ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Битва трех императоров. Наполеон, Россия и Европа. 1799 – 1805 гг.
Как улучшить память и развить внимание за 4 недели
Остраконы
Драгоценный подарок
Главное в истории живописи… и коты!
В поисках нового себя. Посвящается всем моим Учителям
Дом на краю ночи
Как избавиться от манипуляторов. Есть такая возможность
Луч света в тёмной комнате
Содержание  
A
A

— «Но никто не делает этого, нет!»

— «Так чего же вы на самом деле хотите, Фрэнк?» — вмешался я, смотря на Сьюзанн, но голосом направляя Фрэнка: «Вы хотите, чтобы ваши отношения были двусторонними. Вы оба хотите друг от друга принятия решения».

Я хотел войти в положительные намерения Фрэнка. Это надежный способ покончить с конфликтом. Фрэнк посмотрел вверх, мой пристальный взгляд на Сьюзанн говорил ей СЛУШАТЬ И НАБЛЮДАТЬ, я вернулся к Фрэнку.

«Я не хочу детей сейчас», — сказал он, — «Я не могу справиться с этим. Это не в моих планах сейчас… И НИКТО не заставит меня это сделать!»

Тема «принуждения» была важна для него. Он сразу становился раздраженным, когда думал, что кто-то его принуждает. Я посмотрел на Сьюзанн и сказал: «Итак, Фрэнк, когда впервые женщина вынудила вас делать что-то, что стало для вас ловушкой?» Я сказал это мягко и тихо, но мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Он поднял голову и сказал «Боже мой! Я никогда не думал об этом! Я, я был…» Он посмотрел на свою жену.

«Ладно, Фрэнк, я справлюсь с этим, я люблю тебя больше, чем прошлое». Она ждала.

«Ну, в школе у меня была девушка, она не была мне подругой, но она хотела переспать со мной, и так как все парни уже имели с ней связь, я подумал, почему бы и нет? Но у нее это было вроде шантажа. Она меня хорошо достала, я здорово взопрел, мне даже сейчас жарко. Может быть, поднялась температура в комнате или что?»

«Нет, Фрэнк, температура в комнате та же, но ты взял жар у нее, не так ли?», — спросил я.

«Она сказала, что ни с кем раньше этим не занималась. Я не поверил этому ни на минуту, но она хотела продолжения и как будто бы ни на кого больше не смотрела. Я вроде влез в это по самые уши, и однажды она сказала, что ждет ребенка. Я был сражен наповал. К тому времени я узнал, что у нее никого не было, и она хотела выйти замуж. Я действительно взопрел. Я бросил школу и нашел работу. Она брала надо мной верх, и я знал, что чем сильнее она будет нажимать на меня, тем меньше мне это будет нравиться. В конце концов, мне это надоело, и я не захотел ее больше видеть. Я ушел с головой в работу. Я полагаю, она нашла кого-нибудь еще, так как никакого ребенка не было. Я потерял целый год своей жизни! Я был так глуп!»

«Итак, вы бросили школу? И ваш мир ограничился „прокатным станом“?»

«Ну, это было не так уж плохо».

«Это то, как вы чувствуете поверхностно. Давайте посмотрим, как чувствует себя в вас тот школьник. Вы можете увидеть себя в шестнадцать лет?»

Он облокотился спиной на стул, расслабился и сказал: «Это клево! У меня есть друзья, я ненавижу школу, у нас есть учительница английского, такая паразитка! Я знаю, как она ненавидит меня. А мой учитель по труду — ничего себе, он говорит, что у меня природные способности что-нибудь мастерить. Я что-нибудь вырежу, найду работу и буду делать, что захочу».

«Спроси шестнадцатилетнего, что он чувствует по отношению к девушке».

«Дженни? О…Она клевая. Она страстная. Она не может оставить меня в покое. У-у-у…! Она славная, но если ты попадешься на ее крючок, то тебя нет, ты мертв».

«Почему это?»

Он переключился на голос самого себя в шестнадцать лет.

«Потому, что она хочет только тело, она хочет, чтобы мужчина заботился о ней».

«Что же в этом плохого?»

«Эй, брак создается для любви. Я не хочу закончить как мой старик…»

Он запнулся на полуфразе. Поднял голову: «О черт, мой старик не раз предупреждал меня, никогда не доверяй женщине, которая хочет этого от тебя. Мама умерла, когда мне было двенадцать лет, и я полагаю, что он никогда до этого не получал такой встряски, он никогда не говорил о ней непристойно, но резко отзывался о женщинах вообще, так никогда снова не женился».

«Так может, он был резок от того, что твоя мать умерла и оставила его быть тебе отцом и матерью?»

«Да, он немного странный в этом отношении».

«Каким образом?»

