип и подошву гор Цинтры, добравшись до северного края хребта к середине дня. Кирисин думал, что они сразу же продолжат полет, но Симралин сказала ему, что они снова опустят воздушный шар и закрепят его, пока не наступит темнота.

— Мы не можем рисковать, двигаясь дальше на юг при дневном свете, — сказала она, когда они трудились, чтобы выпустить часть воздуха из шара и приземлить его на лугу у подножия гор. — Нас слишком легко заметить на фоне неба. Они могут не знать, кто мы такие, но быстро захотят это определить. Они будут следить за нашим силуэтом и ждать, когда мы приземлимся. Ночью же, мы не будем так заметны.

Кирисину пришлось согласиться, хотя он хотел отправиться прямо сейчас. Любая задержка в этот момент расстраивала. Но он не стал спорить. Вместо этого, он помог ей приземлить воздушный шар, растянул сдувшуюся камеру и заякорил корзину. Потом он вызвался караулить, чтобы она смогла поспать несколько часов.

— Это бесценно, Малыш К, — сказала она ему, зевнула, потянулась и отправилась спать.

Некоторое время он наблюдал за ней, улыбаясь про себя на то, как быстро она изменила своим привычкам. Потом его внимание переключилось на окружающую их местность, высушенную и лишенную растительности с возвышавшимися бесплодными скалистыми пиками гор. Только что покинув гору, настолько отличавшуюся от этих, гору, на которой все еще росли деревья, трава и цветы в пышном изобилии, он вновь встревожился теми ужасами, которые завладели его миром. Никакое количество эльфов не сможет это изменить, мрачно подумал он. Болезни и гниение слишком распространились и глубоко укоренились. Это снова заставило его злиться на людей, которые были так невнимательны со своей бережливостью, с их неспособностью действовать быстро и разумно, когда у них еще был шанс остановить этот поток.

Однако, думал он, они не имели успеха и в собственном спасении, и цена за их идиотскую невнимательность была гораздо больше, чем он хотел спросить с них.

За исключением того, что эльфы заплатили такую же цену. Каждое живое существо заплатило ее. Когда произошел массовый провал в сохранении целостности экосистемы, никто не избежал последствий.

Часы пролетали, Симралин спала, дыхание ее было глубоким и ровным. Кирисин размышлял о судьбе мира вместе со своей собственной, и через какое–то время уплыл в воспоминания об Эрише. Ему вдруг захотелось еще раз увидеть ее, рассказать ей, как много значило для него быть с ней рядом, и как он сожалеет, что не смог сделать больше, чтобы защитить ее. Он вспомнил о том, как они вместе играли в детстве, в те времена, когда все, происходящее сейчас, казалось невозможным. Оно по–прежнему казалось невозможным. Эриша мертва. Симралин и он беглецы. Калф демон, который предал их всех.

Ему особенно горько было насчет старика. Он видел его лицо, улыбающееся и ободряющее. Он слышал его голос, чувствовал, как хочется кивнуть головой в слепом согласии. Он ненавидел себя за то, что считал Калфа своим другом, но еще больше ненавидел за то, что он нравился ему. Ничто никогда не изменит чувство возмущения, которое он ощущал, понимая, как сильно его обманули. Он будет жить с этой памятью, пока не умрет. Может, она будет с ним и дальше, если там что–то есть после смерти.

Это признание горело огнем, а он утрамбовывал его и запихивал подальше.

После того, как оно угасло, он просто уставился куда–то, не видя ничего, кроме прошлого, а затем и вовсе ничего не видя. Его мысли блуждали как потерявшиеся дети, ищущие место и комфорт среди чего–то знакомого.

Его мысли заблудились, и не задумываясь, даже не пытаясь, он последовал за ними.

* * *

Кто рассказал тебе это?

Голос прошептал сквозь тьму, резко и обвинительно. Он огляделся и обнаружил, что находится в каменных садах Ашенелла. Массивные гробницы и склепы отбрасывали свои тени над лесом более мелких надгробий. Ночь была тихая, саваном покрывая могилы умерших. Однако, голос обращался к нему.

