ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Именно так, — кивнула Гилраэна. — Он обещал в течение месяца выставить в поле десять тысяч войска, поровну пехоты и конницы. И двадцать пушек.

— Изенгард выставит два пехотных и два конных полка — четыре тысячи бойцов и пятнадцать пушек, — добавил Наместник.

— Арнор наверняка поддержит вас, — добавил Халбард. — Наша конница не уступит роханской.

— Нет. Вардамиру потребуется время на сбор войск — но он, по моим расчетам, выйдет к Эдорасу через месяц, — пожал плечами Тарандар. — Войска вашего отца не успеют добраться до Рохана. Откровенно говоря, вы больше поможете нам, если отправитесь в Арнор и лично расскажете отцу о случившемся.

— Это может сделать любой гонец, — нахмурился Халбард. — Я прошу вашего разрешения отправиться в бой в рядах Изенгардских рейтар, господин наместник.

— Да будет так.

Встав из-за стола, Халбард направился к выходу. Он был немного пьян и смертельно измотан: большую часть дня он провел в дороге, а потом участвовал в совете. Когда Ислимэ пошла за ним, арнорец скорее расстроился, чем обрадовался: уж слишком он устал.

— Халбард!

— Я слушаю, — глухо ответил арнорец.

— Я пришла просить тебя… — начала Ислимэ и замолчала. — Я прошу тебя отпустить меня. Я не хочу быть твоей женой, ибо люблю другого мужчину. Вот. Я это сказала.

— Кругом предательство, — простонал Халбард, отворачиваясь. И добавил, бросив через плечо: — Уходи. Замуж за кого хочешь. Видеть тебя не могу.

Пройдя по коридору, он поднялся по лестнице в гостевое крыло. И неожиданно обернулся, услышал за собой странно глухие шаги. Его догнала Роза Гэмджи.

— Постой, — проговорила девушка, запыхавшись. Халбард молча ждал продолжения.

— Я слышал твой разговор с Ислимэ. Если хочешь… я могу тебя утешить.

— Шлюха! — в гневе Халбард ответил девушке пощечину. Роза вздрогнула, но не закричала. Схватив руку арнорца, она прижала ее к лицу… Халбард вздрогнул, когда девушка поцеловала его ладонь.

— Я люблю тебя, пойми ты это, — прошептала она. — Может, я не вовремя. Но я люблю тебя.

Ее голова была на уровне груди Халбарда. Арнорец взял девушку за подбородок и прижался губами к ее губам. Этой ночью им больше не были нужны слова.

9. Изенгард, 6 июня 1724 г. по летоисчислению Хоббитании

— Господа! Герольд Вардамира, герцога Лосарнарского.

Халбард стоял в огромном церемониальном зале Изенгарда. Спереди из стрельчатых окон падал свет утреннего солнца, играя на пылинках и заставляя вспыхивать шитье на одеждах дворян. Слева в высоком кресле, в окружении вооруженных мушкетами орков сидел Наместник Тарандр. Справа… через открытую дверь вошел посол узурпатора.

Высокий стройный воин в доспехах Стража Цитадели прошел через зал к трону наместника и отточенным жестом отдал честь, прижав сжатый кулак к груди.

— Господин наместник, — твердо начал он. — Я, премьер-капитан Карлион, приветствую Вас от имени Его Величества короля Арнора и Гондора Вардамира.

— На каком основании ты называешь лосарнархского герцога королем? — спросил Тарандар.

— После предательского убийства государя Эрлоса, герцог Вардамир, как ближайший родич покойного монарха, был избран королем лордами Гондора. 31 мая мой Государь был коронован.

Наместник молчал и Карлион продолжил:

— В связи с тем, что бывшая королева Гилраэна и бывший капитан Стражи Хьюрин вступили в преступную связь и предательски убили короля Эрлоса и принцев, государь Вардамир был вынужден взять на себя ответственность за судьбу королевства. Его Величество требует у вас выдать преступников — бывшую королеву Гилраэну и бывшего капитана Стражи Хьюрина — для справедливого суда. Также Его Величество требует, чтобы вы выступили против короля Рохона Эодрейда, который, нарушив клятву, восстал против Гондора.

— А что еще требует твой господин? — с насмешкой спросил наместник.

— Он требует выполнить указ об изгнании низших рас из Королевства. Дунландцы, гномы и хоббиты должны вернуться в свои земли и никогда не покидать их. Браки арнорцев и гондорцев с любыми инородцами расторгаются, их дети объявляются бастардами. Все орки в пределах королевства должны быть незамедлительно убиты, равно как и полуорки, и человеческие женщины, осквернившие себя блудным сожительством с орками.