«Ну, он любил ее, в этом нет сомнения. Он действительно ее любил и никогда больше не женился. Но он не чувствовал, что он достаточно хороший родитель без нее. Все, что происходило со мной, он пускал на самотек. Похоже, он потерял свою силу».

«Как вы, — шестнадцатилетний, — чувствуете это?» Он наклонил голову: «Ему чертовски больно, он плачет потому, что его отцу наплевать, всем наплевать! Все, что хочет Дженни от него, — чтобы он о ней заботился, ей все равно, что происходит с ним».

«Он чувствует себя пойманным в ловушку?»

«Да, если даже его старик не может быть отцом, как он может быть им?»

Мы обговаривали с холодайном шестнадцатилетнего разные ситуации. Мы узнали, как сильно он беспокоится об отце и как скучает по матери. Мы узнали также, что он хочет частично быть окруженным заботой, и что он не может разрешить потребность Дженни в заботе, потому что испытывает эту потребность сам. Его сексуальные побуждения усиливались от его потребности в любви и близости. Он потерял контроль над собой, в панике он бросил школу и убежал.

По мере знакомства Фрэнка со своим холодайном, он начал понимать, какую огромную силу оказывали воспоминания на его настоящие отношения к отцовству. Он продолжал восклицать.

«Но я чувствую себя так и сейчас!» И я соглашался и указывал ему на то, как этот шестнадцатилетний все еще находится в его жизни. Его осенило, что он действительно хотел истинной близости со своей женой, а также то, что он постоянно пытался контролировать их отношения.

В конце концов, я предложил ему представить, на что было бы похоже иметь зрелый холодайн, чтобы помочь создать истинную близость со Сьюзанн и контролировать свою жизнь. Я предложил представить, как бы выглядел такой гид. Он сразу же представил светящееся существо и назвал его «Иисус». Он был поражен до глубины души той силой, с которой существо приблизилось к нему. Казалось, что выражение лица Фрэнка меняется.

«Я чувствую Его любовь», — прошептал он, — «Я чувствую Его силу. Это то, о чем привыкла говорить мама. Как будто бы мама с Ним». Он заплакал.

«Будет ли Он работать с тобой?»

«О, да, Он будет!»

«Представь его твоему шестнадцатилетнему. Попроси Его полюбить этого шестнадцатилетнего, подержать на руках, принять его за все, что он сделал, а затем спросить, готов ли он сделать следующий шаг на пути приобретения любви и контроля».

Затем холодайн «Иисуса» совершенно впитал холодайн шестнадцатилетнего. Мы поручили новому холодайну «Иисуса» быть «там» для Фрэнка с этого времени, помогать ему в создании истинной близости, научить Фрэнка всему, что необходимо знать о любви и делать все, основываясь на принципах справедливости, заботы и участия. Мы создали место покоя и любви, в котором Иисуса можно всегда было найти, так чтобы у Фрэнка в любое время он был внутренним наставником. Затем Фрэнк попросил Иисуса помочь ему решить все вопросы, касающиеся Дженни, ее матери и отца. У Фрэнка было чудесное приключение с каждым из них, и Он был способен привнести зрелую любовь в их отношения. Он избавился от вины и неадекватности и даже от своей потребности в контроле. Затем я попросил Фрэнка: «Спроси „Иисуса“ о ребенке». Фрэнк немного колебался, закрыл глаза и сказал: «Он говорит, не беспокойся об этом, Он говорит, что я буду отличным отцом, и в остальном Он мне поможет». Сьюзанн вскочила со стула и прыгнула Фрэнку на колени.

«И я тоже помогу!» Она поцеловала его: «Ты придешь и побудешь со мной в больнице?» — проворковала она.

«Черт, нет!», — Он широко раскинул руки. «Я не хочу видеть кровь и все остальное в этом роде. Но я пойду на компромисс. Я буду там только до и только после!» Она была немного разочарована его ответом, встала с его колен и села на свой стул. «Сьюзанн может сделать что-то еще для тебя?» — спросил я. Он немного подумал и, хитро посмотрев, сказал: «Да, она может быть там для меня сексуальной». «Я тоже пойду на компромисс!» — вызывающе ответила она: «Я буду там только до и только после!» Мы все засмеялись. «Что твой Гид говорит об этом?», — спросил я. «О, черт!» — он усмехнулся. Он говорит: «Давайте посмотрим на это целиком». Они уходили, обнявшись. Через восемь месяцев я получил маленькую открытку «С НОВОРОЖДЕННЫМ». В ней была фотография красивой малышки и записка, в которой говорилось: «Спасибо вам! Мы закончили наше приключение путем компромисса и получили Благословение Небес. Пусть Иисус пребывает с вами всегда, как Он пребывает с нами. Вечной любви от Сьюзанн, Фрэнка и Памеллы».

22
{"b":"545068","o":1}