Потом он увидел Эришу, стоящую менее, чем в десяти футах, в рваной и окровавленной одежде, ее нежное белое горло было разрезано до кости. Она стояла одинокая и эфемерная в смерти, изгнанная в пустоту утратой своей жизни. Она посмотрела на него и попыталась говорить, но слова не шли.

— Эриша, — сказал он. — Мне жаль.

Она снова попыталась сказать, и снова не получилось.

Кто рассказал тебе это?

Снова голос. Не ее голос, кого–то другого. Он поискал говорившего и нашел его, стоящего рядом с девушкой. Старый Калф, его седое лицо и корявое тело не изменились от тех, какими были при жизни. Он тоже был духом. Юноша увидел это в прозрачности его формы, в том. как свет звезд проходил сквозь него.

Он увидел это в силуэте его костей сквозь кожу.

Старик усмехался, губы презрительно скривились, его острые старые глаза пристально смотрели на Кирисина.

Кто рассказал тебе это?

Кирисин не понимал. Рассказал ему что? О чем говорил старик? Демон, поправился он. Что демон говорил?

Он снова посмотрел на Эришу, которая, казалось, не видит демона. Она еще раз заговорила, но опять не получилось никаких слов. Ее рот открывался и закрывался, а в глазах стояли слезы.

Затем появилась третья фигура, в плаще с капюшоном, темная и мрачная, парящая глубоко в темноте на пределе его зрения. Наверное, призрак. Но нет, только не эта. Эта была живой, из плоти и крови. Она уставилась на него из–под складок капюшона, и хотя Кирисин не мог различить ее черты, он смог почувствовать этот взгляд.

Кирисин направился к ней, и земля, казалось, уступала под его ногами. Вдруг он споткнулся, падая прямо в черноту, оставляя позади Эришу, Калфа и Ашенелл.

Только темная фигура осталась с ним, протягивая одну руку. Ее голос шипел в предостережении.

Кто рассказал тебе это?

* * *

Глаза Кирисина моментально открылись, а его тело резко подскочило. Он грезил.

Вероятно, дневная дрема, но может быть что–то больше, что–то глубже. Видение? Он не был уверен. Он облизнул губы и уставился на залитый солнцем день. Сколько прошло времени? Кажется, несколько минут. Но затем он посмотрел на небо и увидел, что солнце передвинулось далеко на запад. Он спал, дремал или еще что–то несколько часов.

А о чем был этот сон?

Кто рассказал тебе это?

Эти слова эхом отозвались в его памяти, смутно узнаваемые, и в какой–то момент он почти ухватил их происхождение. Но затем связь потерялась, и его хватка исчезла. Он попытался восстановить ее, но это не удалось. В этот момент, она была потеряна для него.

Но не забыта. В какой–то момент, он вспомнит.

Долгое время он сидел тихо и неподвижно, собирая себя по кусочкам. Этот сон так расстроил его, что превзошел его память образами и даже словами, осталось ощущение, как он давил на него непосильным грузом. Также он признал, что сон что–то означал, но что именно, он не мог расшифровать.

Что вызвало этот сон?

Проснулась Симралин. Ее глаза прищурились, глядя на него, и она улыбнулась:

— Пора снова в путь, Малыш К. Ты готов?

Он улыбнулся в ответ, оставаясь холодным внутри:

— Готов, как никогда.

Они вытащили воздушный шар и привязали его к корзине. Затем Симралин занялось горелкой и начала наполнять шар воздухом. Пока она этим занималась, взглянула туда, где сидел ее брат, уставившись куда–то вдаль.

— Что–то не так?

Он покачал головой:

— Ничего. Ну, может, ничего. Я задремал и увидел некий сон. Об Ашенелле, Эрише и Калфе. Он расстроил меня. До сих пор, когда я вспоминаю его.

— Ну, попробуй не думать о нем тогда. Сны это способ отражения наших страхов и сомнений. Они предполагают, что некоторые вещи могут быть правдой, но обычно так не происходит. — Она подождала его ответа. Когда же он не ответил, продолжила: — Хочешь поесть?

10
{"b":"545055","o":1}