В зале зашумели: подлежащих смерти по «королевскому» указу (причем всех трех категорий) среди присутствующих было немало. Но все замолчали, когда стоявшая рядом с троном Гилраэна приблизилась к герольду.

— Я хотела спросить тебя, офицер, как можно служить негодяю, убийце невинных людей, — холодно сказала она. — Но я уже знаю ответ. Нужно самому стать таким же негодяем.

Карлион побледнел. Повторить клевету Вардамира в глаза Гилраэне у него наглости все же не хватило. Отвернувшись от королевы, гондорец бросил взгляд на орков-мушкетеров, охранявших наместника.

— Нужно только иметь глаза, и видеть, во что превращается королевство, — почти прокаркал он, и даже бесстрашный Тарандар вздрогнул. — Косоглазые орки бродят по Арнору, как по своим пещерам… наших женщин. Дунландские торгаши грабят наш народ. Но король Вардамир отчистит Арнор и Гондор от скверны. Ты пойдешь за Королем, наместник? — прокричал Карлион, тыча пальцем в Тарандара. — Или ты умрешь!

— Может, я и умру, — сухо сказал наместник, вставая. — Но я никогда не стану служить узурпатору и убийце.

Тарандар говорил спокойно, но голос его разносился по всему залу.

— Гондор губят не орки и не дунландцы. Его губят алчные до денег и власти вельможи, живущие в роскошных дворцах. И тупые головорезы, готовые за золото на любую гнусность. Вроде тебя, премьер-капитан Карлион! Убирайся к своему хозяину, и предай ему: он и все его слуги ответят за свои преступления. Разговор окончен. Теперь будут говорить пушки!

Не говоря ни слова, герольд вышел из зала — словно холодный ветер пронесся.

Проводив Карлиона взглядом, Наместник коснулся подлокотников кресла, но остался стоять.

— Что ж, теперь мы увидели зло, против которого боремся, — сказал он. — Наши военные планы остаются прежними. Но я хотел бы сделать одно объявление.

— Дочь моя, — сказал Тарандар, и, когда девушка встала перед троном, произнес: капитан Азагхал.

Теперь мужчина и женщина стояли пред троном, глядя друг другу в глаза.

— Сегодня я объявляю о помолвке моей дочери Ислимэ и премьер-капитана Изенгардских мушкетер Азагхала, сына Больга. Свадьбу сыграем после победы над узурпатором.

Когда Азагхал обнял невесту, Больг сказал:

— Может, я старый сентиментальный дурак. Но ради их счастья я готов воевать хоть со всем Гондором.

10. Рохан, 3 июля 1724 г. по летоисчислению Хоббитании

Ветер трепал черные знамена с гербом Изенгарда — черная башня на серебрянном щите. Полковник Больг стоял у бронзовой пушки и оглядывал поле боя. Его орудия были выстроены перед главными силами изенгардской пехоты. Два полка орков — мушкетеры впереди, пикинеры в шлемах и латах во второй линии — были грозной силой. Справа от пехоты строилась изенардская кавалерия — рейтары в сверкающих латах, драгуны в кожаных касках и черных мундирах. Между кавалеристами Больг заметил флаг мушкетерского батальона. Стрелки премьер-капитана Азагхала, усиленные четырьмя полковыми пушками, должны были поддержать огнем конников, имевших из огнестрела только пистолеты (заодно и новинку испытают в боевой обстановке!). Слева от изенгардской пехоты строилась пехота роханская — три неуклюжие квадратные баталии пикинеров, окруженные тонкой цепью стрелков. Мушкетеров среди них мало, многие из разномастно одетых роханских вояк были вооружены луками.

«Не завидую ребятам маршала Сэорла, — подумал Больг о вестфольдских пехотинцах. — Доберутся до них гондорцы — кишки полетят по закоулочкам. Ну ничего, поможем, если надо. По крайней мере, конница у роханцев хорошая».

Дальше к северу, за баталиями роханских пехотинцев, сверкали в лучах восходящего солнца латы роханских улан и трепетало на ветру королевское знамя. Его Величество, король Эодрейд, лично возглавлял тяжелую конницу. Вспомнив, как уланы — в чешуйчатых латах, в высоких шлемах, украшенных конскими хвостами, с пиками в руках и кривыми саблями на поясах — проходили мимо изенгардских рядов во время вчерашнего парада, Больг усмехнулся: конникам узурпатора сегодня явно достанется.

10
{"b":"545072","o":1}